Человек-Миксер - Денис Райт

место и теперь искренне считает его своим. На нём был дорогой тёмный костюм, но сидел он странно: слишком чистый для этого места, слишком аккуратный для хаоса вокруг. На шее — тонкий чёрный шарф. На руках — белые перчатки. Лицо худое, улыбка вежливая, глаза спокойные и совершенно больные. За его спиной по полу медленно извивались чёрные гофрированные шланги. Как хвосты. Или кишки бытовой техники…

— Это ещё что за клоун такой? — сглотнул я.

— Семён Ветров, — ответила Алиса, — Бывший оперативник ГОСТа.

— Бывший — это как бывший сотрудник или как бывший человек?

— В его случае оба варианта спорные, — сказал Киприянов.

— МКС-ПФ-08, — добавила Алиса, — Пыле-фильтрационный контур.

— «Пыле-фильтрационный»… — повторил я, — То есть человек-пылесос?

— Не называй его так при нём.

— Почему?

— Потому что он очень любит, когда его недооценивают, — насупилась Алиса.

Мужчина на экранах приложил руку к груди и слегка поклонился.

— Семён Ветров. Для друзей — Сёма. Для ГОСТа, кажется… — он на секунду задумался, улыбнулся шире, — МКС-П-08. Пылевой контур. Статус: «разыскивается, задержать при возможности, при угрозе гражданским — фиксировать без переговоров». Ничего не забыл, Павел Аркадьевич?

— Забыл о пункте про добровольную сдачу, — сказал Киприянов.

— Такого пункта в моих планах нет, — Семён тихо рассмеялся.

Вместе с ним засмеялись и пылесосы. Это было мерзко. Низкий гул прошёл по полу, витринам и костям. Даже мои зубы прочувствовали это на себе.

— Слушай, — прошептал я Алисе, — А он сейчас типа… злодей?

— Да. Он типа злодей.

— Просто уточняю. Больно уж он хорошо одет для человека, который разговаривает через пылесосы.

— Не отвлекайся, пожалуйста.

— Я пытаюсь не думать, что это может быть моё ближайшее будущее.

Семён будто услышал меня.

— О, Максим, не переживай. Твоё будущее куда интереснее! Ты ещё желторотик, свежачок. От тебя пахнет страхом…

— Спасибо, — кивнул я, — Обычно мне говорили, что от меня пахнет кофе и неудачей. Приятное разнообразие.

Алиса бросила на меня быстрый взгляд: «Молчи». Я, конечно, сразу же понял. Семён спрыгнул с прилавка. Где-то между рядами холодильников тихо стукнули туфли. На телевизорах изображение исчезло, и теперь он стоял в проходе перед нами сам: настоящий, улыбающийся, слишком спокойный. Из-за его спины тянулся толстый шланг, уходящий куда-то в темноту магазина. Двигался он медленно, попутно втягивая пыль с пола.

— Знаете, что мне нравится в бытовой технике? — хитро спросил Семён, — Она честная, в отличии от людей. У каждого прибора есть функция: пылесос убирает мусор, тостер поджаривает, миксер смешивает. А человек всю жизнь делает вид, что он не мусор.

Последние слова он произнёс, глядя прямо на меня.

«Это я типа делаю вид, что не мусор? По мне правда так видно?»

— Это философия отдела продаж…. — тихо пробормотал я.

— Ковалёв, — предупредила Алиса.

— Я молчу.

Киприянов сделал шаг вперёд.

— Ветров, последний раз предлагаю: останови резонанс, отключи контур и сдавайся.

— Павел Аркадьевич, вы всё ещё говорите так, будто ГОСТ имеет право решать, кто сорвался, а кто просто наконец-то понял своё истинное предназначение, — Семён посмотрел на него почти что с сочувствием.

— Вы захватили гражданский объект, создаёте угрозу людям и используете МКС-контур в корыстных целях.

— Я использую то, что принадлежит мне, и так, как считаю нужным.

— Вы намеренно заражаете технику резонансом.

— Я всего-то очищаю наш мир от лишнего, — развёл руками Семён.

— Вы преступник, — уверенно обвинил Киприянов.

Семён широко улыбнулся.

— Я носитель без поводка, а не преступник, Павел Аркадьевич, — после этих слов в магазине стало внезапно тише. Даже пылесосы будто на секунду сбавили обороты.

«Носитель без поводка… А как звучит то!»

Я почувствовал, как Блендо внутри напрягся.

— Максим, не слушай его, — сообщил Блендо.

Отличный совет. Как раз после него я, конечно, начал слушать внимательнее. Семён снова перевёл взгляд на меня. Он смотрел на меня так, будто я был не человеком, а коробкой с новой моделью прибора, которую он давно хотел распаковать.

— МКС-01, — произнёс он мягко, — Тебя привезли прямо туда, где всё умеет включаться по нажатию кнопки.

В этот момент все миксеры на ближайшей полке одновременно повернули венчики в мою сторону.

«Вж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж…»

Я сделал шаг назад. Алиса мгновенно зажгла клинок, красная линия света вспыхнула в полумраке. Киприянов открыл кейс, внутри что-то тяжело и неприятно щёлкнуло.

— Тише-тише, — Семён поднял руки так, будто сдавался. Однако его улыбка никуда не делась, — Я же не грубый сорвавшийся объект. Я умею разговаривать.

— Тогда говори быстрее, — потребовала Алиса.

— Оперативник Искрина… — Семён посмотрел на неё с интересом, — Всё ещё поджариваете тех, на кого вам покажут пальцем?

Алиса не дрогнула, но воздух вокруг её клинка стал горячее.

— Ещё слово, — пригрозила она, — и проверим, насколько хорошо пылесос переносит перегрев.

— Вот за это я вас и люблю, ГОСТовцы. Всегда запугиваете, когда что-то выходит из-под контроля, — усмехнулся Ветров, затем снова посмотрел на меня, — А ты, Максим, слушай внимательно. Они будут учить тебя держать форму, подавлять функцию, активироваться по команде и отключаться по приказу. Они называют это самоконтролем. Стабильностью.

Миксеры завыли громче: «Вж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж…»

— Я же предпочитаю называть это дрессировкой… — добавил он.

У меня пересохло в горле.

— Блендо? — мысленно позвал я его.

— Не отвечай ему.

— Да я и не собирался. Просто хотел сказать, что он несёт невероятно фантастическую херню.

Тем не менее в этой херне всё же была доля правды. Семён улыбнулся так, будто заметил это раньше меня, и сделал шаг ближе. Его голос стал ниже, а вместе с ним заговорили телевизоры, пылесосы, кофемашины, микроволновки и миксеры.

— Только вот я, Максим, ждал не тебя. Я ждал того, кто сидит у тебя в голове.

— Блендо?… — вновь мысленно позвал я.

Ответа не последовало.

«Твою мать, Блендо, будь ты проклят!»

Семён склонил голову, будто услышал это молчание.

— Максим, скажи ему, — мягко произнёс он, — Скажи Блендо, что я помню его голос.

Глава 9

Втянулся по полной

Понимаете, я уже начал привыкать к тому, что у меня в голове живёт кухонная сущность