Клан Волка - Анна Кондакова

Это выглядело уже серьёзным.

Теперь мы имели и свой маленький госпиталь. В нём состояли четыре Божественных Врача и шестеро Знахарей со своими пространственными животными и навыками к созданию природных лекарств.

Здесь постаралась Мидори.

Она привела пять девушек-Друидов с разных курсов и объявила, что нам нужны ещё ингредиенты для зелий и своя теплица.

Правда, вместо теплицы рядом с моим особняком первым делом появился огромный вольер для Демона, гораздо больше его клетки в зоопарке Академии. Я договорился с Софией Лайфоро и её помощником Агрой, чтобы они передали мне волка. Его всё равно хотели отпустить в дикую природу.

Ни София, ни Агра спорить не стали и, как мне показалось, с облегчением выдохнули, а уже назавтра я перевёз Демона на верхолёте в его новый дом.

В тот день у ворот нас встретила Акулина, и, увидев её, волк был сражён. Никогда его таким не видел.

Зверюга влюбился в девушку с первого взгляда и даже позволил ей почесать себя за ухом.

— На твоём месте я бы обратил на неё внимание, — объявил он мне, подставляя морду под ладонь Акулы. — В ней много звериной силы.

— Ты виляешь хвостом, — шепнул я ему, когда девушка, уходя, оглянулась на прощание.

— Да не виляю я! — тут же огрызнулся Демон.

— Виляешь.

— Да ну. Нет. Тебе показалось.

— Твой хвост виляет, как у собаки. Можешь глянуть.

— Вот был бы у тебя хвост, Чародей, ты бы понял, как тяжело его контролировать. И вообще, мог бы промолчать из мужской солидарности. Ты же вожак стаи.

Демону новое место понравилось.

Из вольера он любил наблюдать за студентами, но никого к себе не подпускал, зато активно комментировал наши хозяйственные дела.

Ими как раз занимались сёстры Аверьяновы, Рада Бородинская и Егор-Глыба.

Они задействовали связи с Торговыми Домами, особенно Глыба. Он ведь и сам был из династии торговцев. В придачу я сам использовал связи с Маямото и кое-что прикупил с серьёзными скидками.

Так мы обзавелись пятью военными верхолётами, арсеналом мечей, щитов и алхимических заклинаний, а также кожаной и стальной бронёй.

На каждой вещи теперь стоял мой герб, и, глядя на него, я не мог поверить, что всё это происходит на самом деле. Отовсюду на меня смотрела рычащая волчья морда с янамарским иероглифом «сила духа».

Герб Клана Волкова.

Помимо бойцов, лекарей и жрецов, к нам присоединилось и много Мастеров Материй. Это была заслуга сестры и брата Гамзо. Вместе с Кикой и Гричем пришли сразу двадцать человек: Инженеры, Алхимики, Оружейники и даже один Архитектор.

На вопрос, что он собирается делать в военном Клане, парень уверенно заявил:

— Как — что? Строить крутые казармы!

Почти сразу он совместно с Инженерами приступил к работе над строительством полигона.

Кстати, именно Мастера Материй помогли мне улучшить навыки Оружейника.

У меня была проблема: я никак не мог научиться крепко впаивать соляные знаки в оружие. Мои кривые руки чаще портили вещи, чем наделяли их силой, и я потратил немало часов, чтобы научиться точно пользоваться инструментами Оружейника: молотком, размёточным циркулем, стамеской и зажимами. А вот с ковкой мечей у меня сложилось не сразу, да и не на все сто.

С другой стороны, прошло меньше недели со дня экзамена у Жрецов, а задач по клану было выполнено много. Всё же хорошо, когда у тебя крутая команда.

Вечером перед экзаменом у Оружейников ко мне в мастерскую ввалилась Мидори и взгромоздила на верстак большую сумку.

Её я узнал сразу — это была та самая сумка, которую Мидори прихватила с собой ещё из Ютаки. В ней она прятала свои бомбы.

Пока это были лишь заготовки, без соляных знаков.

— Как же я ждала этого момента, — объявила мне довольная девушка. — Доделаем?

И мы доделали.

Я и Мидори потратили весь вечер, чтобы впаять и вколотить соляные знаки. Мы использовали и золото, чтобы усилить несколько бомб. Дорогущий металл помогла достать Акулина. Она не спрашивала, для чего мне золото, но понимала, что это для каких-то алхимических дел и, скорее всего, для усиления оружия.

Пока я возился, Мидори подавала мне инструменты и наблюдала за каждым моим движением. Она с упоением рассказывала, как готовится к экзамену по Целительству, и как тренирует Тучку.

А ещё сказала, что её зелье для отца почти готово.

— Недельки через две можно будет попробовать дать его папе, — шёпотом поделилась она. — Будешь присутствовать? Это же исторический момент! Отец вылечится от беспамятства, точно тебе говорю.

Я не стал огорчать её и говорить, что сильно в этом сомневаюсь.

Молитва Оракула была слишком сильной, чтобы её действие могло снять какое-то мутное зелье, приготовленное первокурсницей, пусть даже такой талантливой. Как говорил мне Патриарх Саргон, эффект этой молитвы мог снять только Оракул такой же силы, что накладывал молитву.

Назавтра начался экзамен у Оружейников.

На хорошую оценку я особо не рассчитывал, но в итоге сдавать мне ничего не пришлось.

В коридоре Башни Мастеров меня ждал Горо Исима.

Всё это время он ко мне не подходил, а тут явился сам, и было видно, что он сильно нервничает. Увидев меня, Горо поспешил навстречу.

— Есть новости, — сообщил он, как только подошёл.

Мы вышли на улицу и, пока не отошли подальше, он не проронил больше ни слова. Его нервное состояние передалось и мне.

— В чём дело, Исима? — не выдержал я, когда мы были уже в конце аллеи.

Он наконец заговорил.

— «Железный Бутон»… ты хотел, чтобы я навёл справки насчёт Бажена Орлова. Наш человек сказал, что Орлов кое в чём признался. Он рассказал насчёт какой-то тетрадки, которую ты прячешь. Сказал, что это древний артефакт, и пользоваться им умеют немногие.

Я промолчал, но внутренне напрягся.

Значит, из Орлова всё-таки выбили всё, что он знал насчёт меня.

— Не знаю, что там накопали инспектора «Бутона», — продолжил Горо, — но мне ясно намекнули, что они скоро получат бумагу на твой арест.

Мои ноги невольно остановились.

Я посмотрел в глаза Горо, и понял, что тот не врёт.

— Когда?

— На днях, не знаю точно, — ответил он, всё больше бледнея. — Ещё мне сказали, что с инспекторами беседовал Гедеон Ланне, сын главы столичного Военного Дома. Что, мол, он сам туда явился и пожаловался на телохранителя Снеговых. О чём конкретно он говорил, мне неизвестно.

— Это всё?

— Всё.

— Понял. Спасибо.

Я оставил его на аллее, а сам быстрым шагом отправился к Галею