Перекрестки миров. Том 2 - Джек из тени

А вот то, что случилось секундой позже, заставило Корнева внутренне содрогнуться. Лес буквально сотрясся от оглушительного, полного первобытной ярости рева. Это был уже не рык, это был звук надвигающегося товарного поезда.

Еще через пару минут кусты на краю поляны затрещали с такой силой, словно их ровнял с землей бульдозер. На открытое пространство вылетели армейцы. Они мчались к машинам так, словно сдавали нормативы на мастера спорта международного класса.

Команду по спринту замыкал Казанова. Связист бежал с вытаращенными глазами, размахивая своей любимой «Сайгой» и вереща благим матом, что он на такое сафари не подписывался и вообще пацифист.

А метрах в двадцати за ним, ломая молодые деревца как спички, несся разъяренный секач. Животина была высотой в холке добрых два метра, покрытая густой, как проволока, черной щетиной. Из огромной пасти торчали кривые, желтоватые бивни, явно отобранные у мамонта. Кабан разрывал копытами землю, с каждой секундой сокращая дистанцию и явно намереваясь насадить непутевого охотника на свои клыки.

Зрелище вылетевшего на поляну бронированного куска мяса впечатляло. Кошки, увидев эту гору сала и мышц, синхронно пискнули и, цепляясь когтями, полезли по веткам еще выше, чуть ли не на самые макушки деревьев. Оттуда они молча, с нескрываемым ужасом наблюдали за суетой людей в зеленом внизу.

Корнев, стоявший ближе всех к траектории движения зверя, не стал тратить время на раздумья. Капитан вскинул автомат и, почти не целясь, выдал короткую очередь из трех патронов прямо в огромный лоб несущемуся монстру.

Результат оказался нулевым. Пули калибра 7,62 просто срикошетили от толстенного, как бетонная плита, черепа секача. Раздался лишь сухой щелчок, да в разные стороны брызнули искры, когда металл чиркнул по кости, оставив на морде кабана неглубокие, кровоточащие царапины.

Секач обиженно мотнул башкой, словно отгоняя назойливую муху. Удары пуль его не испугали, а лишь переключил фокус внимания. Потеряв интерес к убегающему Казанове, зверь мгновенно сменил вектор атаки и попер прямо на капитана, опустив голову и выставив вперед бивни.

— Твою ж мать! — выдохнул Корнев.

Корнев рыбкой перекатился под высокое днище ближайшего у нему «Тайфуна», щедро собирая спиной грязную листву. В следующую секунду двухметровая туша на полном ходу врезалась в борт многотонной машины. Раздался такой глухой удар, словно в броневик на переезде влетел маневровый тепловоз. Огромный «Тайфун» угрожающе качнулся на своих рессорах.

Кабан сделал пару шагов назад, тяжело мотая контуженной от удара башкой. Из его пасти капала пена вперемешку с кровью. Хозяин местного околотка обвел поляну налитыми кровью, маленькими глазками, выискивая, кого бы еще разорвать на британские флажки. Желающих вступать в рукопашную с этой биологической машиной для убийства предсказуемо не нашлось. Бойцы резво попрятались за колеса и броню.

Зато Гвоздь, высунувшись из-за колес соседнего БТРа, хладнокровно, как в тире, передернул затвор своего «Печенега».

— Кушай, свинка! — тихо сказал пулеметчик и засадил приличную очередь прямо в огромную, ничем особо не защищенную свинуюзадницу.

В филейной части шкура оказалась не такой бронебойной, как на черепе. Пули с влажным хрустом глубоко вошли в плоть. Кабан снова взревел, на этот раз уже не от ярости, а от невыносимой боли. От полученных ранений секач совсем потерял берега. Зверь крутнулся на месте, подскочил к БТРу, под которым прятался пулеметчик, и с разбегу боднул бронированный борт.

Мехвод внутри машины, сидевший на своем месте, наверняка мысленно перекрестился, что не снял шлемофон, когда приложился башкой о стальную переборку от резкого толчка. Ситуация грозила выйти из-под контроля. Животина в своей предсмертной агонии могла легко погнуть рулевые тяги, пробить шланги подкачки или разорвать клыками массивные колеса.

Но тут ожил двигатель второго БТРа, стоявшего чуть поодаль. Водила быстро сориентировался в обстановке. Огромная зеленая коробочка с ревом рванула с места, взметая фонтаны грязи, и тупо, без изысков, снесла тушку кабана своим скошенным бронированным лбом. Секач пронзительно, на одной ноте взвизгнул и, кувыркнувшись несколько раз через бочину, отлетел в грязную жижу на краю поляны, ломая очередные кусты.

Однако эта местная тварь оказалась невероятно живучей. Кабан не сдох. Он тяжело захрипел, с трудом вскочил на подкашивающиеся копыта. Из пробитого зада текла кровь, один бивень был сломан. Злобно, почти осмысленно посмотрев на лязгающие железом машины, зверь развернулся и нехотя, прихрамывая на заднюю ногу, ухромал обратно в темную чащу, откуда пришел.

Вскоре звуки ломающихся веток и обиженное хрюканье стихли в глубине леса. Ночной лес снова погрузился в тишину, нарушаемую лишь гулом не заглушенных движков. Разведчики начали медленно, с опаской вылезать из-под техники, отряхивая грязь с формы и тихо матерясь на местных мутантов.

Корнев выбрался из-под «Тайфуна», вытирая испачканное лицо рукавом куртки.

— Все целы? — крикнул капитан, осматривая поляну.

— Жить будем, командир, — отозвался Гвоздь, похлопывая ствол пулемета. — Чуть борт нам не помял, шашлык недоделанный.

Казанова, у которого еще стучали зубы от переизбытка адреналина, выполз из-за колеса и тут же начал оправдываться за свою блестящую охоту.

— Стою я, значит, смотрю, в малиннике торчит кабанячья задница, радостно так чавкает, — вещал связист, активно размахивая руками, пытаясь изобразить размеры добычи. — Ну, думаю, размер отличный, как у двух солидных хряков на нашей деревенской свиноферме. Самое то на вертел! Я по этой заднице из «Сайги» и вшатал! Кто ж знал-то!

Оказалось, что этот «солидный хряк» был всего лишь маленьким, несмышленым свиненком. А его заботливый папаня, размером с микроавтобус, мирно жрал какие-то корешки в соседних плотных кустах и до поры до времени вообще не отсвечивал.

Леший, слушавший эту тираду с перекошенным лицом, не выдержал. Он подошел к связисту и отвесил ему звонкую, тяжелую затрещину по каске.

— Ты дебил слепой, по сторонам вообще не смотришь! — рявкнул взводный. — Там вторая задница, в пять раз больше первой, из кустов торчала! Какого хера ты вообще стрелять начал, Дерсу Узала хренов⁈ Мы чуть под хрюкающий каток из-за тебя не попали!

Пока мужики устраивали разбор полетов и щедро делились впечатлениями, хвостатые барышни аккуратно, стараясь не шуметь, послезали со своих деревянных насестов. Некоторые из них стали смотреть на Казанову с явным интересом. Как-никак, в их понимании мужик проявил безумную смелость, не зассал напасть на гигантского, свирепого зверя. Связист, мгновенно почуяв женское внимание, тут же расправил плечи, забыл про полученный подзатыльник и принял картинно-героическую позу, опираясь на дробовик.

Ависса тем временем тихонько, словно стесняясь, подошла к капитану.

— Капитан, — начала кошка, бросая взгляды в сторону кустов, откуда началась