Криндж и электротатары - Харитон Байконурович Мамбурин

— Ты ещё кто такой⁈

Глава 10

Кредо проигравших

— Человек не должен служить машине! Машина должна служить человеку! — упрямый скрипучий голос терзал мои уставшие уши.

— Дядя, ты дурак, — угрюмо басил я в ответ на эти наивные слова. — Машина служит человеку, сколько тебе раз повторять?

— Ты противоречишь сам себе, чужак!

— Нет, это ты в уши долбишься, старый ты правдолюб. Машина служит человеку. Машина управляет примитивными варварами, которые тоже служат человеку… Все служат человеку!

— Ты назвал мой народ примитивными варварами⁈

— Да вы вообще рабы этой машины! — не выдержала уже нимфа, вступая в дискуссию. — Она создала вас такими!

— Не смей подавать голос в моём присутствии, женщина!! Я, в отличие от вас, настоящий святой отшельник! — завопили на Тамару в ответ, подпрыгивая на своём жуке.

— Бывший, — ехидно ухмыльнулся я, наслаждаясь прохладой внутри своей брони. — Лишённый всех прав, доступов и возможностей. Так что теперь ты просто кибер-варвар с кучей железяк!

Встреченный нами хрен действительно был отшельником, лишённым своего высокого звания и ищущим действующего отшельника, чтобы это звание вернуть. Абрахим-ага, этот хрен в лохмотьях, что сейчас ехал с нами, никаких грехов за свою жизнь не совершал, просто был любопытным старым ослом, не согласным сидеть в горах или инспектировать местные кланы, а желавшим непременно познать тайну машин, от которых так сильно зависит его народ.

Дед тыкался-тыкался в разные закрытые двери, сварливо кричал на честные предупреждения уцелевших компьютеров, пока один раз не наткнулся на нечто реально серьёзное, от чего его понизили до бомжа, отняли доступы и вообще вычеркнули из сети. Старого пенька это возмутило до потери пульса и, с тех пор, он путешествует инкогнито по Великой Пустыне, пытаясь понять, как какая-то сраная машина умудрилась лишить его святости и отшельничества.

Вселенная, я слышу твой вопрос! «Почему Абрахим скачет рядом с вами, а не мирно валяется в песках родной пустыни со свернутой шеей?». У меня есть на него ответ! Потому что старая сволочь не признаётся, какие стойбища он НЕ посещал, а значит, мне либо надо это из него выбить, либо продолжать обходить всю пустыню! А я не хочу её обходить!

Ну а деду, по сути, не так уж много и надо. Он просто хочет, чтобы я попробовал вновь его внести в систему на ближайшем принтере, а за это согласен молчать о том, что «царь ненастоящий». О последнем этот гад догадался со второго взгляда, между прочим, так как в нём самом нормального человеческого мяса осталось максимум процентов двадцать!

— Я не верю тебе, чужак!

— Какая досада. Вся пустыня верит, а ты не веришь. Как я с этим жить буду?

Возмущённый скрежет деда был нам, хихикающим над ним по радиосвязи, ответом.

На самом деле ничего смешного не было. Где-то там позади ушибленная синт пытается понять, за что её, собственно, стукнули, впереди песок и неизвестность, а сумасшедший дед, принёсший нам в клювике чуть ли не половину кода, неистово желает вернуть свои регалии, чтобы, на минуточку, продолжить расследование. Терпеть козла приходится, потому что если он выдаст мне пароли и явки, то путь до цели сократится более чем на порядок.

Код, который я собираю, имеет много общего с процессом становления отшельника, то есть набор подобной информации идёт у каждого жителя пустыни. Собрав полный код, мы с Тамарис сможем пройти через особых, специально обученных и оснащённых, пустынных воинов Соломон-хана, закрывающих дорогу к горам, в которых и лежит моя родимая лаборатория. Ладно, на пустынников можно забить буй, а вот автоматическая защита, мины там, лазеры и прочая тряхомудия, вот ей уже нужен полный код, чтобы не превратить нас в лужицу расплавленного стекла.

— Расскажи мне всё, что знаешь, чужак! — в очередной раз потребовал у меня дед, выглядящий под своими лохмотьями ну… не очень. Человекоподобного там было мало, как плюс-минус целого. Ремонтировался этот тип давно.

— А ты мне что? — погрузил я бывшего отшельника в глубокий когнитивный диссонанс, кончившийся бессильными ругательствами и угрозами, перешедшими в долгую воспалённую речь о том, как Абрахим пожертвовал всем в поисках истины, страдал, мучился одиночеством, был подвергнут насмешкам, изгонялся из становищ и от принтеров, а теперь окончательно унижен тем, что какая-то падла, которая даже не отшельник, большая, красивая и блестящая, смеет удерживать его от правды, до которой буквально руку протянуть! Ладно, руки нет, так манипулятор!

Ну а что ему ещё делать? Вот жуки, вот пустыня, музыки нет, едем часами, скучно.

— Мне даже неудобно как-то! — пожаловалась мне ловко вклинившаяся в монолог кибер-психа нимфа. — Мы ему всё рассказали, а он просто… в это не верит!

— С чего бы ему верить? — не дал Абрахиму вклиниться с очередным воплем я. — Они живут в пустыне, втыкают в себя железяки и думают, что избранные. Сами понятия не имеют, кто им оставил эти машины и с какой целью. Причём ладно, простые кочевники, но вот этот вот — он же старый, опытный и много чего повидавший. Знает, небось, что за пределами этой дурацкой пустыни есть технологии, по сравнению с которыми местные железки — просто хлам убогий, с мусорки взятый. Как может бедный старик поверить в то, что он и его народ не то что не избранные, а попросту никому не нужны?

— Лжец! — почти с болью выкрикнул наш спутник. — Вы же здесь!

— Нам просто пройти мимо надо, — погрузил я древнего правдолюба в очень долгое молчание. — Вы ни нам, ни этому миру, нахер не нужны!

Эта горькая правда заставила деда заткнуться аж до момента, пока мы не добрались до вполне приличного стойбища какого-то клана. Не слушая завываний о том, как мне тут рады, и робких протестов за то, что я привёл с собой исторгнутого из лона народа изгнанника, я дошёл до местного принтера, сел возле него, отцепив нимфу погулять, погрузился в настройки и менюшки…

…и отключил Абрахиму-аге почти все импланты и протезы, заставив и так не особо рабочее туловище бывшего отшельника буквально рассыпаться на части!

Ну а что, на самом деле, что ли, возвращать ему статус и возможности всего лишь за обещание показать маршруты кланов, которых он не навещал? Ну что за бред. В такое только сумасшедший поверит.

Наблюдающие за мной кочевники едва