Хозяйка горного замка.(не)истинная жена дракона - Эля Шайвел

Я предположила, что это либо Дмитрий, либо Кайла, каким-то образом ворвавшиеся ко мне в комнату, а потому сил я не жалела, так как лишь этот элемент неожиданности и было тем, что меня защитит. Ведь если бы это был Марк, он бы мне сказал об этом, да?

— ПОШЁЛ ВОН, КОЗЁЛ! УМРИ, СКОТИНА! ЧТОБЫ ТЫ ПОМЕР, МЕРЗАВЕЦ! ВОТ ТЕБЕ, СТЕРВА! СЕБАСТЬЯН, ЗАБОДАЙ ИХ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ!

«Хозяйка, стой!», — пытался остановить меня Себастьян, но куда там…

Существо, оказавшееся под моей «атакой» почему-то молчало и не пыталось хоть как-то помочь мне идентифицировать себя, или это я так верещала, что ничего, кроме себя, не слышала. А потому, когда внезапно «включился» весь свет в комнате, я на пару мгновений ослепла и «зависла».

М-да… Поле боя! Ну и картина открылась моему взору, когда проморгалась и поняла, что происходит!

Перья и пух из злосчастной подушки кружили в воздухе и осыпались на кровать белоснежной метелью. Я зависла в позе коршуна над жертвой с замахнувшейся рукой.

Но постели лежал Марк. И, не переставая ухмыляться всё шире и шире, что-то мне говорил, но я ничего не слышала. Судя по его лицу, ему было смешно. Мне — нет.

Я, наконец, поняла, что произошло. На мне всё ещё висело «оглушающее» заклятье Себастьяна. Поэтому я не слышала, что мне говорил Марк. Возможно, и он не слышал меня, я не знаю. Но мои действия были крайне однозначны.

Чувствуя, что щёки начинаю пылать от стыда, я с растерянным взглядом обернулась на Себастьяна. И тут уже на нервный смех пробило меня.

Козёл с выражением абсолютного удивления на морде стоял в нескольких метрах позади. Его глаза и вправду светились красным. На одном роге висела какая-то очаровательная шляпка с широкими полями, на втором — штуки четыре диадемы с изумрудами, через спину перекинуто несколько пар сапог и какие-то золотые цепи, в приоткрытом рту было три золотых скипетра, и ещё парочка валялась на полу под ним. Видимо, выпали изо рта.

Фамильяр смотрел на меня и не моргал. Видимо, обалдел.

— Себастьян, сними с меня, пожалуйста, оглушающее заклинание, будь так добр, — тихо проговорила я.

Смех Марка взорвал мой мир так резко, что я снова дёрнулась и инстинктивно опустила руку с подушкой на Марка. Тот подавился смехом, но почти сразу продолжил гоготать.

И чего смеётся?! Сам виноват! Вот же два придурка с Себастьяном, чуть до инфаркта меня не довели! Разве так можно с женщиной спросонья поступать?! И вообще, как здесь Марк оказался?!

— Ты как здесь оказался?! — решив, что Марк заслужил всё, что я с ним сделала, ринулась в новую «атаку» я. — Откуда?!

— Я услышал твой крик и телепортировался, — давясь смехом, проговорил Марк. — Подумал, может, Кайла что-то затеяла или женишки твои несостоявшиеся. Поспешил на помощь, так сказать. А ты, оказывается, и сама прекрасно справляешься. Подушка — страшное оружие, как выяснилось. Я даже не сразу понял, чем ты меня бьёшь и почему не отвечаешь на мои вопросы, когда первый удар по лицу «словил». И ведь как чётко ты попала, учитывая, что голоса ты моего не слышала, а козлиные глаза в темноте много света не давали. Слушай, а куда это он у тебя собрался с этим всем барахлом? Это дерзкое ограбление по-козлячьи, что ли? Или вы решили от меня сбежать?

— Нет, Себастьян убирается в комнате по моей просьбе, — буркнула я, но договорить не успела, потому что в голове раздался полный праведного гнева голос фамильяра.

«Я не грабитель! — тут же возмутился Себастьян. — Да что он мелет! Ты меня перепугала, хозяйка, до полусмерти. Чего так вопить! А если бы я с тобой рядом оказался, ты бы МНЕ этой подушкой зарядила бы между глаз? Какое неблагодарное и небезопасное это занятие, быть твоим фамильяром!».

— Н-н-н-не знаю, я подумала, ты монстр какой-то. А почему у тебя глаза светились? — только и смогла пролепетать я. — И до сих пор светятся красным?

— Так это ночное зрение у него, чтобы в темноте лучше видеть, — ответил за фамильяра Марк и ехидным тоном добавил: — То есть, это не ограбление, а эксплуатация бесплатного труда фамильяра? Безобразие, разве можно так его эксплуатировать.

«Вот именно! Я тут работаю, не покладая копыт и рогов, а ты меня пугаешь криками и монстром обзываешь!», — обиженно проворчал Себастьян.

— Простите вы меня, конечно, оба, — язвительно фыркнула я. — Но это вы меня до полусмерти напугали! Я чуть не поседела! Сначала мне эти глаза красные снились, а потом я их в темноте увидела, прямо на монстре! А потом какая-то бесшумная громадина упала на кровать из ниоткуда. Я что должна была делать, по-вашему? В обморок рухнуть? Нет! Я русская женщина! Я — в бой! Сначала бей, потом разберёшься кого, таков мой принцип! И козла на скаку остановлю, и в бой с чудовищем бесшумным вступлю, от...фигачу его чем под руку попадёт!

— За чудовище даже как-то обидно, — хохотнул Марк. — Я, вообще-то, как принц, прискакал на белом коне, точнее, на белый матрас, тебя спасать, а ты так не по-божески меня подушкой отходила.

— ВОТ ИМЕННО! — вслух громогласным голосом припечатал Себастьян. — Мне за МОНСТРА тоже обидно!

38

Так как Себастьян открыл рот во время своего возмущённого крика, скипетры из его рта упали на пол и зазвенели, ударившись друг об друга. Грохот был просто потрясающий! Когда всё более или менее затихло, я шумно вздохнула и выдохнула воздух через рот и заговорила.

— Ой, идите-ка вы оба отсюда! Ты посмотри на них, спелись, два парнокопытных! — возмутилась я, и с остервенением отбросив одеяло, забралась под него и сложила руки на груди. — Себастьян, спасибо за твой труд! Марк, спасибо за то, что «прискакал» меня спасать. Все довольны? Ну и отлично. Всё, я дальше спать.

— Может, хватит спать, голова болеть не будет? — с улыбкой спросил мужчина.

— Не будет! Всё, уходи, — буркнула я.

— Ну, я с допросом и подготовкой к ритуалу над Кайлой закончил, так что в целом, я свободен, — бодро проговорил Марк. — Можно и отдохнуть. Так что давай спать, мы же женаты, в конце концов. Коз… Себастьян, так ведь? Можешь идти.

«Это что ещё за новости, хозяйка? — возмутился Себастьян. — Почему ЭТОТ решает, что мне делать? Пусть сам проваливает! Я бы, например, тоже поспать на постели не отказался. Устал я, знаешь ли, Полли».

— Мой самый лучший в мире фамильяр говорит, что это он