Калгари 88. Том 16 - Arladaar

— Но, мы не можем просто так пригласить её! — напомнила Арина.

— Завтра я поговорю с теми, кто может сделать запрос! — решительно сказал Ельцин. — Я понимаю, что это всё не сразу делается, ещё нужен ответ от канадской стороны, всё это будет решаться на уровне Министерства иностранных дел. Это будет, как бы вам сказать, посольство доброй воли. Встреча сначала в Советском Союзе, а потом в Канаде.

— Мы не против! — решительно заявила Арина. — Сейчас мы будем соревноваться в Свердловске, потом во Франции, а потом у нас, наверное, получится окно размером примерно в месяц, до чемпионата СССР, тогда это всё можно будет устроить.

— Вот и хорошо! — обрадовался Ельцин. — Самое главное, что вы на это согласились! Больше мне сказать вам нечего. Ещё раз благодарю за ваши великолепные номера, и вот вам очередной подарок от государства.

Ельцин опять подвинул каждый по конверту.

— Спасибо! — в голос поблагодарили фигуристки и сунули тугие конверты в карманы.

— Ну и напоследок, как всегда, спрашиваю: «Что вам надо?» — спросил Ельцин. — Кстати, вашу последнюю просьбу я выполнил. На ваши домашние телефоны можно звонить из-за границы, так же как с телефона можно звонить за границу. Естественно, через Комитет государственной безопасности, поэтому ни политические, ни другие остросоциальные вопросы не затрагивайте ни в коем случае, иначе эта лазейка моментом прикроется. Также я получил согласие на ваши командировки за границу в любое время. Если понадобится, Комитет государственной безопасности и Совет министров даёт вам гарантию на эти поездки.

— Спасибо большое! — поблагодарила Арина и слегка замялась. — Я бы хотела попросить вас доставить домой, моим родителям, подарки, которые мне подарили болельщики за границей. Там немного, но мне с ними неудобно ездить.

— Об этом не беспокойся, Люда! — заявил Ельцин. Сейчас я скажу ребятам, чтобы забрали подарки. В самое ближайшее время они отправятся на Урал. Больше ничего не надо?

— Больше ничего не надо! — покачала головой Арина.

Соколовская ничего не стала говорить и что-то просить. Да и в целом говорила очень мало, лишь согласно кивала головой и улыбалась.

— На этом у меня всё, желаю всего самого лучшего! — заявил Ельцин и нажал красную кнопку на столе. — Сейчас вас обратно увезут домой.

Потом пришёл вежливый молодой человек в плаще и костюме и проводил фигуристок до машины.

… Когда приехали домой, Арина и Соколовская отдали этому молодому человеку мешки с подарками. Арина оставила себе только самые ценные: кольцо с бриллиантом и золотой медальон. Соколовская — браслет из белого золота.

Потом, когда разделись, первым делом достали конверты, чтобы посмотреть, что там находится. А находились там традиционные 2000 рублей. Очередной транш от коммунистической партии Советского Союза. Сразу ощутили финансовую независимость!

— Я не понимаю, зачем это Ельцину надо? — неожиданно сказала Соколовская. — Чего он прилип к нам? Обрати внимание, другим до нас нет дела, пофиг, приехали, уехали. И денег никто не даёт!

— Конечно, среди руководителей разного ранга всегда было такое дело, что они оказывали поддержку спортсменам, артистам, прочим известным личностям… — замялась Арина. — Просто Ельцину нравится наше творчество! Но я думаю, основная причина не в этом. Я думаю, если ты заметила, он постоянно хочет подчеркнуть, что мы уральские, что мы не москвичи, что мы уроженцы глубинки. А почему? Потому что Ельцин сам отсюда родом, он хочет показать своему окружению, что Уралу тоже нужно уделять много внимания. По крайней мере, нечто этакое мне приходит на ум.

Арина сказала наугад, но как же она была близка к планам Ельцина противопоставить регионы центру! Добиваться широкой федерализации! Попала практически в яблочко!

— Какая ты умная! — усмехнулась Соколовская. — Только самое паршивое в этом, если нас используют втёмную, не раскрывая истинных мотивов всего этого, прикрываясь простыми вещами.

Арина с большим удивлением посмотрела на Маринку: признаться, таких речей она от неё не ожидала…

— А что мы можем сделать? — возразила Арина. — Отказываться от всего? Это недальновидно. Идти поперёк таких могущественных людей? Да, блин, сделают так, что даже здесь ничего не выиграешь. Я тебе скажу так: пока рыбка ловится, надо её ловить. Спортивная жизнь короткая. Одно неверное движение, перелом ноги — и о спортивной карьере можно забыть. Всё! О тебе напишут утешительную статью в газете и сразу забудут: с глаз долой, из сердца вон!

Возразить тут было нечего, поэтому Соколовская прекратила этот разговор. Арина посмотрела на часы: 19:10. Сразу же пришла мысль, что обещала позвонить родителям.

Подойдя к телефону, набрала номер и села рядом со столиком на пуфик. Через короткое время трубку поднял папа.

— Я уже чувствую, что это звонишь ты, Люда! — рассмеялся Александр Тимофеевич. — Здравствуй, радость моя! Позвонила, сдержала обещание!

— Здравствуй, папа! — улыбнулась Арина. — Да, ты прав, выдалась свободная минутка, решила вам позвонить. У меня всё нормально. Сегодня мы прилетели в Москву. Звоню от Марины. Как я и предполагала, домой я, скорее всего, попаду не скоро. Завтра мы вылетаем в Свердловск, домой заскочить времени не будет, сразу же начнутся соревнования. У меня всё хорошо. Надеюсь, скоро встретимся!

— Естественно, мы встретимся очень скоро! — радостно сказал папа. — Ведь мы приедем к тебе! В Свердловск! Отсюда завтра стартует целая группа поддержки! Владимир Степанович организовал. Быстрым решением, так сказать. Весь город взбудоражен, поэтому пошлют и журналистов, и группу поддержки из школы.

— Вот как, — удивилась Арина. — Признаюсь, это хорошая новость! Вы с мамой поедете? Очень рада буду вас там увидеть. Наверное, в гостинице остановитесь?

— С нашим размещением уже всё согласовано! — уверенно ответил Александр Тимофеевич. — Встретимся на ледовой арене. А может быть, даже и раньше. Сейчас мама с тобой поговорит.

— Здравствуй, дорогая моя! — ласково сказала Дарья Леонидовна, взявшая трубку. — Как же я рада тебя слышать! Хочу поздравить тебя ещё раз с медалью и пожелать всего хорошего! Как здоровье? Нормально хоть питаешься?

— Нормально питаемся, мама! — уверенно заявила Арина, вспоминая скудность советского магазина. — По крайней мере, не голодаем!

— Вот приедешь, я тебя от всей души накормлю! — пообещала мама. — Знаю я, как ты хорошо питаешься! Поди, приедешь — кожа да кости с глазами.

—