Королева - вдова. Книга 1 - Юлия Цыпленкова

диктовал, что мне следует делать. Но, благодаря этому обмороку, я все-таки вынудила его прервать визит под предлогом, что мне нездоровится. Герцог столь рьяно подошел к делу, что мне впервые захотелось закатить истерику. И что вы обо всем этом скажете, ваше сиятельство? — неожиданно спросила Лания и выдохнула, разом выпалив всё, что хотела обсудить постепенно.

Граф, внимательно выслушавший всё, выглядел сосредоточенным, даже хмурился. Он склонил голову, показывая, что готов ответить, а после произнес:

— Позволено ли мне говорить без обиняков и прямо?

— Я пригласила вас для беседы без обиняков, — ответила королева. — И сама говорила прямо всё, что меня тревожит.

— Я искренне благодарен, что вы почтили меня своим доверием, государыня, — без всякой лести ответил Радкис. Он был серьезен. — Я понимаю вашу тревогу и разделяю ее. Более того, считаю, что расценили вы всё верно. Не стоит подпускать к себе людей, которых вам попытаются навязать. Врачеватель будет благодарен принцу за протекцию. Скорей всего, он будет действовать в интересах Его Высочества. Я не говорю, что может навредить, но и исключать подобное преступно и недальновидно.

Что до вашего родителя, то здесь и задумываться не о чем. Его светлость намеревается наводнить ваши покои соглядатаями, которые будут действовать по его указке и доносить обо всем, что происходит в вашей жизни. С кем говорили, кому благоволили, что утаили. Нет, подобного допустить нельзя.

— А если мне кого-то присоветует дядя моего покойного супруга? — спросила Лания.

— То же самое, Ваше Величество, — ответил советник, и королева расслабилась.

Она была насторожена, пока слушала графа. Если бы он попытался хотя бы в отношении кого-то смягчить краски, то Лания утратила бы то зарождающееся доверие, которое чувствовала к Радкису, потому что так можно было понять, в чьих интересах он действует. Но пока советник королеву не разочаровал. Похоже, он и вправду не поддерживал никого из тех, кто вызывал опасения государыни. Оставалось надеяться, что и сам не метит в кукловоды.

— Вас должны окружать лишь те, кому вы можете довериться, — продолжал его сиятельство. — Пока ни обретете силу, так уж точно. Сейчас вы слишком слабы и уязвимы. И ваши сторонники, и враги — все приглядываются и ждут, как вы поведете себя. Потому-то я и рад, что вы решились побывать в канцелярии. Могу я узнать, как прошел ваш визит?

— Люди были удивлены, — улыбнулась государыня. — Писцы даже растерялись и не сразу склонили головы. Особенно позабавил некий господин Мараген. Он был так усерден в своей работе, что даже не услышал, когда мой гвардеец объявил обо мне. Но я всё равно похвалила его, остальных поблагодарила за службу королевству и благословила. А когда вышла в коридор, народу там прибавилось. Министр финансов предлагал меня сопроводить в свой кабинет и познакомить с его работой, но я решила пока не заходить туда. Однако обещалась, что вскоре мы встретимся, и я выслушаю доклад.

— Вы верно поступили, — одобрительно кивнул советник. — Не спешите пока посещать Кабинеты и министерства. Лучше пригласите министра к себе, но не в покои, а в кабинет…

— Мой кабинет…

— Не ваш, — прервал королеву Радкис, — в рабочий кабинет короля. — Лания охнула и округлила глаза. Граф улыбнулся, а затем неспешно склонил голову: — Именно так, Ваше Величество. Это теперь ваш кабинет, и вы должны почувствовать себя в нем хозяйкой. Зайдите туда на досуге, посидите в кресле, переставьте писчие принадлежности, как вам больше нравится. Почитайте бумаги, какие найдете, и если что-то заинтересует, я вам растолкую, о чем там написано. В любом случае, вам придется перечитать всё, что вы там найдете, и вникнуть тоже во всё. Не пугайтесь, на самом деле это не так страшно, как может показаться несведущему человеку.

Так вот после того, как вы привыкните к кабинету и к мысли, что вы в нем хозяйка, то можете вызвать министра финансов. А когда будете слушать его доклад, не опасайтесь задавать уточняющие вопросы, чтобы понять, о чем он будет говорить. Пусть он станет первым, кого вы примите. С остальными будет уже легче. И вот потом наступит время созвать Совет. Но к этому моменту вы уже начнете разбираться в том, что будет обсуждаться, что не обязывает вас на первых порах принимать участие в обсуждении. Слушайте, запоминайте, кивайте, а после обдумаете уже без всякого вмешательства ваших советников, и примите решение. Однако это произойдет не завтра, и волноваться попусту не стоит. Вам волнения вредны, — он вновь улыбнулся.

Улыбка вышла доброй и не задела Лании, ставшей ныне подозрительной. А может, дело было в том, что слова графа, напротив, успокаивали королеву. Она слушала его, и ей нравилось то, что говорил советник. Однако настроение Ее Величества вновь стало мрачным, и она спросила:

— Что же мне делать с батюшкой? Он ведет себя наедине, как родитель, а не подданный. Хотя родитель бывает ласков, а его светлость диктует свою волю и ожидает беспрекословного подчинения. Это, признаться, злит, — закончила Лания ворчливо.

— Вам придется научиться говорить герцогу «нет», — строго заметил Радкис.

— Я уже сегодня сказала, — усмехнулась королева. — Его светлость объявил, что они с братом будут сопровождать меня в храм вместо принца, которому я должна отказать в совместных поездках. Еще потребовал, чтобы я удалила Его Высочество от Двора, и обещал придумать благовидный предлог для этого. Я отказалась и от сопровождения, и избавляться от Канлина. К тому же отец назвал принца известным обольстителем и выказал опасения, что я поддамся его чарам, чем неимоверно оскорбил меня.

Радкис хмыкнул.

— Любопытно, — буркнул он.

— Что вам любопытно, ваше сиятельство? — насторожилась королева.

— Замечание герцога, Ваше Величество, — ответил граф. — Канлин и вправду сердцеед. Дамы его любят, но я даже не допускал мысли, что он может пытаться увлечь вас. Однако вы сказали, что он говорил вам комплименты, решил проявить заботу и найти врачевателя. Теперь иначе видится и день похорон государя, когда его брат кружил вокруг вас. Думаю, и его улыбки, в которых вам чудится насмешка, не что иное, как флирт. Однако вы не искушены в подобных играх, потому не видите его стараний. Любопытно, что принц предпримет дальше. Но в одном я совершенно согласен с его светлостью, с этой стороны вы и вправду уязвимы, государыня.

— Что вы имеете в виду?

— Уж простите