Не рычи на меня, волчара - Вик Арис

— Двое. Стоят возле машины и стараются не смотреть в сторону тети Нины.

— Тогда пусть остаются. Только георгины пусть не топчут.

— Внесем в служебную инструкцию, — пообещал Славка.

Он уехал, а Вите разрешили съесть половину пирожка. Целый я не дал. Она возмутилась, но спорить сил уже не было.

Когда пирожок закончился, она легла удобнее и некоторое время молчала.

— Кость, я раньше почти никому нормально не рассказывала про Рому. Потому что начинаешь говорить, и сразу кажется, что сама виновата. Почему терпела, почему деньги давала, почему не ушла раньше. Люди обычно спрашивают, даже если не вслух.

— Я не буду.

— И советы сразу давать не начнешь?

— Только если попросишь.

— И не скажешь, что надо было раньше вызвать полицию?

— Нет. Ты ушла тогда, когда смогла. Остальное уже не имеет значения.

Она посмотрела на меня долго, будто ждала продолжения.

Я молчал.

— Надо же, — сказала она наконец. — Ты действительно умеешь просто слушать. Я думала, сейчас начнешь составлять план, нанимать охрану, менять замки и перестраивать дом.

— Он нашел твой адрес и ворвался внутрь. Пока дело не закончится, возле дома будут два человека. Без хождения по клумбам и попыток руководить твоей жизнью. Потом решишь сама.

Виталина вздохнула.

— Ладно. Только тете Нине скажи, чтобы не кормила их каждые два часа. Через неделю перестанут помещаться в машину.

— Скажу через Славку. Я не настолько смелый, чтобы спорить с женщиной, вооруженной половником.

Она тихо рассмеялась и сразу прижала пальцы к виску.

— Все, хватит. Больно.

Я поправил ей подушку и немного отодвинулся, чтобы она могла уснуть.

Виталина нахмурилась и нащупала мою руку.

— Ты куда?

— Никуда. Хотел дать тебе пространство.

— Тогда сиди нормально. У меня после сегодняшнего вообще плохо с мужчинами, которые сначала обещают остаться, а потом начинают тихо двигаться к двери.

Я придвинулся ближе.

Она положила ладонь поверх моей.

— И не смотри на меня всю ночь. Проснусь, а ты сидишь с желтыми глазищами и смо-о-отришь.

— Закрою один глаз.

— Очень смешно.

Голос становился все тише.

Через несколько минут Виталина осторожно подвинулась и положила голову мне на плечо.

— Только не зазнавайся. Больничная подушка неудобная. Ты тоже не особенно удобный, просто так теплее.

Я обнял ее одной рукой, не прижимая сильно.

— Кость…

— Я здесь.

— Не уходи до утра. Потом я снова стану самостоятельной и начну объяснять, как тебе правильно жить.

— Договорились.

Она кивнула, почти не открывая глаз.

Через несколько минут дыхание стало ровным. Пальцы расслабились, но мою руку она не отпустила.

Телефон продолжал вибрировать в кармане. Работа, полиция, юрист, люди, которым всегда что-то требовалось прямо сейчас.

Все это могло подождать.

Вита попросила меня остаться.

Я и не собирался уходить.

Глава 13

Виталина

Просыпалась я долго.

Сначала услышала тихий шум вентиляции. Потом почувствовала под щекой прохладную наволочку, а рядом — знакомый запах Костиного парфюма. За окном шелестели деревья. Никто не лаял, не гремел техникой, не спорил с холодильником и не пытался выломать входную дверь.

Уже неплохо.

Я открыла глаза и несколько секунд смотрела в ровный белый потолок. Чужой потолок. Без трещины возле люстры, которую я дома собиралась заделать третий месяц, но каждый раз находилось что-нибудь важнее. Крыша, трубы, сломанный шкаф, пьяный оборотень. Потом бывший со своими долгами.

Жизнь у меня в последнее время была очень занятая.

Я осторожно повернула голову. Комната оказалась большой и светлой. Плотные шторы прикрывали окно, на тумбочке стояли вода, таблетки и мой телефон с разбитым экраном. Рядом лежала маленькая коробочка. На кресле аккуратно сложили мои вещи, сверху положили теплые носки, которые наверняка передала тетя Нина. Никто другой не считал, что взрослая женщина не переживет одну ночь без шерстяных носков.

Голова от движения сразу стала тяжелее. Ухо тянуло под пластырем, плечо ныло, во рту пересохло. Я попробовала приподняться на локтях.

— Даже не начинай.

Голос раздался справа.

Я повернула голову и увидела Костю.

Он сидел в кресле возле стены. Планшет лежал на коленях, чашка с остывшим кофе стояла рядом. Рубашка помялась, рукава были закатаны, под глазами залегли темные круги. Волосы растрепались так, будто он несколько раз проводил по ним ладонью и каждый раз забывал привести себя в порядок.

Выглядел он очень уставшим.

И все равно сидел здесь.

— Я только хотела немного подняться, — сказала я. Голос оказался хриплым. — Не собиралась выпрыгивать в окно и бежать домой босиком.

Костя отложил планшет, подошел и помог мне сесть. Одной рукой придержал за плечи, другой поправил подушки. Двигался медленно, следил за моим лицом и сразу остановился, когда я поморщилась.

— Врач сказал вставать только с поддержкой. У тебя вчера снова закружилась голова уже перед выпиской, поэтому сегодня никаких самостоятельных подвигов. Хочешь воды — дам. Хочешь в ванную — провожу. Хочешь ругаться — ругайся лежа, это безопаснее.

Он протянул стакан.

Я выпила несколько глотков и вернула ему. Костя поставил воду на тумбочку, но отходить не стал. Стоял рядом, внимательно смотрел и, кажется, считал каждый мой вдох.

— Где я? — спросила я, хотя уже догадывалась.

— У меня дома. В гостевой спальне. Утром тебя еще раз осмотрели, разрешили выписать под наблюдение, и я решил, что здесь будет спокойнее. В твоем доме пока полиция закончила не все действия, входную дверь ремонтируют, в коридоре бардак. Тетя Нина предлагала забрать тебя к себе, но там одна свободная кровать, узкий проход и четыре ее родственника, которые уже собирались приехать тебя навещать. Я решил, что после сотрясения тебе не нужен семейный съезд.

— Опять решил сам.

Раньше я сказала бы это жестче. Сейчас получилось почти без раздражения.

Костя сел на край кровати, оставив между нами небольшое расстояние.

— Да. Ты спала, врач разрешил перевозку, а будить тебя ради спора мне показалось глупым. Если захочешь, отвезу к тете Нине или домой, как только туда разрешат вернуться. Только сегодня прошу остаться здесь. У меня есть врач, который приедет вечером, Мария Павловна будет рядом, если понадобится помощь, а я никуда не уеду.

Он говорил спокойно, без приказа. Даже не начал перечислять, почему его дом лучше моего и сколько специалистов можно вызвать за пять минут.

Я посмотрела на его