Обратный отсчет - Токацин

тёмно-бурые осколки Гедимин разглядел через несколько секунд в тех же завалах. Белая крошащаяся порода — что-то вроде мела — налипала на них коркой. Её было много, но она, оказавшись на поверхности, без защиты более прочных минералов, стремительно разрушалась — Гедимин собирал её по крупицам, зачёрпывая вместе со снегом. Крупицы весили неожиданно много, и сармат даже проверил их дозиметром. «Что-то вроде местного свинца? Проверить бы на токсичность…»

— Вепуат!

Разведчик вздрогнул и распушил перья. Он незаметно отошёл от осыпи, где копался Гедимин, поставил каменные мисочки на выступ валуна и что-то выцарапывал на нём. Гедимин, выразительно хмыкнув, взвесил пакеты с образцами на ладони.

— Тут шесть килограммов. Хватит для начала. Белая порода сильно крошится.

— Угу, — Вепуат покосился на мисочки. — Гедимин, ты бы… поблагодарил его, что ли.

Гедимин ошалело мигнул.

— Кого и с чего⁈

Вепуат кивнул на скалу.

— Асгаана. Как думаешь, почему плато так удачно обсыпалось?

Гедимин мигнул ещё раз.

— Ты в себе? Этим «обсыпанием» нас чуть не раздавило! «Удачно», мать моя колба…

— Оно обнажило все породы, — Вепуат тронул когтем белые крупицы. — Собирай — не хочу. В тот раз снизу даже было не видно, что они там есть. Мы шли до самого устья, помнишь? Если бы не обвал…

Гедимин досадливо сощурился.

— Чего тебе намололи местные⁈ Ты уже любой упавший камень будешь списывать…

Вдалеке загрохотало. Вепуат вздрогнул и быстро оглянулся.

— Уходим. Hasu! Скалу уговорить проще, чем тебя!

Гедимин подался назад, уплотняя защитный купол. Вдали стучали падающие камни — последние обломки, где-то застрявшие по дороге к подножью.

— Миски забыл, — буркнул он, пропуская Вепуата под плотный купол. Тот лишь дёрнул плечом и ускорил шаг. Гедимин оглянулся на валун, на осыпь за ним и сдержанно хмыкнул. «А скала и впрямь удачно обвалилась. Сгрести обломки, не глядя. Вытащить в соседний Сфен. И там спокойно перебрать и выколотить нужное. Подальше от непрочных скал. Пустую породу…» — сармат криво ухмыльнулся. «Ну, можно и вернуть. Вдруг она кому нужна.»

…Он сложил пакеты перед Альготом. Тот машинально схватился за них — и разжал руку.

— Шутки у Старших… Сколько тут? Килограмм десять?

— Шесть, больше не взяли, — ответил Гедимин. Вепуата рядом не было — ещё у обрыва что-то буркнул на прощание и пошёл догонять Джагулов.

— Дробилка это переварит, — он оглянулся на прикреплённый к столу агрегат.

— Это — да, — кивнул Альгот. — Но для центнеров придумай что-нибудь другое. Камнедробилку на Текк’тах…

— Текк’ты мелко не раздробят, — Гедимин качнул головой. Что-то на груди брякнуло, сармат скосил глаз и увидел грубо обточенные бусины. «Забыл отдать,» — он, досадливо хмыкнув, сдёрнул дикарскую «цацку». «Даже не фонит. Так и думал. Верну Скогнам.»

…Куда забраться, чтобы спокойно заняться чертежами, Гедимин придумать не успел. Едва он вышел на трап, как увидел душевую, утонувшую в густой тени, и плотную толпу Скогнов на почтительном расстоянии. Карлики жались друг к другу, пытаясь спрятаться за спиной Хассинельга. Страж, расправив плечи и оперевшись на посох, смотрел на душевую. Никто не верещал от страха и не пытался зарыться в гравий — видимо, «пугалка» была выключена. Гедимин покосился на стража и толпу за ним и недоумённо пожал плечами. «Их-то чего принесло? Теней не видели?»

— Привет, — негромко сказал он, надавив ладонью на прикрытую дверь. С той стороны зашелестело.

— Пусссть не пессспокоятссся. Ссскоро уйттём, — различил Гедимин среди множества шипящих звуков.

— Купайтесь спокойно, — он повернулся к аборигенам, глазеющим на него. Про затенённую душевую они забыли. Хассинельг, одолев оторопь, махнул посохом.

— Идите уже! Ничего нового не увидите, — пробурчал страж, с опаской глядя не то на Гедимина, не то на что-то за его спиной. Скогны зашевелились, с недовольным писком отступая к ущелью. Гедимин, благодарно кивнув, снова тронул двери душевой.

— Я ищу зрячие камни. Откуда они берутся?

— Ссфен Мыссли, — донеслось из ангара после секундного пересвистывания. Сармат растерянно мигнул.

— А я слышал — их находят в вашей реке.

— Ессть и у насс, — не стал спорить Икси.

«Похоже, ему до зрячих камней нет дела,» — озадаченно подумал Гедимин, прислушиваясь к плеску за дверью. «Как будто я спросил о простой гальке.»

— Мне нужны такие камни, — сказал он и быстро оглянулся — в такие моменты поблизости обычно появлялся Айзек или даже Гварза. Сейчас вокруг было тихо, только Хассинельг всё стоял на тропе, пристально глядя на душевую. «Следит за порядком? Ну да, это же их работа…»

— Прихоттти. Пропусстим, — отозвались сразу несколько голосов.

— Пропустите? — переспросил Гедимин, не сразу поняв, к чему относится ответ.

— Ты насс пропусстил. И мы тебя пропусстим. Мошшешшь прийти.

Гедимин озадаченно хмыкнул. «Я же их не просил…»

— Далеко идти, — сказал он вслух. — Лучше приносите на обмен. Есть что-то, что вам надо? Пища, цацки, инструмент? Может, кейек?

Внутри ангара протяжно зашелестело — будто десятка два существ разом тяжело вздохнули.

— Нисссего не надо ссс этой ссстороны, — ответил кто-то из них. — Нисссего не приносссим с той. Шшто нушшно — прихоттти ссам. Пропуссстим.

Гедимин мигнул.

— С какой «стороны»? Я…

Навершие белого посоха стукнуло его по груди, и он замолчал. Хассинельг отчаянными жестами отгонял его от двери и зажимал себе рот, тараща глаза. Гедимин шагнул к нему.

— Хранит тебя пятнадцатый! — выдохнул страж, оттеснив сармата за угол лаборатории, и быстро оглянулся на душевую, прикрываясь посохом. — Не трогай их больше. Они и так позволили много. Мы туда ходим толпой и с оружием. И то никогда не знаем, чем кончится. Они же из мира мёртвых, Дим-мин. Как им торговать с живыми⁈

«Да чтоб вас всех с вашими традициями…» — Гедимин подавил раздражённый вздох. В душевой зашумела вода, и он болезненно поморщился. «Как мыться — так они живые. Как принести товар на обмен — так сразу мёртвые. „Ниссего“, s— sa has— sulu…»

— Ты там был? — тихо спросил он. Хассинельг потупился и сделал вид, что начищает посох.

— На краю, не дальше. Реку видел, но не трогал. Да лучше и не надо. Хотя — священный металл… — он провёл пальцем по рукаву Гедимина. — Должен защитить. Дим-мин! Они ведь придут. За мной скоро прибегут, чтоб за ними сходил. Непременно придут. А