Несгибаемый граф 5 - Александр Яманов

центре Амбодика, двух заведениях, содержащихся на средства прогрессоров. Не знаете почему? — обращаюсь к публике, предвкушающей новое развлечение. — А может, мы также откажем в медицинском обслуживании ворам и их родне? Пусть по полной вкушают плоды своих преступлений.

Смеха на этот раз было мало, зато хватало злых усмешек. Вопрос коррупции для нашего общества принципиальный. Людей, замаранных в мздоимстве, у нас нет — слишком жёсткий отбор. Поэтому между нами и чиновниками идёт неприкрытая война. В небольших провинциальных волостях и Московской губернии победа на стороне прогрессоров. Зато в столице, Малороссии и ряде крупных городов бал правят воры. Но мы потихоньку меняем ситуацию, особенно в Поволжье, где особенно сильны отделения «товарищества» и союзных нам купцов.

Вот я развлекался, напоследок унижая вельмож-мздоимцев и придворную камарилью. Ведь доклад графа Шереметева уже завтра начнёт расходиться по стране. Мелочно? Отнюдь. Многие люди видят, что буквально за пять лет горстка людей, пусть и богатых, принесла стране пользы больше, чем власть лет за сорок. Когда у тебя в городе появляется больница, просто практикующие доктора и школа, то человек начинает задавать вопросы: а почему их не было раньше? И куда уходят миллионы рублей, когда страна нуждается в элементарных вещах? Я постепенно приучаю общественное мнение к мысли, что все проблемы страны — от распутной немки и её вороватого окружения. Что уже даёт эффект. Многие дворяне уже открыто заговорили о необходимости передачи власти Павлу.

Глава 9

Август 1779 года. Алекесеевское, Казанская губерния, Российская империя

— Я и не представляла, что у нас такая огромная и красивая страна! А насколько великая Кама! — воскликнула возбуждённая Маша. — Лизоньке тоже нравится!

Жена кивнула на довольную дочку, взирающую на открывшиеся просторы, находясь на ручках гувернантки. Я не спорю, что место впадения Камы в Волгу удивительно красивое! Только супруга не учитывает главного. Комфортный участок дороги закончился, а далее начинаются настоящие трудности. Однако с учётом моей личной службы логистики все трудности будут сведены к минимуму.

После съезда МОП, шедшего пять дней и закончившегося подписанием монументального плана на ближайшие годы, произошло сразу два события. Во-первых, генерал Самойлов откровенно заявил, что если я в течение недели не отправлюсь на Урал, то поеду туда в кандалах. Во-вторых, пришла одна нехорошая информация от ученика ван дер Хека, вернувшегося из поездки в Арзамас.

Первая новость меня откровенно обрадовала. Значит, Катька и её прихвостни нервничают. Ведь происходящее на съезде моментально разлетелось по всей России. Можно вводить любые барьеры, но доклад уже напечатан в типографии тиражом пятьсот экземпляров и разослан во все концы империи. Там есть сравнительный анализ затрат МОП и казны, а также достижения. Даже я не предполагал такого объёма воровства. Хотя не сомневался в умении екатерининских чиновников пилить бюджет, при этом ничего не делая. На самом деле обидно до слёз. Страшно представить, насколько мы отстали от европейцев из-за банального воровства. Ведь это недостроенные школы, училища и специалисты, не получившие образования.

А вот вторая новость привела меня в состояние ярости. Давненько со мной такого не случалось. Тогда дядька с фон Шиком проявили чудеса убеждения, чтобы я не наделал глупостей. Обидно, что частично о происходящем мы знали и даже готовились провести показательную акцию. Но действительность оказалась просто чудовищной. Тут ещё Козодавлев передал доклад, отложенный на время. Мол, нечего нервировать графа по пустякам. Интриган херов!

Пока Маша наслаждалась красотами и наблюдала, как наше судно под дружный рык бурлаков движется вверх по Каме, подходя к причалу, я откинулся на раскладном кресле, погрузившись в воспоминания.

* * *

Мы практически собрали все вещи и мыслями были в дороге, как появился Козодавлев, попросив уделить время важному делу. Глупо не выслушать зама начальника собственной разведки. Вот мои ближники и собрались в Вешняках. Здесь форменный проходной двор по сравнению с Кусково. Вернее, в учебно-промышленный центр, выросший рядом с моей резиденцией, просто так не попадёшь. Просто там большой трафик, и агентам экспедиции сложно уследить за посетителями. А так пропускной режим весьма строг на всех моих объектах.

Разговор состоялся в здании, расположенном рядом с полигоном. Здесь есть классы, спальные места, столовая, раздевалка и душевые. Бойцы иногда проводят на тренировках по несколько дней. Плюс моё появление на полигоне не секрет. Я люблю пробежаться по полосе препятствий и позаниматься на тренажёрах. Да и просто иногда посещаю Вешняки, чтобы проветриться.

В классе находились Ермолай, фон Шик, Кондрат и Федот, ставший главой моей охраны. Народ уселся за парты, а я занял учительское место. Буквально через минуту появился Козодавлев, приведший субтильного молодого человека, явно нервничающего.

Александр Подшивалов — один из лучших учеников ван дер Хека. Парень — настоящий самородок, из тех, кто не ездил в Европу, а получил образование прямо в Лефортовском госпитале. Будучи сыном мелкопоместного дворянина, он отучился три года на медицинском факультете МГУ, после чего его отец разорился и не смог оплачивать содержание сына. Однако молодой человек не унывал и нашёл выход. В итоге через пять лет империя получила отличного врача широкого профиля с упором в хирургию. Сейчас просто нет смысла готовить узкоспециализированных специалистов. Вот мы и выпускаем акушеров, педиатров и хирургов.

Кстати, Саша едет с нами на Урал, где будет помогать организовывать больницу в Златоусте. Перед путешествием ему дали возможность увидеть родню в Арзамасе, откуда он должен был выдвинуться в Нижний Новгород и присоединиться к каравану. И вдруг эскулап вернулся совершенно расстроенным. Благо его перехватил один из людей капитана, пока Подшивалов не наговорил лишнего.

Времени мало, поэтому я попросил молодого человека сразу перейти к сути.

— Я гостил у тётушки в поместье, что рядом с Саровым. Неожиданно меня попросили посетить село Вершинино, расположенное в тридцати вёрстах. Там живёт Виктор Михайлович Сырский, которому принадлежит большая часть окружающих земель. Помещик прознал, что я доктор, и попросил осмотреть его с домочадцами. Ехать не хотелось, меня ведь уже ждали родители в Арзамасе. Но тётя настояла, — начал тихим голосом Александр. — Дороги в тех местах ровные и укатанные. Попавшиеся деревеньки выглядели неплохо. Поля засеяны, много скотины, избы похожи на дома, а не шалаши. Село так вообще богатое! Насколько это возможно с учётом крепости. Усадьба стоит на возвышенности, вокруг разбит красивый парк, дом двухэтажный. Рядом флигель, конюшня, склады. С первого взгляда хозяин тоже произвёл приятное впечатление. После осмотра самого Сырского, его супруги, а также двух сыновей шестнадцати и пятнадцати лет, я