Клан Волка - Анна Кондакова

Хакан начал зачитывать текст молитвы.

Я безотрывно смотрел на него, следил за своим состоянием, ждал атаки на сознание и готовил к отражению почти полностью освобождённый психодух.

Не знаю, какой сейчас во мне был активный резерв, но явно больше тех двух с половиной тысяч, что насчитала Йона. Жёсткие тренировки с Саргоном высвободили ещё не меньше двух-трёх тысяч, и сейчас по силе Жреца я сам почти дотягивал до ранга Оракул.

Хакан тем временем продолжал читать молитву.

Давление на сознание не заставило себя ждать, я ощутил всю его тяжесть, но психодух принял удар на себя и начал копить чужую энергию, чтобы отдать её обратно.

Только не спонтанно, как раньше, а при моём полном контроле.

На уроках у Саргона мне удалось научиться управлять силой психодуха и активным резервом, поднимая его до высоких значений.

Наконец Оракул смолк.

Слова молитвы исчезли.

Он посмотрел на меня со снисходительной улыбочкой и громко приказал:

— Подойдите ко мне, Волков! Встаньте вот сюда!

Он указал на пол рядом с собой.

Я даже не шелохнулся.

— Эй, студент! — нахмурился Хакан. — Подойдите ко мне! Вы оглохли?

— Нет, не оглох.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы.

Услышав, что я заговорил без приказа, Оракул побледнел, его маленькие глазки расширились.

По залу пронеслись приглушённые возгласы. Студенты привстали со своих мест, да и некоторые учителя тоже. Ректор Бессмертнов изумлённо приоткрыл рот.

Оракул кашлянул, нервно сжимая кулаки.

— В чём дело… не понимаю. Что-то не так… видимо, устал… сегодня был тяжёлый день.

Плавным жестом он опять вызвал молитву, а это для Жреца было равносильно истощению — так сказал мне Саргон. Обычно повторно такую молитву не вызывают, а только после долгого восстановления.

Но Хакан будто об этом забыл.

Синие буквы в очередной раз замерцали в воздухе. Жрец принялся зачитывать слова, более громко и чётко.

Я продолжал смотреть на него, внутренне контролируя свой психодух.

Снова появилось давление на сознание, ещё более тяжёлое, чем до этого. Астральное тело дрогнуло, будто собираясь оцепенеть и снова покрыться коркой. Чудовищным усилием воли я заставил его остаться свободным — психодух опять принял удар на себя, продолжая копить в себе чужую энергию.

Я терпел и ждал нужного момента. Внешне выглядел спокойным, но меня выдавали влажный лоб и покатившаяся по виску капля пота.

Замолчав, Хакан в очередной раз указал на пол около себя.

— Пройдите сюда! Приказываю! Ну!

И опять я остался на месте.

Кто-то из студентов сдавленно захихикал, отчего Оракул ещё больше занервничал и сам направился ко мне.

— Какую защиту ты используешь?

— Лучше останьтесь на месте, господин Хакан, — сказал я. — Мне бы не хотелось вас атаковать.

— Меня?.. — от такой наглости Хакан чуть не задохнулся.

Его лицо покраснело, и он становился, переводя дыхание.

Теперь с кресла поднялся и сам ректор Бессмертнов.

— Что происходит, господа?..

— Этот парень зарвался, господин ректор! — прошипел Оракул. — Он использует какую-то хитрость, чтобы исказить действие моей молитвы! Мошенник! Он использует другие Линии!

— Вы же сами говорили, что другие Линии никак его не защитят, что он полностью беззащитен перед вами, — возразил ректор, переводя взгляд с Оракула на меня и обратно.

— Говорил. Но, судя по всему, ошибся. Он же смеётся нам в лицо! Он бессовестно использует какую-то уловку!

— Он не смеётся и ничего не использует! — вдруг вмешался учитель Гвидуш. — Он просто стоит и не реагирует на атаки. Никаких других Линий не задействует. Невероятно, господа Жрецы! У мальчика нет Знамения, либо я ослеп, но молитва на него не действует… это чудо, не иначе…

— Замолчите, Гвидуш! От старости вы спятили? Какое чудо?! — не выдержал Оракул. — Никто тут не верит в чудеса! Тут что-то другое!

Он направился ко мне, засучивая рукава своего балахона.

— Стойте! — Я выставил руку вперёд, но Хакан не остановился.

И тогда в дело вступил психодух.

Скопившаяся энергия ударила по мозгам Оракула двойной мощью.

От неожиданности толстяк схватился за лоб, пошатнулся и, не удержавшись на ногах, повалился на колени. Да, совсем ненадолго, но это увидел не только я, а все, кто был в зале.

Оракул не смог противостоять удару, потому что слишком ослабил себя, дважды зачитав молитву подавления воли. Если бы у него не было Знамения, то я бы уже управлял им, но сейчас смог лишь ненадолго дезориентировать.

Однако ему и этого хватило.

— Вам помочь, Духовный Владыка? — учтиво спросил я.

— Оставь издёвки при себе, наглец… — Он еле поднял своё тучное тело с колен, сдавил пальцами виски и выдохнул, а потом так на меня зыркнул, будто собирался наброситься.

Чтобы отвести подозрения, я быстро воспользовался молитвой, которую заучивал на уроках у Саргона.

Духовным Миражом.

— Кагоманату, — почти беззвучно прошептали мои губы.

Не знаю, какую иллюзию нарисовало сознание Хакана, но толстяк отшатнулся от меня, как от огня, замахав руками, будто от чего-то отбиваясь.

Студенты уже давились от хохота.

— Парни, вы видели, а? Видели?.. — услышал я возглас очкарика Хобина. — Я не могу! Это кру-у-уто!

Он вскочил и от восторга схватился за голову, взъерошив себе волосы.

Оракул снова чуть не упал, но, сделав пару неуклюжих шагов назад, устоял — его ментальная защита всё-таки сработала, и он избавился от миража. Взгляд Хакана ясно говорил: «Если бы я мог, то вызвал бы молитву третий раз и навсегда сделал тебя рабом».

— Ты что себе позволяешь, подле-е-ец?.. — процедил он сквозь зубы. — Как ты вообще это сделал?

Я пожал плечом и ответил его же словами:

— Видимо, вы просто устали. Сегодня был тяжёлый день.

По залу пронёсся смешок.

— Экзамен пройден! — торопливо вмешался ректор. — Присаживайтесь, Духовный Владыка. Прошу вас.

Хакан наконец совладал с собой.

— Что ж, господин Волков. Ваша взяла. Экзамен вы сдали, но я этого так не оставлю. Раб не смеет атаковать Оракула.

— Значит, я не раб, — твёрдо ответил я. — Возможно, у меня всё-таки есть Знамение, и вы просто его не видите?

— Я вижу всё! Я Оракул!

И тут ректор не выдержал и заговорил громогласно и жёстко:

— При всём уважении, Духовный Владыка, этот мальчик — полноценный маг и ученик с высокой успеваемостью! У него может быть Знамение, которого мы не видим, и которое обладает особыми свойствами. Это бы всё объяснило.

— У него нет Знамения, господин ректор! Что бы он там ни утверждал! — всё никак не мог успокоиться Оракул. — Как он защитился от молитвы? Это невозможно! Не-воз-мож-но! Нужно провести расследование! Нужно его обыскать и проверить досконально! Откуда он вообще такой взялся?

Ректор его будто не услышал.

Он оглядел зал, всех