Рассказы 29. Колодец историй - Сергей Пономарев

вы ржете! Подошел к работнику какому-то, ксиву по-тихому показал, говорю, так и так, мне необходимо с вашей волчицей провести эксперименты государственной важности. Тесты секретные ради спасения жизней карельским бойцам. Да хорош ржать, так и сказал. А тот поверил! В какую-то комнатку зашли, потом сучку эту туда привел… Да она сама шла, чуть не бежала на радостях. Оставил нас одних. Ну я, значит, обратился…

Дебилы и пубертатыши…

– Курсант Фомкин! – Капитан заглянул в палатку. Взвод валялся на кроватях, многие неудобно лежали на животах.

– Я!

– Хорош трындеть, курсант, прибывайте ко мне полностью! Остальным что, заняться нечем? Сержанты, выводи на построение и уборку территории! Вон смотрите, шишек сколько насыпало! Чтобы через час ни одной, ясно?

Курсанты нехотя побрели к выходу из палатки. Колокольцов с Фомкиным отошли подальше.

– Какая у тебя ксива, Фомкин, че ты несешь?

– Да я так, товарищ капитан, пацанов развлечь, – смутился курсант.

– Проехали, ладно. Сейчас соберись, будет серьезный разговор. Представь, что ты умный, и пойми с первого раза. Курсанта, простигоспди, Волкова с третьего взвода хорошо знаешь? Земляк же твой?

– Так точно, мы из Тамбова оба…

– Давно его видел?

– Недели две назад, перед тем как их взвод стали отдельно готовить, а в лагерь к ним запретили ходить. Это по поводу него вас ротный вызывал?

– Сечешь, когда приспичит. Значит так. Их взводного, старшего лейтенанта Кочкина, вместе с Волковым твоим отправили туда, понял? В зону действий. Подробностей не знаю, но уже неделя, как они должны были вернуться. Наша с тобой задача – их найти, и побыстрее. Ты метки Волкова помнишь?

– Помню, у него запах такой… Едкий.

– Ну и хорошо. Тебя для этого со мной отправляют – по меткам Волкова ты его самого отыщешь. А с ним и старлея, я его плохо знаю, к сожалению. Завтра в шесть утра обращаемся и выходим из лагеря. Сейчас поешь хорошо, отдохни. Все ясно?

– Так точно! Может, взять что-то с собой?

– Куда взять-то? Волками пойдем, что ты возьмешь? Ксиву свою если только, вдруг там по пути зоопарк?

* * *

Учебный лагерь еще спал, когда его покинули двое волков, черный и серо-бурый. Пронеслись уже метров пятьдесят по лесу, вдруг черный резко встал.

– Фомкин, ты дневального у ворот видел?

– Нет, товарищ капитан, – ответил серо-бурый Фомкин.

– Давай назад!

Тело волка-дневального обнаружили в стороне от прохода в лагерь, под кустом. Колокольцов подкрался ближе, прислушался – дышит.

– Дрыхнет, гад! – удивился он. – Вокруг черт-те что, а этот на посту дрыхнет, все ему пох!

Колокольцов залепил мощной черной лапищей дневальному по мохнатому заду, тот встрепенулся, вскочил.

– Кому спишь, боец?! – рявкнул капитан.

Курсант заморгал в недоумении, виновато опустил морду, прижал уши. Фомкин захихикал гиеной: его взвод давно уже получил прививку от абсурдного юмора их курсового офицера. Дневальный же столкнулся с ним впервые и тупо молчал, только глазами хлопал да хвостом крутил.

– Кому спишь, спрашиваю?!

– Никак нет… Что? Не сплю… Никому…

– Утром доложишь дежурному, что дрых на посту, послезавтра на второй заход в наряд, понял? Фомкин, хорош давиться, поскакали…

Скоро низкое северное небо побелело, но солнце не выпустило. Оборотни неслись, радуясь скудному утреннему освещению, – всё лучше, чем неделями в полутьме под масксетью. Радовались запахам леса, пространству, скорости, свободе и силе тел. Фомкин учуял метки своего земляка – значит, бежали правильно.

