Перекрестки миров. Том 2 - Джек из тени

Смолин не нуждался в дополнительных командах. Из десантного люка его «Спартака» один за другим, с мерзким зудением электродвигателей, в воздух ушли сразу пять разведывательных коптеров. Вслед за ними, тяжело набирая высоту, поднялись два дрона-ретранслятора. Маленькие летающие машинки быстро растворились среди гигантской листвы, пробираясь сквозь переплетения веток к источнику звуков.

Хвостатые дамочки в десантном отсеке «Тайфуна» окончательно поняли, что происходит что-то страшное. Звуки боя становились всё отчетливее, и для их чутких ушей это был не просто шум, а грохот катастрофы. Несколько молодых кошек начали всхлипывать, Лисея испуганно прижалась к броне, бросая затравленные взгляды на хмурых бойцов. Они попытались насесть на Ависсу с вопросами, дергая ее за рукава формы.

— Заткнулись! — прошипела старшая кошка, резко развернувшись к своим. Глаза ее полыхнули таким бешенством, что девчонки вжали головы в плечи. — Сидеть тихо и не отсвечивать! Без ваших слез тошно!

Рявкнув на подчиненных, Ависса бочком, стараясь не мешать Корневу, протиснулась поближе к его командирскому месту. Капитан как раз выводил на свой тактический планшет картинку, которую ему перекидывал Смолин. Леший, который запрыгнул в машину через заднюю аппарель, притащил с собой второй экран, устанавливая его на ящик с патронами.

— Есть контакт, командир, — голос Смолина в наушниках был по-деловому сухим. — Переключаю на первую «птичку», она ушла дальше всех. Смотрите сами.

Экран мигнул, рассыпался квадратиками пикселей и выдал стабильное изображение. Ависса, заглянувшая через плечо Корнева, сдавленно всхлипнула и зажала рот рукой.

Беспилотник вырвался из густых зарослей на относительный оперативный простор, повиснув над гигантской чашей, образованной стволами немыслимой толщины. То, что разведчики увидели на экране, ломало все стереотипы о «домиках на деревьях» и «поезде в деревню для передачи селянок». Это был настоящий город. Архитектурное чудо, вплетенное в живую древесину. Он располагался в три яруса: нижний, прямо на земле и массивных корнях, заросших толстым слоем мха; средний, на уровне переплетенных ветвей, образующих широкие, надежные платформы; и верхний, уходящий высоко в кроны.Часть домов были похожи на классические срубы, другие были как будто выращены прямо из стволов и соединены десятками подвесных мостов и лестниц.

И сейчас всё это великолепие знатно горело.

Густой, черный дым валил из нижнего яруса, заволакивая платформы. Огонь перекидывался с одного строения на другое, пожирая сухой мох и легкие деревянные перекрытия. А среди этих пожаров, на мостах и площадках, насмерть схлестнулись две расы.

Остальные «птички» Смолина тоже подтянулись на позиции, давая картинку с разных ракурсов и направлений. Лейтенант и остальные операторы грамотно рассадили свои дроны прямо на толстые ветки, отключив винты, чтобы сэкономить батареи и не привлекать лишнего внимания в воздухе, где сейчас летало много чего, от огненных шаров и ледяных копий, до стрелковых залпов и отрубленных частей тела. В небе было откровенно тесно.

Корнев впервые смог рассмотреть местных мужиков-кошаков. В целом, физиологически они мало чем отличались от землян: две руки, две ноги, крепкие торсы. Никаких гипертрофированных мышц или трехметрового роста. Кто-то был крупнее, кто-то мельче. Разница крылась в движениях. Местные скакали по узким мостам и раскачивающимся лианам, как угорелые, с пугающей, нечеловеческой грацией. Они давали сто очков форы даже тем ушастым акробатам со сверкающими клинками, с которыми рота познакомилась еще при первом штурме Врат.

Одетые в легкие кожаные доспехи, вооруженные луками, короткими копьями, топорами и широкими тесаками, кошаки дрались с остервенением яростных хищников. Это никак не вязалось с общей панической картиной горящего города. Они не просто оборонялись, они вгрызались в порядки ушастых рейдеров.

На планшете, который притащил Леший, картинка транслировала бой на широкой деревянной платформе второго яруса. Маги малоранов, выстроившись клином, лупили заклинаниями с явным наслаждением конченых пироманьяков. Огненные струи слизывали защитников города с мостов.

Но ответка прилетала не менее жесткая.

В центр платформы выпрыгнул седой, покрытый шрамами кошак. В руках он держал длинный шест, увенчанный лезвием. Корнев и Леший затаили дыхание. Седой двигался в каком-то безумном, рваном ритме. Вот в него летят три ледяных копья, хвостатый делает неуловимое движение шестом, и копья просто осыпаются снежной пылью, наткнувшись на невидимую преграду. Не останавливаясь, кошак делает сальто вперед, уходя из-под огненного шара, приземляется прямо перед строем ушастых и одним коротким, чудовищным по силе ударом сносит голову зазевавшемуся магу малоранов, ломая выставленный барьер. Тело еще не успело упасть, а седой уже растворился в дыму, оставив после себя лишь кровавый след.

— Охренеть у них деды воюют, — выдохнул Леший. — Ему бы в спецназ инструктором по рукопашке.

— Не поможет, — мрачно констатировал Корнев, анализируя общую тактическую картину.

Да, локальные победы были. То там, то здесь пехота ушастых огребала по полной, зарываясь в засады, магов расстреливали из скрытых бойниц стрелами и дротиками. Но общая динамика была неумолима. Кошаки отступали. Было видно, что позиции на земле, среди корней, они сдали уже давно и безвозвратно. Ушастые просто выдавливали их массой и тяжелой огневой, точнее, магической поддержкой. Бои шли исключительно на втором ярусе, и малораны методично, площадка за площадкой, зажимали защитников в кольцо.

Тактика обороны хвостатых была отработана: они ставили групповые магические барьеры на узких участках, гасили урон от плетений ушастых, а затем контратаковали в ближнем бою. Это позволяло личному составу выживать под обстрелом.

Спустя пятнадцать напряженных минут наблюдения, исход битвы стал предельно ясен. Картинка на основном мониторе внезапно пошла горизонтальными полосами, дала сбой, а затем экран залило ослепительно белым светом, от которого Корнев невольно зажмурился.

— Погибель с небес… — прошептала Ависса одними губами. Она не отрывала взгляда от экрана, ее пальцы судорожно вцепились в спинку кресла капитана.

Белый свет на мониторе медленно потух, автоматика дрона откорректировала экспозицию. И тогда разведчики увидели причину этого светопреставления.

По земле, тяжело перебирая исполинскими лапами, ползла тварь. Огромный дракон. Это была не та грациозная ящерица из сказок, а массивная, закованная в костяную броню биологическая платформа. Размером он не уступал стратегическому бомбардировщику. Чешуя твари отливала матовым свинцом в свете пожаров.

Дракон раскрыл пасть, усеянную кривыми зубами величиной с противотанковые ежи, его горло раздулось, засветившись изнутри нестерпимо ярким, сине-белым светом. А затем он просто выплюнул этот сгусток прямо в центр самой крупной оборонительной позиции кошаков.

Сгусток, похожий на нестабильный шар плазмы, ударил в мерцающий групповой барьер местных. Никакого взрыва в привычном понимании не было. Барьер просто мгновенно испарился, лопнул, как мыльный пузырь под автогеном. Плазма с гулом растеклась по деревянной платформе, плавя всё на своем пути: защитников, оружие,