Сабатон. Системный приручитель 4 - Алексей Пислегин

— спросила Юля с хитрой улыбкой. Анюта сидела на коленях у Лены, Юля была справа от них, Мэй — слева. Девочку старательно подкармливали все три девушки. Материнский инстинкт взыграл, не иначе. — Почему не дядя Никита, например?

Сбоку от меня хрюкнул Олег, пытаясь сдержать смех. Поймав мой взгляд, тут же отвернулся — но плечи у него предательски тряслись. Подзатыльник бы ему влепить, но он и без того сегодня отхватил. Пусть оживает понемногу.

Отозваться не успели ни Илья, ни я сам, Анюта ответила первой.

— Фу! Дядя Никита старенький совсем! Сама на нём женись! — с Юли она перевела взгляд на Илью. — Ты самый красивый, вот. И у тебя голос, как у волшебного пони.

Надо отдать нам всем должное — никто не заржал. Даже Юля. Правда, судя по тому, как она на Илью смотрела, он теперь долго не отмоется от нового прозвища.

Новенькие мийю кучковались вместе и за нами наблюдали с интересом. Котята так и вовсе глазами пожирали, не забывая, впрочем, налегать и на еду. Но — язык они пока едва-едва начали понимать, контекстом же и вовсе не владели. Подозреваю, для них ранние браки — это не шутка и не наивные детские речи, а привычная часть жизни.

Мила обращала внимание только на Ручейка — он всё ещё был без сознания. А Мурзик… Мурзик вообще мало на что реагировал, а что-то типа полуулыбки с его кошачьей морды ни на секунду не сходило.

Как выглядит кошачья полуулыбка? Могу сказать так — пока сам не увидишь, не поймёшь.

Вообще, в этом старом кошаке было что-то от стереотипного восточного монаха из фильмов про кунг-фу. Эдакая смесь спокойствия, лёгкой насмешливости и безуминки. Как черепаха Угвей — такой типаж.

— А почему не Миншенг? — теперь голос подала Марина. Обиделась, что Анюта не выбрала её любимого тик-токера? Ну, надо признать: Шенг охренеть какой смазливый, в миловидности лица сестре почти не проигрывает. И его, и Мэй легко представить в какой-нибудь кей-поп группе.

В отличии от остальных девушек, Марина от детей старалась держаться подальше. Видя, что девочка её не поняла, пояснила:

— Ну, Миша. Он с белыми волосами.

Теперь широко распахнулись глаза уже у Анюты. Несколько секунд она удивлённо пялилась на Марину и, наконец, выдала:

— Тётя, ты что, глупая? Как я на девочке женюсь?

В этот раз подавился Шенг. Он всё ещё был чертовски бледным, левая рука висела в повязке-косынке.

А Анюта, кстати, умница. Сама того не зная, умудрилась окончательно разрядить обстановку. Задолбались мы, так что её детские разговоры пришлись весьма кстати.

Мэй хихикнула и торопливо спрятала в ладонях лицо, Олег снова начал тихонько хрюкать, прижав ко рту забинтованное предплечье. Юля перед Анютиной репликой имела неосторожность начать пить, фыркнула — и у неё из носа вылетела Ленина укрепляющая настойка.

Секунда — и заржали уже все. Анюта самой первой, кстати. Не понимая, что остальные смеются не над Юлей… Ну, не только над Юлей, точнее, но и над Анютиной же обезоруживающей детской наивностью.

— Анют! — Марина подняла вверх палец. Она пыталась выглядеть строго, но улыбка сильно портила эффект. — Взрослых глупыми называть нельзя. Особенно если не хочешь сама выглядеть глупо.

— Ничего я не глупая!

— Да, — Марина красноречиво вскинула брови. — Тогда смотри. Во-первых, девочки не женятся, а выходят замуж. А во-вторых… Тебя не смущает, что Миша — это мужское имя?

— Она же не русская, — Анюту, как оказалось, ничего не смущало. — Пусть Миша. Зато она красивая.

— Аня, — выдохнул Шенг. Смех ему из-за боли дался тяжело. Впрочем, в этом он был не одинок: смеяться было тяжело и мне, и Илюхе, и Олегу. Отряд инвалидов, блин. — Я не девочка. Вот Маша — она да, это моя сестрёнка. А я — мальчик.

— Просто слишком красивый, — ехидно влезла Юля. Она умудрилась забрызгать настойкой Ленино бедро и теперь старательно оттирала ей джинсы рукавом кофты.

— Это моё проклятье, — улыбнулся Шенг и картинно тряхнул белой чёлкой.

Анюта внезапно покраснела и спряла лицо, уткнувшись Лене в грудь. Едва слышно пропищала:

— Прости, Миша. Тогда ты будешь моим женихом, хорошо?

— Ты только подрасти сначала, ладно? — улыбнулся парень.

— Угу.

— Ну вот, — Лена погладила Анюту по голове. — Всё, засмущали ребёнка. Довольны?

— Она сама кого хочешь засмущает, — едва слышно буркнул Илья, но я его услышал — он рядом сидел, нас с ним разделял только Олег.

Ребята уже толком не ели, Дима у меня на коленях вовсе начал зевать. Взрослая часть отряда держалась лучше детей, конечно, но устали все. Время — начало восьмого, но это ничего. Раньше ляжем — раньше проснёмся.

Ну а тесты с терминалом я закончил.

Магазина в нём реально нет. Можно проверять статус квестов, прокачиваться, управлять десятком и питомцами. Ну и, конечно же, заполнять бестиарий. Ввод в терминале мысленный, так что я быстро ввёл в базу всех встреченных нами тварей, дав им описание, прописав слабые стороны и выделив, какой полезный лут с них можно получить.

Надеюсь, кому-нибудь пригодится.

Я проверил статус своего десятка — Система добавила в него только Марину, а детей и мийю не засчитала. У меня даже есть пара идей, почему так. Тестить, впрочем, буду позже.

Почти все члены отряда смогли пользоваться терминалом без всяких проблем. При том — не только члены моего десятка, но и дети, и Мила. Чёрные мийю терминалы использовать не могут в принципе, так что они, к сожалению, пролетели.

Укладываться спать нам придётся, как семейству сурикатов — в одну общую кучу. Десять человек, семь мийю, мои питомцы — и на всех нас лишь небольшая площадка, ещё и ограниченная зарослями и досками по периметру.

Такой вот он — наш новый дом.

Тесный, неказистый.

Но, в то же время — именно сегодня первый день, когда мы сможем спать в полной безопасности. Точно зная, что никто на нас не нападёт. Не нужны дежурные, можно просто лечь — и спокойно заснуть.

Дом, милый дом?

Пожалуй — да.

Глава 11

Не злодей

Стрелять дед начал вслепую. Просто долбанул короткой очередью по зарослям папоротника — на шорох. Сориентировался мгновенно, Саше даже немного завидно стало. Но — она обязательно научится также.

Звук был такой, будто пули в камень попали. Кто бы там