ВМ: Награда? - Иван Солин

Не, это, пожалуй, чересчур жестко и предельно извращённо будет. И в таком безобразии без стоп-слова не обойтись. А то: «Пощады, босс!» — лишь только раззадорит меня, того ещё садиста.

Ладно, пусть сами что-нибудь придумают эдакое, а я, как всегда, уже подхвачу и вольюсь, тэк скээть.

А следующим утром к нам пожаловали гости.

Ночь прошла обыденно, ничего подозрительного замечено не было. Пока около десяти не подъехала колонна из четырех авто. Посигналив, привлекая внимание, остановились перед мостом.

Сейчас, наблюдая их в оптику и перепроверяя заросли с помощью тепловизора, я отметил, что всё чисто. Без подстав или засад.

Делегация включала пятнадцать человек. Незнакомые.

Интересно. Кто-то новый? Или это уполномоченные от прошлых? Тёртый, скорее всего. «Комитетчик» бы на броне свой драгоценный зад подвез бы.

Выслал, короче говоря, к ним Веру. Её не жалко. Шутка(врёт). Да и держать себя в руках она умеет, так что от нее там толку будет побольше других. Как говорится, кто тянет на том и возят. Да и подлечу я ее, в случае чего. Главное, чтоб кровь быстро остановила и не отсвечивала больше. Проинструктировал я ее как следует на этот счёт.

Сам же, как и сказал, в этот момент я отслеживал ситуацию из укрытия.

И вот, подойдя к гостям, ну и выслушав их, Вера прорадировала, что к нам прибыла Ольга Грозная с целью наладить контакт с сильным колдуном и некромантом.

Вот, блин, вас еще не хватало. Не могли завтра приехать, как раз с винтовкой закончил бы. Может, сказать, что Темнейший занят? Ну там, девственниц мучает, и ему некогда, поэтому пусть заедут на недельке. Да нет, как-то это уж очень натужно.

Какая-то Ольга Грозная ещё. Очередная, небось, потекшая башкой решила визит вежливости к такому же идиоту совершить. Так, что ли?

Вздыхаю.

Нужно было сценическим костюмом озаботиться. Маску, как у Ганнибала Лектера, черную мантию, ожерелье из фаланг пальцев. А то не представительного я вида, как для заявленной-то роли.

Ладно, хрен с вами. Пятнадцать голов как-нибудь зафигачу, если что. Пора уже выходить из тени.

— Вера, возвращайся. Я иду. Прием.

— Приняла. Иду. Конец связи.

Взял обоих типов свои боевые амулеты, пистолет сзади за поясом засунул. Ну и, когда уже Вера была в безопасности, отправился на встречу.

— Ты⁈

Глава 7

Мда. Грозная, блин.

Это, как оказалось, та девка, что была в койке Стасика, когда я прибыл в этот мир. Вот только сейчас она, видимо под влиянием последней моды, а может из-за последствий тяжелой черепно-мозговой травмы, выглядела… несколько иначе.

Из невысокой бледнокожей шатенки с узковатыми бедрами и не выдающейся грудью, она превратилась в тощую до выступающих ребер и тонюсеньких рук с ногами, еще более бледную жертву извращенца.

Почему? Ну начнем с того, что она была одета в черти что. Голая по пояс! На бедрах возлежал какой-то кожаный широкий пояс с эдакой юбкой, образованной из нарезанных черных кожаных ремней. На ногах — какие-то пыточные агрегаты в виде помеси туфель стриптизерши и постели йога. Ага, той самой, с гвоздями вверх которая. Сами они, «туфли» эти, были тоже черные и с торчащими во все стороны стальными шипами. Ну а и без того тощие теперь ноги Ольги от обуви и до колен были, чуть ли не до остановки кровотока, перетянуты ремнями.

Будь у нее хоть чуток мякоти на ногах, они были бы как та колбаса, перетянутая шпагатом.

Жесть.

Из под той импровизации на тему юбки свисало множество цепочек с грузиками. Мне даже страшно представить, к чему они там ведут.

Бррр.

Бледный голый торс представлял душераздирающее зрелище. И без того небольшие грудки с розовыми сосками ранее, сейчас превратились в нечто совсем неаппетитное. Уж простите за подробности. А до невозможности растянутые соски венчал массивный пирсинг из нагромождения каких-то стрелок, колечек, трубок, цепочек. Видимо, эти по килограмму цветмета и превратили когда-то женскую грудь в ЭТО ВОТ. На шее был широченный ошейник, не позволяющий наклонять голову. С шипами, ну кто бы сомневался.

Руки не представляли ничего особенного. Ну кроме спиц, насквозь(!) протыкающих их в районе запястий.

Ща блевану.

Голова её. Мда. Пол черепа справа обрито и содержит некие, вытатуированные черным, неопознаваемые символы. С позволения сказать, волосы на другой половине головы были выкрашены в черный и заплетены в дреды, на кончиках которых поблёскивали шипастые шарики, как у булавы, что ли.

Тяжелые, похоже.

Лицо(вздохнув). Лицо, как и всё тело — бледное, заострившееся и скуластое теперь. Глаза — очень сильно накрашены.

Хотя нет, это ж татуировки(хватаясь за голову). Пипец, как можно на веке колоть-то? Ё моё…

Но самый жирный жир — это улыбка джокера. Буквально, мля! У нее разрезан рот почти до ушей. И всё это зашнуровано как какой-то гребаный ботинок. Там не просто сшито шнурками, там вделаны металлические люверсы, через который идет шнуровка.

Блин, еще и зубы подточены, чтоб как у акулы. И она еще периодически слизывает, разрезанным на двое как у ящерицы языком, натекающую слюну.

Как это развидеть? Я ж теперь кошмарами буду мучаться. А она ещё и пялится стоит.

— Смотрю, стиль поменяла? — даже не хочу с этой долбонашкой играться.

Даже уже мечтаю, что бы она меня вывела, и я избавил мир от этого уродства.

— Ты — колдун и некромант?

— Угу, еще полный мастер Рун, Земли, Пространства и… по мелочи еще.

— Ты не врешь. Я это чувствую, — задумчиво говорит она.

Хреново, если она менталистка. Но рука давно на Бабайке, только и ждет повода.

— Ты примешь меня в ученицы, если я дам клятву верности? — что-то решив, наконец говорит этот ужас ходячий.

— Нахре́на ты мне сдалась? Ты меня пугаешь своим новым «луком».

— Я — сильная. У меня есть сильные рабы. Ты станешь сильнее, получив меня.

Так, пора кончать этот бредовый фарс:

— Уточню. Ты хочешь стать презренной рабыней, подставкой для моих ног и за эту великую честь ты, недостойная, предлагаешь мне всего лишь себя никчемную, ну и кучку жалких слабаков впридачу? Да я повелевал Миром! У моих ног ждали милости Великая и Малая Орда орков! Король людей был моим рабом! Как смеешь ты, грязь, так оскорблять меня?!! — откровенно провоцирую.

— Это правда! — восторженно воскликнула она. — Владыка!!!

И эта конченная бухнулась на колени да полезла лизать мне кроссовки.

Фу, не люблю я этого.

— Отползи на три метра, и не приближайся пока я не скажу.

Щас.