"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Тут я и вспомнил, куда вчера отправил своего могучего товарища. В женскую спальню.

Так как Валера формально не был моим питомцем и не делил со мной общую энергию, я отправил за ним Болванчика. Тот быстро вернул его в нашу компанию.

— Знакомьтесь, Валера, — сказал я, подхватив негодующую птицу на руки.

Виолетта поднесла к нему палец и тут же отдернула. Остальные удивленно посмотрели на нее.

— Кто это? — ее глаза расширились от ужаса. Что она там увидела?

— Ах да, — хлопнул я себя по лбу. — Это реинкарнация сильнейшего воина во Вселенной. Короля и бла-бла…

— Следи за языком! — пропищал Валера. — Я только начал испытывать симпатию к вашему примитивному виду.

— Так вот что это было… — задумалась Переславская, рассматривая голубя вблизи.

Мы сходили на завтрак и после разошлись каждый по своим делам. Кто-то практиковаться в медитации, усиливая и укрепляя каналы, кто-то тренироваться физически, а кто-то готовить экипировку.

Я же решил навестить мастера Рея и немного помахать с ним кулаками. Надо проверить, насколько я вырос и сильно ли влияет новый ранг на боевые навыки?

Пусть Лора и уверяла, что теперь мне будет гораздо проще, но я все же не мог устоять.

Сегодня официально начиналась Универсиада, и до ее окончания занятия отменили. Некоторые студенты, правда, принялись ворчать, но Ермакова и несколько преподавателей сказали, что библиотека всегда открыта и в полном распоряжении студенчества. Никто не запрещает учиться самостоятельно. Наталья Геннадьевна захотела даже выдать этим ребятам несколько дополнительных заданий, раз они скучают по зубрежке. Но возмущения как-то сами прекратились.

На стадионе, как всегда, толпился народ. Тут тренировались и новенькие, которые прибыли буквально в начале нового месяца, и старички, продолжающие совершенствовать навыки. Асая Рей по своему обыкновению ходил от одного студента к другому и советовал, как правильно бить, как встать и как рассчитывать силы.

— Добрый день, учитель! — глубоко поклонился я.

— О! Кузнецов-кун! Как я рад вас видеть! — искренне улыбнулся Асая Рей и так же глубоко поклонился мне. — Наслышан о ваших великих подвигах, юный ученик! — он подошел поближе и прошептал: — Дирижер был силен?

— Да, — честно признался я, вспоминая наши молниеносные прыжки по усадьбе.

— Вы пришли проверить свои навыки? — прищурился он, оглядывая меня с ног до головы. — Думаете, ранг Воина придал вам сил?

— Не попробуешь, не узнаешь, — пожал я плечами.

Больше Рей ничего не сказал. Только подошел к стойке с оружием и провел пальцами по рукоятям мечей:

— Выбирай!

— Рукопашный бой, — покачал я головой. — Как в первый раз.

— О как⁈ Хвалю!

Мы прошли на один из рингов, который разместили тут с недавних пор. Асая Рей установил таймер на пятнадцать минут.

— Готовы, Кузнецов-кун? — слегка наклонив голову набок, сказал Рей и принял боевую стойку.

— Всегда готов! — ответил я. У меня не было особой стойки. Только удобное положение в случае атаки.

Первым напал Рей. Скорее всего, он уже оценил мои возросшие боевые навыки и начал атаковать совершенно по-другому, чем в прошлые наши столкновения. И вновь мы словно в фильме про боевые искусства, размахивали ногами и блокировали молниеносные удары.

Все-таки до уровня Рея мне еще расти и расти. Сильный противник, и к тому же он совершенно не использовал в бою магию. Лора меня в этом заверила.

Постепенно за нашим сражением принялись наблюдать все больше людей. Вскоре ринг окружили практически все, кто находился на стадионе.

Таймер сработал.

Мы замерли, едва не донеся кулаки до челюстей друг друга. Оба тяжело дышали. Все-таки удалось немного напрячь Асая Рея. Хотя он попадал по мне гораздо чаще, чем я по нему, но я был доволен.

— Очень хорошо, — вернув размеренное дыхание, Рей показал мне большой палец. — Вы намного продвинулись вперед Кузнецов-кун!

— Благодарю, — мы поклонились друг другу в знак уважения и спустились с ринга.

Многие студенты зашептались, когда я проходил мимо. В толпе я заметил несколько ребят в форме других институтов. Моих соперников.

— Неплохое показательное выступление! — раздался знакомый голос со спины.

Обернувшись, я увидел Розу. Студентку от Церкви. Подругу Маши.

— Спасибо, но это всего лишь тренировка, — сдержанно ответил я. — Мне необходимо было проверить свои силы.

