Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

Ладно бы моё назначение было воспринято как плевок в лицо десятку от вышестоящего командования. Чем, кстати, оно по сути и было. Интересно, Басс и Фомоза вообще поняли, что натворили? Ладно, пока не важно. Важно то, что по внутренней логике деревенских от звания я должен был отказаться. Так как не заслуживаю. И плевать им, что в армии приказы выполняют: здесь они неделю, а по своим порядкам всю жизнь прожили. Если бы я с самого начала себя по-другому поставил, не стал бы налаживать дружеские отношения, демонстративно отстранился бы от коллектива — вот тогда моё становление сержантом со скрипом приняли бы. Но я сделал всё ровно наоборот: принял покровительство Филина, постарался стать полезным, показал, что признаю чужое старшинство… А теперь, исходя из той же логики, предал доверие.

Ловкий ход. Причем, я думаю, «спасибо» тут мне надо сказать Фомозе: он уже один раз оторвал меня от десятка, в котором я просто классически захватил неформальную власть — добрым словом и пистолетом. Лейт явно знает древнее правило: «разделяй и властвуй». И, похоже, власть свою всячески пытается укреплять. Возможно, именно свою: любитель «брать на горло» Басс у своего зама почтения не вызывает. И не потому ли на заставе у капитана столько проблем, что ему первейший и самый важный соратник офицер так «помогает»? Понял, что в штабе у кэпа есть недоброжелатель (вот уж не секрет, я полагаю), и решил, так сказать, потянуть одеялко на себя? А что, может. А я просто попал под раздачу, «в нагрузку». М-мать!

Как я уже и сказал, юный виталист Арн Миракийский ничего с ситуацией сделать не смог бы. И барон Арн Бертран, привыкший в лучшем случае раздавать приказы, тоже. Молодой сержант просто обязан был встрять по полной программе — уж не знаю, как это свершилось бы, но уверен: деревенские способ донести до меня своё недовольство нашли бы. Причем доходчивый и крайне неприятный: для общины, живущей в постоянной осаде, нет ничего страшнее внутреннего предательства… или того, что в эту категорию запишут. Например, если ленивый охотник плохо обновит ловушки в своём секторе окрестностей вокруг поселка, или часовой проворонит подбирающуюся тварь. Или попытку через голову старших присвоить себе руководство. К счастью, в моём резюме были, так сказать, скрытые строки. И вот ими, земным опытом руководства, мне предстояло сейчас воспользоваться. Оперативно и правильно — второй попытки не будет. Твою ж…

Я вынырнул из раздумий, потому что почувствовал на себе пристальные взгляды. Пока я очень быстро пытался осознать размер зависшей прямо надо мной задницы, офицеры забрали одного из терпеливо ожидающих рядовых с собой и скрылись в своём доме. Не пожелали на холоде Испытание проводить — которое на поверку, похоже, оказалось банальным собеседованием, может быть совмещённым с экзаменом на знание Устава. А пялились оставшиеся экс-наемники, возможно, будущие младшие командиры не столько на меня вообще, сколько на мой рукав, где занял своё место сержантский знак различия. Сначала я решил, что мне просто завидуют, но выражение лиц было столь ошарашенным… ах, вот оно что.

— Товарищи бойцы! — я выполнил ставшее привычным местное воинское приветствие. Вот зачем «лычка» на рукав крепится: когда правый кулак касается левого плеча, знак становится полностью виден тем, кому «отдают честь». Подготовительный лагерь для Рубежников явно не прошёл даром: те чётко и совершенно синхронно повторили движение и даже в унисон рявкнули:

— Зрав-жел-тащ-сержант!!!

Правда, при этом они продолжали пялиться на «лычку», выпучив глаза ещё сильнее. Знак, разумеется, остался на месте, сидел как приклеенный. Точнее, не «как»: денатурированный белок может стать неплохим клеем — надо только знать, сколько и как нужно воздействовать Жизнью на субстрат. Всё-таки аколиты-виталисты, особенно на первых курсах, ещё подростки — и ничто подростковое им не чуждо. Фокус я подсмотрел у своего приятеля Пака, того самого спеца по пластической хирургии. Вклеить в тетрадь нужный листик, закончив переписывать пропущенную лекцию, не заморачиваясь? Легко. Или другому парню на вечеринке на спину «пни меня» налепить — милое дело. Студентов других стихий, ставших свидетелями фокуса перекашивало на раз, проверено, но «свои» обычно даже бровью не вели. В общем, думая о более важных вещах я привычно прокусил себе палец, смазал кровью шеврон и прилепил на положенное Уставом место. Чувствую, к вечеру о моем, э-кхем, возвышении, будет знать вся застава…

* * *

Деревня — это свой, особый мир… с другой стороны, про город можно сказать то же самое. Просто так уж вышло, что на Земле я родился и вырос в мегаполисе. Отчего столкновения, по работе, конечно, с приехавшими покорять большой город уроженцами сёл выходило каждый раз… гхм, ярким. Тут надо сказать, что при наличии интернета и повсеместной сотовой связи грань между городом и селом постепенно стирается. Но я-то начинал свою карьеру менеджера тогда, когда в Москве только-только стали появляться общедоступные сотовые телефоны, а в школах ещё не учили работать с «вордом». Зато в институте уже учили… но это так, к слову.

Чем отличается селянин от горожанина, если так, в общем? Если это правильный деревенский житель, то прежде всего хозяйственностью. Когда у тебя как минимум свой дом, то наличие крыши над головой, воды, тёплого и удобного туалета и прочих маленьких, но таких нужных жизненных радостей — исключительно твоя забота. Единственное, что тебе поставляют снаружи — это электричество и связь, а вот с остальным крутись как хочешь. Тогда волей-неволей начинаешь смотреть вокруг с точки зрения «пригодится-не пригодится». И на вещи, и на людей.

Многочисленные издевательские присказки про то, что «девушку вывезти из деревни можно, а вот деревню из девушки — нет» и прочий городской фольклор, высмеивающий не-горожан, на самом деле весь основан именно на этом кардинальном различии мировоззрений. Грубо говоря, горожанин свою «хорошую жизнь» покупает, а селянин — делает сам. Город живёт за счет тесного сотрудничества тысяч людей с чётким делением рабочего процесса по функциям-ролям, а деревня — за счёт того, что каждым сам себе крепкий хозяин.

Потому неопытному сельскому жителю, приехавшему покорять большой город, так трудно перестроиться. Для него, к примеру, дико, что модная статусная фигня может быть почему-то важнее, чем реально полезная вещь, вроде консервов на зиму. И наоборот, городской в деревне неизменно попадает впросак и становится мишенью насмешек: этот странный тип почему-то считает, что недостающее ему можно просто пойти и купить в