Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская

Взрывоопасная поездка, когда достаточно запалить легкий светляк, чтобы экипаж с лошадями, слугами и нами подлетел на воздух, почти закончилась. И все выжили!

Гаррет ударил в стенку и коротко приказал:

– Остановите!

Карета встала. На приличном расстоянии от главного входа и на неприличном – от общежития.

– Выходи! – глядя мне глаза, резко скомандовал он.

Скрипнув зубами, я потянулась к ручке, чтобы открыть дверь.

– Не ты! – рявкнул Гаррет.

– Не надо на меня рычать! – огрызнулась я. – Из нас двоих именно ты обнимался со своей бывшей посреди улицы!

– Гаррет, какой ужас! Кейрин – твоя бывшая девушка?! – охнула Юна, заработала два злобных взгляда и тут же пролепетала: – Я пошла!

Она с такой радостью выскочила из салона, словно ее выпустили из камеры пыток живую, здоровую и нисколько не пострадавшую. Полагаю, сегодня Мейз в своей обычной манере высокомерного придурка подробно мне объяснит, почему ни в коем случае нельзя пугать его славную, любимую подружку.

– Едем… куда-нибудь, где поменьше людей, – неопределенно приказал Ваэрд лакею. Прозвучало откровенно пугающе. Наверное, так начинаются почти все истории о маньяках. Девушку везут куда-нибудь, где безлюдно.

Мы снова тронулись. За окном в обратном порядке промелькнула площадь, ворота и мост. Карета съехала с тракта на узкую одноколейку, закачалась, как в припадке, и замерла. В общем, уехали недалеко, но вряд ли сюда сворачивали люди – боялись испортить рессоры на экипажах, ноги у лошадей, да и собственные, пожалуй, тоже.

В салоне повисла почти оглушительная тишина. Мы обменялись холодными взглядами.

– Ты не обязан ничего объяснять, – произнесла я, удивляясь, как спокойно и даже равнодушно звучит голос. – У нас не такие отношения.

Вообще, я всегда была дрянной актеркой, игра мне решительно не давалась, но, видимо, в воздухе Норсента витало нечто, что пробуждало талант к лицедейству. Жаль, не к стихийной магии и особой способности держаться подальше от плохих парней.

– А какие у нас отношения? – резко спросил он.

– Ну как же? – усмехнулась в ответ. – Я одна из тех девушек, которых ты приводишь на пляж следить за химерами.

– И сколько… – он резко наклонился, сближая наши лица, от его дыхания пахло кофе, – было этих девушек?

– Тебе лучше знать, – немеющими губами ответила я, но характер выдержала и взгляд не опустила.

– Одна. Этот уникальный аттракцион был исключительно для тебя одной, Адель Роуз.

Я почувствовала себя полной дурой и почему-то обиделась еще сильнее. Не было причин не верить Гаррету, как и не находилось повода – верить.

– Мне надо подышать свежим воздухом, – процедил он, толкнул дверцу и, презрев ступеньку, спрыгнул на пыльную обочину.

Некоторое время мы провели порознь. Он дышал воздухом и пылью, я – своими обидами и приятным благовонием салона. В общем, достаточно успокоительным, чтобы остыть и выкинуть белый флаг. Не в прямом смысле этого слова. Представляю, какая у Гаррета была бы мина, швырни ему в лицо носовой платок с вышитым по каемке цветочком.

Я выбралась из кареты без чужой помощи, как делала всю свою жизнь. Встала рядом с ним, уставилась под ноги. Черные ботинки мгновенно покрылись слоем пыли.

– Я потерял связь со стихией вовсе не из-за Кейрин. Но с нее все началось.

Он выставил вперед раскрытую ладонь. Из глубокой колеи, вырытой по краю обочины, начали медленно вытягиваться острые стрелы воды. И вдруг рухнули вниз с тихим плеском.

– Я знал, что связываться с Кейрин – плохая затея. Они дружили с Андэшем с детства, и столько же он был в нее влюблен. Но я сорвался и поступил по-своему. Это было мучительно для всех. В итоге она изменила.

– С твоим братом?

– Да. Мы сильно поссорились. Устроили магическую драку. Если бы не Илайза, наверное, я его покалечил бы. Андэша отправили в Шай-Эр, а меня покинула стихия. Мать Кейрин написала в прошлом месяце и попросила о помощи. Я провел неделю в Эл-Блансе, но неизбежно встретился с ней. Оказалось, что письма твоей подруги Андэш показывал ей, доказывал, что я прекрасно поживаю и завел роман с другой женщиной. Странный он, честное слово.

Гаррет бросил на меня взгляд и попросил:

– Не молчи, Адель. Скажи что-нибудь.

– Что-нибудь говорить глупо. – Избегая смотреть ему глаза, я разглядывала носы ботинок. – Может, я не лучший человек в мире Крушвейской гряды, но и не самый плохой. Не желаю превращаться в девушку, которая отравляет чужие отношения. Я не заклятие черной магии, Гаррет, чтобы портить кому-то кровь.

– У нас не осталось никаких отношений с Кейрин Лу.

– Очевидно, она считает иначе…

Мы расставались в глубоком молчании. В смысле, глубже, чем до разговора на дороге. В воскресенье Ваэрд не появился. Возможно, дал мне время прийти в себя от правды жизни, свалившейся на голову, как пыльный мешок, или просто уехал навестить родителей, как и планировал. Но что ему помешало возникнуть в понедельник?! Большая загадка. Бесило, что узнать разгадку было решительно не у кого.

Перед лекциями на доске объявлений появилось сообщение, что на занятии по зоологии, обязательном у меня предмете, пройдет экскурсия в питомник химер. Я прекратила страдать по Ваэрду и начала активно страдать от нежелания тащиться на ферму за академическую стену. Вот что значит, правильно расставить приоритеты!

Вольнослушателям было необязательно идти со всеми. Многие остались в замке и отправились на другие практикумы, не требующие долгих походов по улице. Обнаружить Кейрин в группе студентов, собравшихся в холле, оказалось неожиданно неприятно. Она стояла в голубом шерстяном пальто и в обуви на высоком каблуке, превращающей любую прогулку в чистилище.

Клянусь, блондинка не понимала, на что себя обрекала.

По дороге в питомник преподаватель потерял энтузиазм самым первым, но приобрел агрессивную решимость. Успевать за ним было той еще задачей! Он споро вышагивал, помогая себе тростью с золотым набалдашником в виде драконьей головы, и изредка рявкал на растянувшуюся по дороге траурную процессию:

– Шевелитесь! Нас ждет занимательнейшая экскурсия. Вы изумитесь, когда увидите виверн.

Кейрин старалась держаться поближе к профессору. Не отставала ни шаг, отчего они казались почти приятелями.

Порыв резкого ветра принес сладковато-смрадный запах горных виверн, который было невозможно перепутать ни с каким другим.

– О, уважаемые мастресы, – обрадовался профессор, – чую, мы приближаемся к знаменитым драконовым фермам Элмвуда!

Не знаю, чем они были знамениты – хотелось верить не сбежавшими животными, нападающими на окрестные деревни ради парочки вкусных девственниц, но приближение почуяли все без исключения. И даже те, кто не ожидал обнаружить, что ферма с химерами пахнет как ферма. В общем, на Кейрин, при всей моей нелюбви к ней, было больно смотреть.