Калгари 88. Том 16 - Arladaar

…В аэропорту Логан произошёл крайне необычный случай. Когда Арина и Соколовская указали, что хотели бы задекларировать полученные дорогие подарки и магнитолы, таможенник на пункте досмотра заявил, что по особому распоряжению начальства это делать не нужно: все вопросы решены, в том числе и в Германии, и даже в Советском Союзе.

— Это наше дело! — заявил таможенник с итальянским акцентом. — Мы всегда помогаем людям жить как можно лучше. Доброго пути, синьориты!

Полицейский и пограничник, стоявшие почти рядом, отвернувшись, сделали вид, что ничего не видели.

— С чего бы это к нам такая благосклонность? — с недоумением спросила Соколовская, когда уселись в самолёт.

— Всё потому что мы мегапопулярны! Мы лидеры мнений! — усмехнулась Арина наивности подружки.

Ведь можно на её месте и догадаться, что у них завёлся высокий покровитель, которому зашли как «малагенья» Соколовской, так и «сальса» Хмельницкой.

В остальном, полёт протекал как обычно. Долетели до Франкфурта «Люфтганзой», глубокой ночью, уже 29 числа, в 1 час 20 минут местного времени. Через 2 часа 30 минут пересели на рейс «Аэрофлота» и полетели в Домодедово. Прилетели в 9 утра московского времени, 29 октября.

Удивительно, но в Москве досмотр багажа тоже проходил в очень лайтовом варианте: таможенник мельком взглянул на открытые сумки и махнул рукой: проходите.

У выхода из аэропорта гостей встречала Татьяна Петровна Тарасова, одетая в модное синее пальто и шёлковую косынку, из-под которой видны пышные русые волосы. Пока советская команда ручейком направлялась к ней, авиапассажиры с большим удивлением смотрели на фигуристов, тренеров, кажется, даже кое-кого узнавали, но близко подойти и поговорить никто не решился, а может, не стал отвлекать: было видно, что люди заняты очень важным.

— Здравствуйте, товарищи фигуристы и тренеры, — улыбаясь, поздоровалась Татьяна Петровна. — Хочу поздравить вас с великолепными выступлениями на зарубежном турнире. Также приветствую всех, кто внёс свою лепту в эти медали.

— Ну, Татьяна Петровна, ваша лепта тоже очень весома, не принижайте себя! — пошутил Шеховцов. — Спасибо за встречу. Какие новости на родине? Что с текучкой?

— Новости хорошие, — заявила Тарасова. — Подготовка к «Уральским самоцветам» идёт полным ходом, участники уже съезжаются к соревнованиям. Людмиле, Марине, Владиславу Сергеевичу уже куплены билеты на первый завтрашний рейс до Свердловска.

— Сейчас мы разъезжаемся по домам? — неуверенно спросил Шеховцов.

Конечно, было странно, что руководитель федерации спрашивает у рядового сотрудника, что делать дальше. Однако Шеховцов на несколько дней выпал из рабочего процесса, поэтому не знал, каковы текущие дела. Кому куда куплены билеты, кому и во сколько вылетать, что вообще творится в стране.

— Да, все разъезжаются по домам, товарищи из Ленинграда прямо сейчас, через 2 часа, улетают к себе, — согласилась Тарасова. — Московские товарищи разъезжаются по домам и живут по рабочему графику с завтрашнего дня. Владислав Сергеевич заселяется в гостиницу «Космос», сроком на сутки, Марина и Людмила едут к себе домой. Завтра утром за вами заедет служебная машина. А сейчас, товарищи, прошу в автобус.

На стоянке стоял всё тот же автобус, зелёный ПАЗик, с надписью «Комитет по физкультуре и спорту СССР» на борту. Команда расположилась по местам, и автобус тронулся в направлении Москвы.

— Интересно, где мы в Свердловске будем жить? — смущённо спросила Арина у Соколовской, сидевшей рядом.

Вопрос, конечно же, имел прямой подтекст: сейчас она не знала, куда девать подарки. Взять с собой в Свердловск? Где они там будут жить: в общежитии или в гостинице? С дорогими вещами не хотелось бы таскаться туда-сюда у всех на виду. Оставить у Соколовской — так придётся потом возвращаться за ними в Москву, что ещё хуже.

— Не бойся, в гостиницу не поселят! — пошутила Маринка. — Запрут, как и раньше, в физкультурную общагу, со всей вашей бандой. Ты насчёт подарков беспокоишься?

— Да, — покраснела Арина от догадливости Соколовской.

— Оставь пока у меня! — уверенно заявила Маринка. — Я позвоню отцу, привезут твои подарки в целости и сохранности прямо домой! Я ещё кое-что от себя передам своим родителям.

Арина согласно кивнула головой, но всё же была в неком сомнении. Никогда такой проблемы у неё не существовало. Когда жила в Иженске и выступала за него, привозила с соревнований пару дешёвых плюшевых игрушек, которые захватить с собой не составляло никакого труда. А проживая в Москве, с соревнований всегда сразу же ехала домой. Тем более, никогда не выступала в таком бешеном темпе, разве что на команднике и в личке Олимпиады, да и то тогда времени между стартами побольше было…

Пока ехали, Арина смотрела в окно на Москву и в очередной раз поражалась причудливости бытия. Только что, несколько часов назад, ехали по Америке, сейчас за окнами Советский Союз. Даже по внешнему виду это как разные галактики, находящиеся на огромном расстоянии друг от друга…

А ещё она подумала, какая же сейчас большая нагрузка упала на Викторию в отсутствии Левковцева. Это же надо всех спортсменов собрать, привезти, разместить, проконтролировать, что всё нормально… Насколько она знала, в «Уральских самоцветах» участвовала почти вся группа ДЮСШОР-1, начиная от юниоров, заканчивая парниками, что было совсем неудивительно: не надо никуда далеко ехать, место проведения соревнований под боком, поэтому заявили абсолютно всех.

Впрочем, Левоковцев уже завтра воссоединится с группой, так что, возможно, будет полегче…

…Когда приехали до дома на Ленинградском проспекте, время уже подходило к 11 часам: автобус ехал не спеша, по пути высаживал в разных местах членов команды, в том числе и Владислава Сергеевича. До Ленинградского проспекта доехали вчетвером: Арина, Соколовская, Тарасова и Александр Юрьевич Федотов.

Когда автобус затормозил напротив подъезда и водитель открыл двери, Тарасова напоследок сказала, что этот же автобус приедет завтра в 10 утра.

— Будьте готовы! — предупредила она. — В 12 часов рейс. Сразу же полетите в Свердловск!

Потом Федотов помог затащить подарки в квартиру и напоследок поблагодарил фигуристок за хорошее выступление и в целом, за прекрасную поездку.

— Вы огромные молодцы! — заявил дядя Саша. — Это были одни из лучших дней моей жизни!

— А вы с нами в Париж поедете? — спросила Арина.

— А вот это, Люда, я не могу сказать, — усмехнулся Федотов. — Всё возможно. Я ж подчинённый человек. Как скажут, так и будет.

Потом Федотов ушёл. Соколовская открыла форточки, чтобы освежить затхлый