"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

К Широково мы подъезжали уже вечером. Я отправил Маше СМС, не спит ли она. Кутузова ответила, что находится в институте. Завтра утром планируется инструктаж для всех участников и официальная часть. Следом мне пришла еще одна СМС от нее же. Маша писала, чтобы я и не думал соваться в квартиру. К ней прилетел отец.

Меня не удивляло, что Кутузов привык использовать сверхскоростные истребители в личных целях. Мы бы так обнаглеть!

Когда миновали пропускной пункт в Широково, Звездочет проснулся, набрал Наталью Геннадьевну и сказал, что мы приехали.

А когда наша машина оказалась на территории института, он облегченно выдохнул.

— Ну все, тут с тобой точно ничего не случится, — устало сказал он.

Лора пару раз просканировала его и сообщила, что артефакты, которые применили при нападении, неплохо поистощили замдиректора. Однако держался он молодцом.

Звездочету стало получше, когда мы оказались ближе к Дикой Зоне и метеоритам. Постепенно к нему возвращались силы.

— Завтра какое расписание? — поинтересовался я, когда мы вышли из машины и направились к главному входу.

Валера, оказавшись тут впервые, улетел смотреть окрестности.

— До семнадцати часов делай, что хочешь, — кинул Звездочет на меня быстрый взгляд. — Стоп! Нет. Кузнецов, моя личная просьба: сиди в институте до начала поединков. Я знаю, что ты захочешь прогуляться по городу и уничтожить пару бандитских группировок, спасти кого-то, но давай не в ближайшие дни?

— Конечно, — кивнул я. — Мне и самому хотелось бы отдохнуть от всего этого… Вот только…

— Что⁈ — он даже остановился на полпути к дверям.

— С кем я могу обсудить правила Универсиады?

Звездочет удивился, явно не ожидая, что я так отвечу.

— Перед официальным торжеством у вас будет инструктаж, там соберутся судьи, организаторы, директора, — объяснил Алефтин Генрихович. — Узнаешь и правила, и порядок проведения, и другие детали…

— Правила? — усмехнулся я, когда мы вошли в холл, где должны были разминуться. — Если можно убивать соперника, о каких правилах идет речь? Нельзя сжигать его? Заставлять сделать суицид? Скинуть с высоты? Может, еще в пах не бить?

— Кузнецов… — вздохнул Звездочет.

— Все, понял, спокойной ночи, — улыбнулся я и направился в свое крыло.

— Подустал он от тебя, — хихикнула Лора, появившись рядом со мной в полупрозрачной пижаме.

— Зато живой, — ответил я.

— Так из-за тебя его жизнь и была под угрозой! — парировала Лора и, к сожалению, она права. Мне надо разобраться со всем этим криминальным кублом раз и навсегда.

И не стоит забывать про странных ребят, которые хотели забрать Дирижера. И что за мелкая баба с косой и ее пятеро (хотя теперь четыре) телохранителей с сумасшедшей силой и явно нечеловеческими мордами?

— А где, кстати, наш пернатый убийца? — удивился я, вспомнив, что голубя давно нет. Надеюсь, он не попал в лапы какого-нибудь хищника. Видел я тут ястребов…

Болванчик вылетел на поиски.

Ага, вот и он. Сидит на флагштоке самой высокой башни института. Смотрит вдаль на Дикую Зону.

— Возвращайся, — сказал я ему через Болванчика.

Валера вздрогнул, посмотрел на детальку и полетел за ней.

Когда он оказался у меня на плече, я решил подняться с ним на крышу жилого комплекса. Нечасто мы с ребятами туда ходили, но с балкона открывается красивый вид на город, стену и Дикую Зону.

— Это что за место? — спросил Валера. — От него несет… Смертью.

— Ты про Дикую Зону? — махнул я рукой за стену.

— Да, — кивнул он.

— Там монстры. В этом институте обучают магов, которые с ними сражаются.

— А откуда они появляются?

— Из метеоритов.

Валера надолго задумался. Обычно болтливый и злой голубь стал на удивление тихим и сосредоточенным.

— Ты пойдешь туда? — наконец, спросил он.

— Да, но после турнира.

— Я чувствую приближение опасности… — вздохнул Валера. — Тут пахнет иначе, чем у тебя дома.

— И чем же пахнет смерть?

— Маруся давала мне красную ягоду, которая называется вишня. Вот ей и пахнет. Запах неуловимо, но усиливается.

Я был удивлен таким откровением Валеры. Мой нос не улавливал ничего похожего, хотя я острее других ощущал энергию кристаллов. Может, просто привык?

— Мы закрываем метеориты, — решил рассказать я. — Надо уничтожить сердцевину, красный камень. Ты его уже видел.