— И как они? — улыбнулась она.

— На уровне, — туманно сказал я. — Прости, мне надо идти.

И я покинул стадион.

К слову о Маше. Утром нам не удалось встретиться только потому, что ее вызвал отец. Выйдя за пределы стадиона, я написал ей СМСку, чтобы узнать, где она.

Оказалось, что они с Сергеем Михайловичем сейчас в институте. Точнее не так. Ее отец застрял в кабинете Звездочета, а она ждет его в зале на первом этаже.

Туда я и отправился.

— Как же я рада тебя видеть! — тут же кинулась она мне на шею, не стесняясь посторонних взглядов.

— Ты не представляешь, как я по тебе скучал, — улыбнулся я, и поцеловал ее в губы.

Едва отлепившись от меня, она написала отцу, что мы прогуляемся.

Пришлось и ей рассказать обо всех новостях из Москвы.

Стоило мне дойти до середины, как сверху на нас упала крылатая тень.

Да, это был Валера, который прилетел познакомиться с Машей. Давно следовало привыкнуть, что он то улетает куда-то по своим голубиным делам, то прилетает по своему усмотрению. Пусть вертится, где хочет. Главное, чтобы не попадал в неприятности и не совался за территорию института. Я же пообещал Звездочету. Вот и Валерчику там делать нечего.

Так мы и прогуляли с Машей по парку, пока не настало время инструктажа для участников Универсиады.

Мероприятие проходило в большой аудитории с амфитеатром, где иногда устраивали смежные лекции с другими группами.

Мы пришли за десять минут до начала, но нас встретил зал, где яблоку было негде упасть.

За столами сидело пять команд от других институтов, плюс представители церкви. Интересные ребята. Причем все до единого.

У большинства морда кирпичом, как будто они приехали на войну.

Побольше позитива, ребята!

Мы же с Машей улыбались во все тридцать два зуба, и никак не вписывались в эту гнетуще-официозную атмосферу. Тут каждый мнил себя достойным занять первое место и вообще самым сильным. Ну раз прошел отбор, значит, не просто так. Эх, ну раз вы так хотите…

Таких умников я встречал пачками за свою жизнь. Обычно считают себя главными героями своих «уникальных» историй. И ловкости им не занимать, и силы, и ума. В общем жалкое зрелище.

— Маша, я тут! Иди сюда! — у окна сидел Фанеров и махал нам. Точнее Маше. — Я специально нагрел тебе место!

У Маши мигом поползли глаза на лоб. Я же заметил своих ребят, вокруг которых свободного места завались. Проигнорировав потуги Фанерова, мы пошли присаживаться в круг нормальных людей.

— Прости, Женя, я сяду там, — сказала Фанерову Кутузова, и нас окружила приятная компания.

Стоило мне упасть на лавку, а Дима тут как тут.

— Вы где были⁈ Мы тут уже двадцать минут сидим локти кусаем! — зашипел он. — Я же писал тебе!

И вправду. Пропущено несколько сообщений. И Лора не предупредила, посчитав сообщения со смайликами не особо важными.

— Прости, загулялись, — ответила вместо меня Маша и мило улыбнулась. Дима сразу утих.

— Чего волноваться? Еще не пришли святоши и несколько студентов из других институтов, — сказал Антон. — Расслабьтесь. Это долгая песня.

— А ты чего тут забыл? — поинтересовался я, не ожидая увидеть здесь Есенина-младшего. — Здесь же только участники турнира?

— Ну и что? Жалко что ли? — нахмурился Антон. — Захотел и пришел.

Пока он вредничал, на него продолжали оглядываться участницы. И не без огонька в глазах. Даже красавицы из других институтов уже прочухали, кто тут Есенин, и украдкой показывали на него пальцем.

Эх, как же фамилия меняет отношение к тебе! Вроде не так давно никто Антона и в упор не замечал, а стоило ему раскрыть инкогнито как все перевернулось вверх тормашками. Сидят, шепчутся, стреляют глазками да пытаются познакомиться. А Антон, похоже, начинает привыкать ловить на себе постоянные томные взгляды да вздохи. Ему было глубоко до фонаря.

За пять минут до начала явились опоздавшие церковники.

Авраам появился одним из последних и пошел усаживаться рядом с Фанеровым. Тот зашипел на него, но все тщетно. Других свободных место просто не было.

Оба уперлись друг в друга злобными взглядами. Одного проигнорировала любовь всей его жизни, а другой… ему пришлось сесть с кем попало. Да и вообще креста на Фанерове нет.

— Эй, Есенин? — воскликнул кто-то среди студентов. — А ты чего это тут забыл? Ты же не прошел?

Антон на эту реплику только отвернулся и принялся глядеть на пейзаж