Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

что язык, на котором к нему обратилась Хэда, немного ему знаком. Ариэну это не удивило. Из материалов пришельцев она знала, что в Тиуанской империи все племена, вклю­чая самые малоразвитые, говорили на языке, называвшемся межгалак­тическим койне. И хотя на каждой планете существовало по несколь­ко его разновидностей, все жители империи хорошо друг друга пони­мали. На койне изъяснялось и большинство племён Терраны. Прошло пять столетий. Язык, безусловно, изменился, и всё же кое-что в речи местных жителей Хэда понять могла. Чем вызвала к себе ещё больше симпатии и уважения.

Правитель пригласил светловолосую гостью в свой дом, а двух её спутниц окружили пожилые женщины, которые, критически их осмотрев, повели с собой. Лихана брюзжала, что «эта гадина, как всег­да, устроилась лучше всех, а на других ей плевать». Она даже на­мекнула Ариэне, что им теперь следует держаться вместе – «ведь вокруг одни враги!»

«Лучше враги, чем такие союзники, как ты», – решила Ариэна.

Дом, куда их привели, был большой, хотя и не такой роскошный, как дворцы на площади. По узким полутёмным коридорам и крутым мозаичным лестницам без конца сновали девушки примерно от двенад­цати до двадцати лет. Темноволосые. Похоже, здесь жили незамуж­ние особы низшего класса. Наверное, в городе были такие же общие дома и для юношей, а дети и подростки жили с родителями.

Пленниц повели куда-то в подвал, и Лихана запаниковала, что их сейчас посадят в темницу. Но в подземелье оказалась выложенная мозаикой купальня со множеством маленьких неглубоких бассейнов, к которым от стен тянулись трубы с кранами на концах. Нов­шество, прижившееся в Див-Аранхе благодаря пришельцам из Терра­ны. Видимо, оно было широко распространено во всех «цивилизован­ных мирах». Так в материалах терранцев назывались планеты, где уровень развития техники позволял людям делать хотя бы самые при­митивные летательные аппараты. У обитателей этого города таковые имелись, но чувствовалось, что все здешние «блага цивилизации», в том числе и водопровод, созданы не ими. Они лишь научились по­льзоваться тем немногим, что оставили после себя прежние хозяева планеты. Интересно, куда они делись? Неужели все погибли? Или кому-то удалось спастись и улететь на другую планету?

Ариэна первым делом открыла кран с холодной водой и вдоволь напилась. Вода оказалась чистой и сладковатой. Пленницам дали по куску зеленоватого мыла и по большому грубому полотенцу. Вымыть­ся после долгого путешествия по пыльной равнине было приятно. Смущало лишь пристальное внимание трёх пожилых женщин, которые наблюдали за купанием Ариэны и Лиханы так, словно выполняли свой долг. Они как будто пытались отыскать на обнажённых телах чужезе­мок некие таинственные знаки, заметные далеко не каждому. И похоже, Ариэна заинтересовала их больше, чем её спутница. Самая старая из женщин, маленькая и сморщенная, как кожура печёной руты, просто не сводила с неё глаз. Ариэна всей кожей ощущала этот взгляд. Он напоминал дуновение тёплого ветра. От старухи исходила сила. И она явно почувствовала силу чужеземки. Это могло создать проблемы, но Ариэна была сейчас слишком усталой, чтобы по-настоя­щему встревожиться.

Две молоденькие девушки принесли пленницам гребни, ленты, широ­кие цветастые балахоны и целый ворох чистого белья. Некоторые пре­дметы туалета вызвали у Ариэны недоумение – в предназначении этих вещей ей ещё предстояло разобраться. Только вот заниматься этим сейчас совершенно не хотелось, а главное – не было сил. Ариэна очень обрадовалась, когда её отвели в маленькую комнатушку, поло­вину которой занимал приземистый застланный грубым покрывалом топ­чан. Свалившись на него, она почти сразу заснула. Успела лишь от­разить, что в комнату вошла девушка с подносом. Ей принесли еду, но усталость была сильнее голода.

Ариэне приснилось, что она бродит по зеркальному лабиринту и едва ли не в каждом зеркале видит Тамрана. В какой-то момент она поняла, что перед ней не зеркало, а прозрачная стена. 3а ней был Тамран. Ариэна знала, что он её ищет, и не могла понять, почему он не может её увидеть. Желая убрать эту стену, она принялась воз­действовать на неё при помощи своей магии. После долгих усилий ей всё же удалось превратить стену в туман, но когда он рассеялся, Тамрана не было.

Ариэна проснулась в слезах. Она не могла поверить, что они с Тамраном потеряли друг друга навсегда. Она должна найти какой-то выход. Должна… От размышлений её отвлёк весьма аппетитный запах. Еду так и оставили в её комнате. На маленьком столике возле кушетки стояли три железные миски, глиняная кружка с розоватым напит­ком и кувшин с водой. Содержание мисок оказалось довольно вкус­ным. Ариэне понравились и лепёшки, и варёное мясо, и похожая на творог масса с кусочками каких-то сладких плодов. От розоватого напитка Ариэну едва не стошнило – это была кровь, смешанная с мо­локом. Хорошо, что ей догадались принести воды.

Вскоре за ней явилась пожилая женщина с суровым лицом и снова повела её в купальню.

«Как будто я не спала, а в земле копалась, – подумала Ариэна. – Ладно… Лишний раз помыться не вредно. Куда хуже попасть в плен к каким-нибудь неряхам».

После купания её отвели в просторную комнату с зеркальными сте­нами, где наряжались и прихорашивались, наверное, все молодые оби­тательницы этого дома. Две из них вызвались помочь новеньким. Ари­эну и Лихану нарядили в пышные пёстрые юбки с разрезами по бокам и короткие узорчатые жилеты, едва прикрывающие грудь. Потом усадили их перед зеркалом, явно собираясь сделать им такой же яркий макияж, какой тут был у всех. Ариэна решительно отстранилась, и де­вушки не стали настаивать.

«Здесь что – праздник какой-то? – размышляла она. – В нём и пленники должны участвовать? Или нас уже приняли в здешнюю общину?»

Она всё поняла, когда девушки привели её и Лихану в просторный зал с прозрачными колоннами, которые в лучах вечернего солнца ка­зались столбами светлого пламени. Ариэна пыталась сообразить, ско­лько прошло времени. Они оказались на этой планете утром или днём. Шли они долго, потом бродили по разрушенному городу. Когда лету­ны доставили их сюда, был по-прежнему день. Внутренние часы под­сказывали Ариэне, что проспала она немало, а солнце ещё только-то­лько клонилось к закату. Солнце… Оно проникало в зал сквозь узкие длинные окна и, отражаясь от зеркальных колонн, оживляло ис­кусные мозаики на стенах – творения тиуанских мастеров. Прекрасные золотисто-оранжевые птицы с длинными шеями и красноватыми хохолка­ми, расправив крылья, танцевали среди больших оранжевых цветов. Солнечные птицы. Казалось, они сейчас запорхают по залу, а потом превратятся в солнечные лучи и исчезнут. Только тогда скроется солнце, и в этом мире