Обратный отсчет - Токацин

— Всех разогнал, — отмахнулся Айзек, опуская на глаза тёмный щиток. — Бальтес, действуй!

Заслонка бесшумно отъехала в сторону, открывая сияющее зеленью «жерло». Из-под панцирного рукава Гедимина ударил красный свет — дозиметр зажёг тревожные светодиоды. Чей-то «счётчик Конара» истошно заверещал, и сармат поморщился.

— Я возвращаюсь н-на пост, — голос Бальтеса всё-таки дрогнул. Филк шагнул к монитору, завороженно глядя на вскрытый корпус реактора.

— Джефри, действуй, — велел Айзек. Второй филк, судорожно сглотнув, двинулся к «жерлу».

— Я извлекаю накопитель…

…Тёмно-синяя пластина легла на место. Заслонка закрылась, и зелёный свет, режущий глаза даже сквозь тёмный щиток, наконец погас. Гедимин с облегчённым вздохом перевёл взгляд на тёмно-красные кольца. Они так и висели на «стапеле», пока Джефри судорожно размазывал по рукавам чёрную грязь. Айзек стоял над ним с дозиметром.

— Это что, местная мея? — спросил Гедимин, кивнув на горшок с грязью.

— До меи не дотягивает, — признал Айзек. — Но лишнюю пыль отмоет. Всё, Джефри, можешь смыть. Вот здесь ещё натри.

Гедимин еле слышно хмыкнул.

— Хорошо, когда есть нормальный дозиметр. Подвес на жгуте пятно пыли не выявит.

Айзек недовольно на него покосился.

— Гедимин, это ты рассказываешь, какая дрянь твои приборы? Когда появились дозиметры с указателями, не вспомнишь?.. Будут ходить под рамкой с подвесом, пока не перестанет дёргаться. Или отмываться целиком. Чтоб уж точно ничего не пропустить.

Джефри, под присмотром Айзека закрепив кольца-накопители на броне, двинулся к открытому люку.

— Позови Ансура, — сказал вслед ему командир.

Бальтес за монитором беспокойно зашевелился.

— А я что? — он неуклюже развёл руками, опуская голову. — Так в этом и останусь? Оно центнер весит!

— Шестьдесят пять килограммов, — бесстрастно ответил Айзек. — Чтобы привыкнуть к снаряжению, его нужно носить. Сегодня и начнёшь. Гедимин! Есть что сказать о работе операторов? Смена Ансура, Кённы, остальные? Кого-то надо отстранить?

Гедимин пожал плечами.

— Да все работают…

Айзек сдержанно хмыкнул. Мимо, с опаской оглянувшись на Старших, проскользнул филк. Сармат, идущий за ним, поднял руку в приветственном жесте.

— Ансур смену принял.

— Работайте, — кивнул ему Айзек. — С этого дня переходите на шестичасовую смену.

Бальтес, придавленный скафандром, сдавленно застонал. Гедимин мигнул.

— Шесть часов?

— Ну да, — кивнул Айзек. — Если не будет проблем, в месяце Пустоты все дежурства лягут на фил… на эти смены. Пять по восемь часов — весь день закроется.

— Как будем дежурить? — спросил Гедимин. — Остаётся десять часов. Кто…

Айзек криво ухмыльнулся.

— Конечно, ты, атомщик. Не буду лишать тебя сна у реактора. У вас с Вепуатом и так тридцать часов на приключения.

Гедимин сердито фыркнул.

— Я ещё станцию строю.

— Ну да, ну да, — кивнул Айзек всё с той же кривой ухмылкой. — Пять часов в сутки. Тебя Альгот искал. И, к слову, уже третий день.

Гедимин растерянно мигнул.

— Третий день? И не нашёл? Ему там глаза не выжгло?

Уже наверху сармат с запозданием вспомнил, как позавчера на него смотрел издалека филк — а подойти так и не решился. «Ну да, мне тогда было… не очень хорошо,» — Гедимин виновато сощурился. «Не думал, что он так испугается. Надо было самому найти его…»

Выйдя к душевой, сармат хотел развернуться к лаборатории, но посмотрел на дверь и ошалело мигнул. Она была перекрыта двумя костяными засовами. Продухи захлопнулись, свет внутри погас, даже фонари у входа кто-то снял.

— Что с душевой? — Гедимин развернулся к Айзеку. Тот хмыкнул.

— Твоими стараниями, атомщик. День Мрака. Забыл?

— Мать моя колба… — пробормотал сармат, разворачиваясь к закрытой душевой и прижимая ладонь к двери. Холодом не тянуло — «гости» из Ущелья Падальщиков ещё не пришли.

— Хорошо, что закрыли, — сказал сармат, машинально потирая ладонь. — Без брони к ним лучше не лезть.

Кто-то за углом душевой насмешливо фыркнул.

— Кет — эксперт по влезанию куда ни попадя. Если уж он сообразил…

Гедимин недобро сощурился, но промолчал и направился к лаборатории. «Надо найти Альгота. Гварза топчется снаружи — хорошо, значит, внутри донимать не будет. Поговорю с Альготом спокойно. Наверное, что-то про цемент. Получилось? Или нужны ещё образцы?»

…На лабораторном столе сидел Вепуат и разглядывал кювету со светло-бежевой массой. Его скафандр тоже на неё смотрел — Гедимин насчитал восемь глаз, высунувшихся из-под перьев.

— Думали уже тебя искать, — сказал филк-химик, доставая из ящика свёрток и стряхивая с него драные листья. Теперь он держал в руках каменную плашку. К ней поодаль друг от друга прилипли красные камешки. Клеили их как ни попадя — то за узкую грань, то за ребро или вершину угла, однако ни один не отвалился, даже когда Альгот похлопал плашкой по ладони и замахнулся, чтобы ударить о стол.

— Дай сюда, — Гедимин отобрал плашку и постучал ей о броню, пристально разглядывая толстую прослойку «клея» под камешками. «Жидкий раствор — бежевый. А тут — скорее рыжеватый. Похоже, он спёкся — застыл при нагреве. Любопытно…»

Первый камешек, который он пытался отколупнуть, раскололся под пальцами, но все осколки остались впаянными в раствор. Второй удалось поддеть когтем. Гедимин потёр занывшую фалангу и одобрительно хмыкнул.

— Очень даже ничего. Как сделал?

…Все три минерала были Гедимину незнакомы — может, он и видел мельком что-то такое, убегая от камнепада на границе Сфенов, но точно не изучал с микросканером. Вепуат подобрал камешки, задумчиво покачал на ладони.

— Значит, все — с пограничья? В нашем Сфене ничего такого нет?

— Воду брал местную, — ответил Альгот. — С той всё разваливалось. Вода имеет значение…

Он подобрал со стола камешек, оторванный Гедимином от плашки, плюхнул на неё шматок свежего раствора и, влепив в него красно-жёлтый осколок, занёс над горелкой.

— Градусов двести, без лишней спешки — полчаса. Можно быстрее — тогда до пятисот. Но при ускорении может растрескаться.

— Двести? — Гедимин снял с пояса «термобластер» и, отцепив ещё шматок раствора, переложил на подвернувшийся черепок. Раствор под жёлтым бликом еле слышно зашипел, уменьшаясь в объёме. Гедимин царапнул ссохшуюся поверхность — след был едва заметен.

— Вот! — Вепуат хлопнул сармата по плечу и широко ухмыльнулся. — Вот для чего нужны термобластеры. А Гварза всё — «оружие, оружие»…

Гедимин сдержанно хмыкнул.

— Надо опробовать на месте. В тех условиях, с полноразмерными плитками.

— А