Черника уже сошла, но начиналась клюква – днем на привале пощипали кислые ягоды. Пока отдыхали, Колокольцов вспомнил важное:

– Важно, Фомкин, что ротный дал мне четкие инструкции, а я довожу их до тебя, слушай. Какая бы ни сложилась ситуация, главное – не показывать, что мы оборотни, понял? Волки и волки, мало ли тут волков. При свидетелях не обращаться. Вести себя как зверь, ты усек? Тебя чего перекосило?

– От клюквы, товарищ капитан. Гадость какая…

– А мне показалось, ты против инструкции что-то имеешь. Может, не понял?

– Да по…

Пох… Пох… Пох-п… Опять. Здесь громче, отчетливей.

– Слышали, товарищ капитан? Хлопки какие-то.

– Ага. Может, в деревне салют…

– Днем, что ль?

– Ага. Бежим. Наотдыхались.

Как стемнело, остановились на второй привал.

– Пожрать бы чего-нибудь… Только не клюквы… – поскуливал Фомкин.

– Терпи, боец. Жизнь наша такая – терпеть. Ты знаешь, кстати, что волк может неделю не есть?

– Это какой-то другой волк, не я…

Вдруг Фомкин вскочил, потянул носом в сторону, обнюхал ветер.

– Заяц! – обрадовался он и бросился за добычей.

– Стоять! Отставить охоту! – закричал вдогонку Колокольцов, но голодного курсанта было уже не остановить. Пришлось догонять.

…Дебилы… Один дрыхнет на посту, другой несется, будто щенка с поводка спустили… Ай, веткой по морде… Третий посылает таких дебилов на задания… И всем будто пох… Тут под ствол… Ни понимания, ни страха, ни ответственности. Вон жрет уже чего-то… Дебилы.

Колокольцов выскочил на полянку, где Фомкин раздирал на куски какую-то живность.

– Курсант! Кричал же – отставить!

– Тык заац, тоащ катан! – Изо рта волка повалились кровавые куски.

– Заац, – передразнил капитан, пригляделся, – это, вообще-то, кролик… Погоди, что?

– Что?

– Кролик… Откуда здесь кролик?

– Прискакал…

– Кролик, блин, Фомкин! А на лапе у него что, посмотри!

– Что?

– Веревка, Фомкин! Он же привязан был! Да брось ты жрать! Ищи вокруг датчики движения, на деревьях, в кустах, высота метр-полтора…

Стали рыскать вокруг.

– Тут коробка какая-то пластиковая!

– И здесь тоже… Валим, срочно! – скомандовал капитан.

– Зайца, то есть кролика надо…

– Тихо! Заткнись! Слышишь?

Сверху загудели осы. Колокольцов заранее знал, что увидит, но все равно поднял морду на звук. Большой, мощный, не из дешевых, дрон как будто только этого и ждал – резко, со свистом выбросил из себя какую-то тряпку, которая развернулась в воздухе, превратилась в сеть, накрыла капитана. Тот попытался скинуть ее, но только сильнее запутался. Попробовал перегрызть, да как ее перегрызть – тонкая, крепкая синтетическая нить.

Вокруг суетился Фомкин, безуспешно тянул сеть зубами.

– Товарищ капитан, разрешите обратиться, тут пальцы нужны!

– Запрещаю! – закричал Колокольцов. – Никаких обращений, на дроне камера! Инструкция, Фомкин! Никто не должен про нас знать! Это важнее, чем я или ты, понял?!

Вторая сеть свистнула и окутала курсанта. Дрон повисел еще немного в воздухе, наставив стеклянный глаз на обездвиженных волков, после пропал так же резко, как и появился.

– Улетел, товарищ капитан! Может, сейчас обратимся?

– Нельзя! Вдруг еще где камеры? Люди могут наблюдать через оптику издалека. Лежи теперь смирно, береги силы.

– Нас убьют?

– Нет. Хотели бы – сразу убили…

Через несколько минут зашуршали кусты, из них, тяжело дыша, вылез грузный мужик в камуфляже. Вытащил оружие, которое Колокольцов опознал как длинноствольный пневматический