Перекрестки миров. Том 2 - Джек из тени

быстрые, в своих мерцающих доспехах, двигались как быстрый поток воды. Они уклонялись от тяжелых ударов гладиусов, проскальзывали между щитами и наносили смертельные удары своими изогнутыми клинками.

Но основная проблема римлян была не в пехоте. На флангах, чуть поодаль от основной свалки, творился настоящий магический ад. Ушастые приволокли с собой трех серьезных боевых магов, и эти ублюдки в развевающихся темных мантиях сейчас работали на полную катушку. Они стояли на небольшом пригорке, защищенные плотным кольцом личной охраны, и методично, с холодной жестокостью, перемалывали римские порядки.

Один из магов, высокий и тощий, как жердь, вскидывал руки, и с его пальцев срывались огненные шары размером с приличный холодильник. Снаряды с воем летели в самую гущу легионеров, взрываясь, разбрасывая во все стороны ошметки раскаленного металла, горящей плоти и оплавленной земли. Второй, низкорослый и коренастый, специализировался на магии льда. Он вычерчивал в воздухе сложные руны, и над головами римлян материализовывались тучи ледяной шрапнели. Острые, как бритва, осколки с визгом впивались в незащищенные лица и шеи, пробивали кожаные ремни, удерживающие доспехи, превращая солдат в кровавые решета. Третий маг, чье лицо было скрыто глубоким капюшоном, молча творил какую-то пакость с землей. Под ногами легионеров внезапно разверзались трещины, из которых вырывались каменные шипы, или земля превращалась в вязкое, засасывающее болото.

Римлянам было чем ответить, но их силы были явно не равны. В самом центре поредевшего строя, окруженный ветеранами, потел, отдуваясь, единственный римский маг. Судя по богатой, расшитой золотом одежде, это был какой-то очень важный перец. Мужик из последних сил пытался прикрыть пехоту. То перед строем вырастал земляной вал, который тут же крошился под ударом огненного шара, то над головами солдат вспыхивал и тут же гас полупрозрачный силовой щит. Было видно, что мужик работает на пределе. Его лицо было багровым, по вискам струился пот, а посох в его руках дрожал от перенапряжения.

— У него батарейка скоро сядет, — констатировал Леший, который тоже подошел к командирской машине и смотрел на экран через плечо Казановы. — Еще пара таких залпов, и всё. Римский маг ляжет, а его пехоту просто сомнут массой и вырежут под ноль.

Корнев молча кивнул. Ситуация была дерьмовой со всех сторон. С одной, это была не их война. Приказ комбрига был четким: избегать крупных столкновений. Вмешательство в такую мясорубку, это прямое нарушение приказа и огромный риск. Но, с другой стороны, эти римляне, хоть и высокомерные индюки, были сейчас почти что союзниками. Империя, какой бы прогнившей она ни была, служила хоть каким-то буфером между плацдармом землян и остальным, враждебным миром. Позволить ушастым вырезать по частям три легиона означало ослабить этот буфер, развязать малоранам руки и, возможно, в будущем получить их орды уже на пороге собственного лагеря.

— Командир, что делать будем? — тихо спросил Леший, озвучивая общий вопрос. — Если мы сейчас не вмешаемся, через десять минут там спасать будет уже некого.

Корнев закусил губу, лихорадочно прокручивая в голове варианты. Просто уехать, сделав вид, что ничего не видели? Совесть не позволит. Да и с прагматической точки зрения это было глупо. Ввязаться в открытый бой? Потерять людей и технику, нарушить приказ? Тоже не вариант. Нужно было что-то третье, ассиметричное.

— Казанова, дай связь с бригадой, — наконец решился капитан. — Давай, живо, сразу на комбрига пусть выводят. Это уже почти политика.

Пока связист колдовал над аппаратурой, Корнев продолжал смотреть на экран. Римский маг, шатаясь, рухнул на одно колено, его щит, прикрывавший центуриона, с треском лопнул. Огненный шар, который он пытался отразить, взорвался в паре метров, накрыв ударной волной всю командную группу. Центурион устоял, прикрывшись щитом, но несколько его телохранителей были отброшены, как кегли.

— Товарищ полковник, на связи Барон, — произнес Корнев, когда в наушниках щелкнуло, и раздался голос Алексеева. — У нас тут незапланированный киносеанс. Наблюдаю крупное боестолкновение. Римляне против ушастых. Наши недосоюзники в глубокой заднице, их сейчас дожмут. Запрашиваю добро на вмешательство.

В эфире на несколько секунд повисла тишина. Корнев почти физически ощущал, как комбриг там, в штабе, взвешивает все риски.

— Каковы силы противника? — наконец спросил Алексеев.

— Ушастых около четырех сотен, может, больше. Плюс три сильных боевых мага. У римлян примерно столько же, но они уже на пределе. К толкинистам быстрее подойдут свежие силы, так что это всего лишь вопрос времени, когда легионеры кончатся под ноль.

— Потери при прямом контакте будут недопустимыми, — отрезал комбриг.

— Прямого контакта не будет, — твердо сказал Корнев. — Есть идея, как помочь дистанционно. Но мне нужно ваше разрешение.

Снова пауза. Корнев слышал, как на том конце кто-то тяжело дышит. Полковник знал, на что идет. Если план провалится, вся ответственность ляжет на него.

— Мертвые легионеры нам тоже ни к чему, — наконец произнес Алексеев. — А живые еще пригодятся для будущей геополитики. Добро даю. Но, Барон, — в голосе комбрига появились стальные нотки, — Не светись перед ушастыми! Действуй, но крайне осторожно. Конец связи.

— Есть! — Корнев с облегчением выдохнул и повернулся к своим офицерам, которые с напряжением ждали решения. — Смолин! Твой звездный час настал, лейтенант.

Молодой командир взвода БПЛА, до этого скромно стоявший в стороне, тут же подобрался. Его глаза, обычно сонные, загорелись азартным, хищным огоньком.

— Задача ясна, товарищ капитан, — он даже не стал дослушивать. — Уработать ушастых.

— Именно, — кивнул Корнев. — Сними мне всех троих магов и вон того хмыря в золоченом шлеме, который орет громче всех. Похоже, это местный командир. Сделаешь тихо, чтобы никто даже не понял, откуда прилетело.

— Будет сделано, — Смолин коротко козырнул и бросился к своей машине, на ходу выкрикивая фамилии операторов.

Из «Спартаков», где размещался взвод БПЛА, с пронзительным жужжанием выпорхнули четыре небольших, похожих на хищных насекомых, FPV-дрона. К каждому из них снизу, синей изолентой, ведь это надежно, были намертво примотаны гранаты от РПГ с термобарической боевой частью. Не самое изящное инженерное решение, но в полевых условиях работало безотказно.

«Птички» не стали набирать большую высоту. Они пошли под кронами, огибая стволы деревьев и проскальзывая под мощными ветками. Операторы, сидевшие в машинах, надели очки и теперь видели мир глазами своих дронов. Пальцы порхали над пультами управления, ведя смертоносные аппараты к цели.

Корнев и остальные офицеры продолжали следить за ситуацией через основной разведывательный дрон, который неподвижно висел на высоте двухсот метров. Картина внизу становилась все