Колыбель творения - Эдмонд Мур Гамильтон

– Я уверен, что больше не будет проблем между «Рудниками Урана» и туземцами, – произнёс Саймон чётко артикулируя, в его речи звучали металлические, искусственные интонации.

Курт нахмурился и вздохнул.

– Хотелось бы верить. Когда же они наконец научатся ладить с примитивными расами других планет?

– Курт, здесь кто-то был, – громко сказал Грэг.

Металлический гигант семи футов ростом стоял, повернув голову; его фотоэлектрические глаза пристально вглядывались в дальний конец большого зала.

– Нет. Я проверил регистраторы, – не оборачиваясь, ответил Ньютон.

– Меня это не волнует, – упорствовал Грэг. – Тот стул у двери хранилища передвинут. Когда мы улетали, я выходил последним и точно помню, где он стоял. Его сдвинули на добрых три дюйма.

Ото так и прыснул со смеху.

– Послушайте-ка нашего Соколиного Глаза! Три дюйма! – Андроид, внешне настолько похожий на человека, что лишь некий странный отблеск, таившийся в глубине его зеленых глаз, выдавал его нечеловеческую природу, продолжил издевательски: – А ты уверен, что не на два с половиной?

Грэг было начал гневно возражать своим громовым голосом, похожим на рёв туманного горна[1]. Курт раздраженно обернулся, собираясь заставить их замолчать. Но Саймон Райт серьезно произнес:

– Подожди, Кертис. Ты же знаешь, что устройство металлического мозга Грэга делает его память абсолютно фотографической. Если он говорит, что стул сдвинут – значит, он сдвинут.

– Но регистраторы?

– Их могли отключить, сам знаешь. Теоретически это возможно.

– Только теоретически… – начал Курт, но осекся и выругался. – Будь ты проклят, Грэг! И зачем тебе понадобилось сеять во мне семена сомнений? Теперь придется разбирать регистраторы и всё проверять, а это адская работа.

Охваченный раздражением, он вышел из большого зала и вернулся с инструментами. Бросил хмурый взгляд на Грэга:

– Тебе лучше оказаться правым!

Саймон и Ото помогали ему в кропотливой работе по разборке регистраторов. Они тщательно проверяли и микроплёнку, и внутренние релейные цепи – шаг за шагом, деталь за деталью.

Раздражение Курта внезапно испарилось. Он резко взглянул на остальных. Он нашел – едва заметную размытую черту в том месте, где пленка начала вращаться и была остановлена. Релейные цепи теперь были рассинхронизированы на какую-то ничтожную долю микрона.

Ото тихо присвистнул.

– Заблокировано, – сказал он. – И сделано это так изящно… ничего не сгорело, не сплавилось. Искажение настолько малое, что его невозможно заметить, если не знать, что искать.

– Значит, я был прав? – торжествующе пробасил Грэг. – Я знал, что я прав! Когда я вижу, что что-то изменилось, я…

– Замолчи, – оборвал его Курт Ньютон. Он озадаченно посмотрел на Саймона. – Это сделал не преступник – во всяком случае, не обычный воришка. Чтобы вот так заглушить эти реле, потребовались выдающиеся научные способности.

Паривший в воздухе Саймон погрузился в раздумья.

– Это очевидно. На такое способен только эксперт в области субэлектроники. Но тут есть какое-то несоответствие. Зачем первоклассному ученому пробираться сюда тайком, подобно заурядному грабителю?

Курт повернулся к Грэгу.

– Грэг, посмотри, не передвинули ли или не взяли ли что-нибудь еще?

Металлический гигант зашагал по комнатам. Курт хранил молчание, он был задумчив, и морщины на его загорелом лице становились всё глубже.

Грэг вернулся.

– Нет. Больше ничего не трогали.

– И все же кто-то был, – медленно произнес Курт. Он снова посмотрел на Саймона. – Я тут подумал… Эксперт в субэлектронике… Помнишь того физика-ядерщика из Нью-Йоркского Технологического, которого мы встретили в Правительственном Центре несколько месяцев назад?

– Гаррис? Гарранд… как-то так? Помню. Приятный человечек.

– Да, мне он тоже таким показался – очень увлечен своей работой. Но сейчас я вспомнил, что он задал мне один вопрос…

Курт внезапно замолчал. Он быстро пересек большой зал, отпер дверь хранилища и, оказавшись внутри хранящей безмолвие лунной пещеры, направился прямиком к архивам.

Саймон последовал за ним. И когда Саймон увидел катушку, что Курт взял со стеллажа, его линзы-глаза с поразительной быстротой уставились на Ньютона.

– Кертис, нет! Ты же не думаешь…

– Он спрашивал меня именно об этом, – сказал Курт. – О Колыбели.

Это слово торжественным эхом заметалось между холодных каменных стен. Курт смотрел на Саймона, но не видел его; перед его взором вставали жуткие, внушающие трепет образы, жившие в памяти, и лицо его изменилось – на нём появилось странное выражение, совершенно не характерное для такого человека, как Курт Ньютон. Выражение страха.

Саймон спросил:

– Как он мог узнать о Колыбели?

Это слово никогда и ни при ком не произносилось. Они и сами-то едва решались произносить его между собой. Подобная тайна не предназначалась для человеческих ушей или для использования людьми, и они оберегали её тщательнее, чем все остальные знания, которыми владели. Теперь же одно лишь упоминание о ней заставило Грэга и Ото подойти к двери и породило внезапное напряжение, наполнившее пещеру тревожной тишиной.

– Он связал теоретическую возможность с той работой, что мы вели на Меркурии, – тяжело вздохнув, проговорил Курт. – Он блестящий ученый, Саймон. Слишком блестящий.

– Возможно, – вмешался Грэг, – он просто искал секрет и не смог его найти. В конце концов, наша система архивации…

Курт покачал головой.

– Если он сумел проникнуть сюда, то нашел бы всё, что хотел. – Он осмотрел катушку. – Он мог сделать копию, и мы бы никак не узнали об этом.

Он ещё мгновение стоял неподвижно. Никто не проронил ни слова. Ото внимательно изучал его лицо и быстро переглянулся с Саймоном. Тот беспокойно заёрзал на своих силовых лучах.

Курт вернул катушку на место и обернулся.

– Мы должны выяснить про этого человеке всё. Отправляемся в Нью-Йорк. Немедленно.

Очень скоро «Комета» поднялась из тёмного провала ангарных ворот и устремилась к огромному зелёному шару Земли.

А еще спустя некоторое время в штаб-квартире Планетарной полиции в Нью-Йорке старый маршал Эзра Гурни в полном изумлении уставился на Курта Ньютона.

– Гарранд? – переспросил он. – Но ведь он уважаемый человек… учёный!

– И тем не менее, – мрачно отрезал Курт, – мне нужна вся информация, которую ты сможешь раздобыть, и как можно скорее.

Вмешался Саймон:

– Это дело не терпит отлагательств, Эзра. Мы не можем позволить себе терять время.

Седовласый старый космопроходец перевел взгляд с одного на другого,