— Да, и не один раз, — кивнул Валера, а потом повернулся ко мне. — Миша, мой мир погиб под градом этих метеоритов. Я сделал ту же ошибку.

— Какую? — напрягся я. То, что Валера решил заговорить об этом, крайне ценно. Стоит узнать как можно больше.

— Я уже говорил, что проморгал вторжение, — сказал голубь. — Я боролся с последствиями, а не с первопричиной. В этом и был мой просчет.

— И мы тоже боремся с последствиями? — уточнил я.

— Верно, — кивнул голубь. — Все эти твари пришли из тех миров, которые были захвачены.

В голове тут же возникла картина моего дома. Я мысленно снова видел свою квартиру и комнату. Нет, такого не могло произойти.

— Откуда ты знаешь? — Как бы я не боялся ответа на этот вопрос, мне необходимо было узнать.

— Это мое предположение, — махнул он крыльями. — Я уже сталкивался с чем-то подобным.

— В смысле?

— Когда путешествуешь по вселенной, чаще всего ты бываешь на планетах, где нет жизни. Но иногда попадается и кое-что интересное. Вот у вас падают метеориты, а в одном мире открывались порталы, и оттуда валили монстры. Они захватили планету, ассимилировали ее, и у них появлялась еще одна колония. Потом они снова открывали порталы, и опять по новой. Местные как-то умудрялись закрывать порталы, но я точно не знаю как.

— Валера, кто это был?

— В тот раз я сделал все банально и просто. Пошел по порталам в обратную сторону.

— А что, так можно? — улыбнулся я.

— А почему нет? — если бы у него были плечи, Валера бы ими пожал. — Зашел, уничтожил всех…

— Погоди, Валер, ты в одиночку уничтожал планеты? — Если честно, это звучало, как пиз… Не очень правдивые слова. Хотя Трофим сказал бы по-другому.

— Не планету, а ее обитателей, — уточнил он.

Я вспомнил, как Валера рассказывал о своем истинном теле. Ну да, наверное, мощное. Но в одиночку…

— Поэтому я опоздал… — добавил голубь.

Лора показала карту этажа. К нам кто-то подходил. Дверь скрипнула, и мы увидели довольно симпатичную, но незнакомую мне девушку.

— Ой, тут кто-то есть?.. — пискнула она кому-то сзади.

— Кто там? — наглым, но до боли знакомым голосом сказал парень.

Наконец я увидел его. В свет от луны вышел ее спутник.

— Ля! — захлопала в ладоши Лора, прыгая вокруг меня. А я краем глаза заметил, как у нее подскакивает грудь…

Борис Караваев собственной персоной. Хотя при виде меня его лихость немного поутихла.

— О, Бориска! Как ты? Жив, цел, орел? — улыбнулся я.

— Кузнецов… — явно он не ожидал меня тут увидеть. Да и вообще Борис, походу, решил, что на балконе никого нет. — Что… Что ты тут делаешь?

— Стою, жду тебя.

— Меня? — удивился он, и в его глазах мелькнула тень страха. Он быстро посмотрел на свою спутницу, словно ища у нее поддержки.

Могу предположить, для чего они сюда поднялись. Может, они те самые любители экстрима? А может, это я слишком плохо думаю о Борисе. Хотя насчет него у меня и правда нет хороших воспоминаний. Начиная от потасовки с Димой в распределительном пункте в Москве, а потом еще и ситуация с Нахимовой. Все-таки повезло им, что они едва-едва увидели Свету в бешенстве.

— Да ладно, шучу, — посадил я Валеру на плечо и пошел на выход. — Надеюсь, ты ведешь себя хорошо?

— Отвали, Кузнецов! — наконец Борис сообразил, как надо себя вести перед девушкой. Хвалю.

— Ой, Боря, смотри, какой красивый голубь! — она большими глазами глядела на Валеру. А тот и рад. Выпятил грудь, нахохлился, расправил крылья. Деловой.

— Это самый умный голубь в мире, — шепнул я. — Так ведь?

— Умнее некоторых людей! — подтвердил Валера писклявым голосом.

Тут уже Валера полностью завладел ее вниманием.

Бедный Караваев. Ему оставалось только наблюдать, как девушка променяла его на голубя.

— Нифига себе! — выговорила она и подошла ближе. — А можно его погладить?

— Нет, — ответил я.

— Да! — воскликнул Валера и перелетел ей на предплечье, где и получил свою порцию ласки от этой красавицы. — Скажите, прекрасная нимфа, вам нравятся всемогущие герои, способные сокрушить миры?

— Какой он милый!

Вздохнув, я похлопал Борю по плечу.

— Сочувствую, приятель. Теперь тебе будет чуть сложнее, — сказал я и пошел