Просто космос - Дина Зарубина

— Я идиот. Слишком долго ждал, — сжал кулаки Симус. — Спугнуть боялся.

— Это мои проблемы, потому что мы были прикованы одной цепью в забое? — Кид сделал вид, что задумался. — Иди, Симус, мне работать надо. Готовлю бракоразводный процесс. Чтоб комар носа не подточил! Леди Одаль обещала премию.

— Этот пустынник… Аринель, он действительно ее муж?

— О, да. Пока еще муж. И ты сейчас мешаешь мне сделать Инни свободной и богатой.

— Прости, Кид. Я собственно, чего зашел. Попрощаться.

— Тебе же предложили место в команде! Снова играть! Восстановишь форму, я с удовольствием приду на твой матч!

— Не хочу, Кид. Я завербовался в Пограничную Службу.

— Великий Брандо ищет следы вторжения и ловит контрабандистов! — ахнул Кид. — От себя не убежать и в глубинах космоса!

— Ты слишком умный, Кид, — недовольно проворчал Симус. — Счастливо оставаться.

— Погоди, а медкомиссия? Ты разве уже набрал свои двадцать килограмм, как велела Инни?

— Я прошел. Тут отличная клиника, знаешь ли. Признали пока ограниченно годным. Но и такие нужны. Наводчики, подкатчики, учетчики. Бластер удержу, плазменную винтовку тоже.

— Тогда удачи, рейнджер!

Когда Симус вышел из кабинета, Кид повернулся к инфоконсоли и открыл колонку новостей. Вот заметка о начале учебного года в академии. Он нашел общую фотографию набранного курса одаренных целителей.

— И тебе удачи, маленькая звездочка! Я позабочусь о тебе.

Кид мягко погладил пальцем область экрана, где из-за рослого оркейна выглядывал один знакомый глаз, кусочек скулы и черная прядка коротких волос.

— Учись хорошо! — строго сказал Кид и закрыл ленту новостей.

Глава 16

На медитациях я теперь старалась прикрыться спинами товарищей, оттащить коврик за кадку, все равно у меня ничего не получалось.

После повторения наизусть уроков (какая разница, закрыты у меня глаза или открыты), я украдкой достала универсальный нож целителя. Забойная штука! Три десятка манипуляторов: облучатель, молекулярный резак, ланцет, скальпель, крючки, шпатели, зеркальце, зонд, элеватор, гладилки, распрямилки, ложечки, иглодержатели. Мой первый нож! Надевается на правое предплечье и выглядит длинной перчаткой с накладками и утолщением в ладони. Стоил он, как половина галактики, я еще купила не самую дорогую, но функциональную модель. Играться им можно было бесконечно, этим я и занималась, привыкая к рифленой рукоятке, заставляя выкидывать и убирать манипуляторы.

Моего лица коснулся воздушный корень, я отвела его. Поглядела на изогнутый шпатель для замешивания водных взвесей альгинатных и силиконовых масс для формирования транспортировочного лубка в случае невозможности воспользоваться штатным, а также срочного восполнения дефектов костной ткани. А ничего так, вполне удобная лопаточка. А земля в кадке давно требует рыхления. Вот и потренируюсь.

Когда земля была размята, мое лицо гладили уже три воздушных корня.

Мое же ты хорошее, благодарное деревце! Я зачерпнула из ведра немного воды, сразу собравшейся в шарики, и опустила к корням растения. Погладила стволик. Закрыла глаза и прислушалась к ощущениям. Растение жадно впитывало влагу, а у левого корня ему чесалось. Ой! Корень подгрызает паразит!

В землю вонзился крючок, затем хирургический пинцет с зубцами. Не уйдешь!

Я вытянула извивающуюся многоногую личинку и замерла на миг. Куда ее положить? Биологи будут очень мне благодарны за живой экземпляр. А! В пластиковый стаканчик, гномка Спирра пила воду перед занятием. Далековато стоит. Я шевельнула пальцами, придвигая стаканчик к себе. Опустила кусачую гадость на донышко и снова воткнула нож в землю. Облучение поврежденного корешка, регенерация, медицинский клей. Растение радостно зашелестело. Я молодец! Ой, не надо меня обвивать корнями, это лишнее! Ласково отвела ластящиеся корни.

Я подняла голову от кадки и обнаружила что вся группа смотрит на меня круглыми глазами, а профессор Буро висит в воздухе совсем рядом, рукой подать. Щекам стало жарко, я быстро завела нож за спину. Землю отряхнуть бы, а то стыдоба!

— Студентка Шин, как ты достала воду из ведра? — спокойно спросил профессор. — Оно стоит далеко, у ограждения террасы.

Я приоткрыла рот. Даже не задумывалась, как достала, мне нужна была вода, я ее взяла. Она для поливки и стоит!

— Все видели? — спросил профессор Буро.

Группа возбужденно загалдела. Я что, когда за паразитом нырнула, в воздух поднялась? Не заметила. И стаканчик подтянула силой мысли?

— Этой студентке не нужна медитация, я ошибся. — Признал профессор Буро. — Вы все, как взрослые, начинающие учить чужой язык, идете с азов маленькими шажками, строя фундамент, проращивая в себе структуру иной речи. Шин, как ребенок, использует намерение, интуитивно выполняет действия, не задумываясь, как она это сделает. И обратите внимание, какой контроль! Она не пролила ни капли воды мимо, а стаканчик подтянула совершенно бесшумно. Студентка Шин освобождается от медитаций, они ей не нужны и даже вредны. Студентка Шин будет оттачивать навыки в клинической больнице академии.

— А мы? — Взвыл Брогвул.

— А вы пойдете туда через семестр, овладев навыками, что нам блестяще продемонстрировала Шин.

Группа разочарованно загудела.

— Мне растение стало жалко, — пробурчала я, опуская красное лицо.

— Милосердие к слабым и беспомощным — основа целительского дара. Без желания помочь нет целителя. В клинике ты будешь помогать пациентам, решая настоящие задачи.

— Спасибо, мастер, — я неуверенно улыбнулась. Что, и наказывать не будут? Даже вроде похвалили. В сердце разливалась радость. Меня допустят к настоящей работе!

Оркейн хлопнул меня по спине. Подбодрил, называется, я чуть носом в кадку не въехала!

— Тебя профессор должен был наказать! — возмутилась Спирра. — А не поощрять!

— Ты у нас звезда, оказывается? А, недотрога Шин? — криво улыбнулся пластинокожий рыболюд Лида́в.

Не знаю, чем я ему не угодила, но он с первого дня выказывал неприязнь. Не знала за собой особых провинностей. Ну, некогда мне ходить по барам и танцевать с одноклассниками! Свиданий не нужно. Болтать некогда. Мне так много наверстать надо! Они не на периферии учились, как я, а в центральных системах, многие в платных школах. Я даже после училища вынуждена зубрить сутками, чтоб только их догнать. Практика у меня была, грех жаловаться, тут я многих опережаю, но теоретических знаний катастрофически не хватало.

Брогвул частенько мне помогал, да и другие девочки не отказывались объяснять непонятное, особенно серокожая мурмидонка Клео с клыками и ушами-лопушками, со складчатым длинным носом, и чернокожая сармийка Абри с пучком щупалец вместо рук. Нормальные девчонки, дружелюбные, а копыта у них или щупальца, вопрос десятый.

Если бы не они, я чувствовала бы себя изгоем. Как-то я не вписалась в группе. Оказалась единственной стипендиаткой, после училища, да еще и сирота. Подавляющее большинство брали кредиты на обучение. Многие считали, что выпускница периферийного приюта — существо второго сорта. На