Человек-Миксер - Денис Райт

— Блендо, — мысленно позвал я, — Очень надеюсь, что у тебя есть комментарий в стиле «не обращай внимания, он просто псих».

— Он пограничный носитель с высокой степенью функциональной синхронизации.

— Чё?

— Он опасен.

— Это я уже понял!

— И он знает термин, который не должен знать.

— «Великий замысел»? Что это?

— Я помню недостаточно.

— Чтобы точно сказать и не наврать? — закончил я за него.

— Да.

— Ненавижу тебя, бесполезная миксерная скотина!

— Принято.

Киприянов щёлкнул чем-то внутри кейса. Изнутри поднялась короткая металлическая конструкция, похожая на обрезанный до неприличия гарпун, только сделанный человеком, который очень сильно не любит свободу.

— Искрина, — искоса посмотрел он на Алису.

— Готова, — клинок Алисы вспыхнул ярче. Воздух рядом с ней пошёл рябью, будто над раскалённой сковородой.

— Ветров, — продолжил Киприянов, — У вас десять секунд.

— До чего? — прищурился тот.

— До фиксации, — сухо озвучил приговор Киприянов, крепче сжимая копьё.

— Павел Аркадьевич, — с разочарованием вздохнул Семён, — Вы всё ещё считаете, что любое свободное движение должно закончиться фиксацией?

— Любое конкретно ваше движение — да.

Семён перевёл взгляд на меня.

— Максим. Пойдём со мной! — махнул он рукой в свою сторону, — Нечего тебе делать с этими ГОСТовскими собаками.

— Простите? — проморгался я.

— Просто выйди из-за их спин. Забей на ГОСТ, сними поводок и айда за мной, — снова махнул он.

— Ага, конечно. Только, пожалуйста, уточни: у вас там, куда вы зовёте, есть нормальная зарплата, ДМС и оплачиваемый отпуск?

— Там есть ПРАВДА, Максим.

— Плохой у вас соцпакет. Не, не хочу, — мотнул я головой.

— Там есть смысл, — с надеждой на согласие продолжил Семён.

— Ещё хуже…

— Там есть место для тебя и Блендо, — Семён сделал шаг вперёд.

Вот тут мне стало уже не смешно.

Алиса тут же подняла клинок.

— Стой, — Семён остановился, но руки не опустил, — Ты не принадлежишь им, Максим. И он тоже.

— Кто «он»?

— Тот, кто сидит у тебя в голове.

— Блендо, может, и не принадлежит им, — уверенно заявил я, — Но пока он живёт у меня в башке без договора аренды, все предложения по переезду рассматриваются только через меня.

— Ты не понимаешь, что в себе носишь… — голос Семёна стал мягче, почти бархатным, — Ты можешь перестать быть их объектом.

Звучал он чрезмерно наигранно. Какой же мерзкий мужик…

— И стать вашим ингредиентом? — почему-то вспомнил я это слово.

«Ингредиент». Вроде так назвал меня тот сорвавшийся придурок, который разрушил мою адекватную жизнь?

Семён вдруг впал в ступор. Алиса тоже. Киприянов — тем более.

— Кажется, попал в яблочко, — пробормотал я.

— Очень зря, — отозвался Блендо в моей голове.

— Да я сам уже понял.

— Жаль, — Семён медленно опустил руки.

— Мне тоже. Я вообще сегодня планировал просто посмотреть, как другие работают, и максимально профессионально не мешать.

— Ну, тогда начнём…

Его тело вздрогнуло, от ног и до самой головы. Не как у сорвавшегося объекта в кофейне. Там вообще человек раскрылся как шкаф и превратился в кухонную катастрофу. Семён же менялся несколько иначе, аккуратнее и осознаннее, будто не терял форму, а лишь снимал с неё ненужную оболочку. Сначала костюм пошёл волнами по спине. Ткань натянулась, зашуршала, потом разошлась тонкими ровными разрезами. Из-под лопаток вырвались тёмные металлические кольца, одно за другим, будто позвоночник вдруг решил завести детей. Потом из этих колец полезли гофрированные трубки. Чёрные, гибкие, блестящие от серой пыли. Они вырастали из его спины медленно, с противным резиновым скрипом. Сначала две, потом до четырех, и в конечном итоге — до шести. Концы у них были открытые, без насадок, как круглые чёрные пасти, втягивающие воздух короткими рывками.

Пыль с пола медленно поднялась тонкими спиралями. Ценники задрожали. На полках зазвенели насадки, фильтры, пластиковые колбы.

— Форма частичного перехода, — предупредил Киприянов, — Осторожно.

— Да ладно, — выдохнул я. — «Частичного»?

Семён повернул голову. Ожидаемо, началась очередная жесть… Его лицо провалилось внутрь. Черты будто втянуло невидимой силой. Нос ушёл первым, потом рот. Щёки сжались, кожа натянулась, глаза исчезли под гладкими серыми пластинами. На месте головы сформировалась широкая насадка пылесоса, плоская и тёмная. С металлической кромкой и узкой щелью вместо лица. Если у меня вместо головы был миксер, то у Семёна штука, которой обычно водят по ковру, чтобы избавиться от крошек, волос и пыли…

— Офигеть, — выпалил я, — А я-то думал, что сам выгляжу нелепо…

Насадка повернулась ко мне.

— Ты выглядишь гораздо хуже, Максим! — прозвучал голос Семёна из его корпуса и из всех включённых приборов вокруг.

— Эм, спасибо?

— Боевой переход, Ковалёв, — резко скомандован Киприянов, — Сейчас.

— Что?

— Сейчас!

Пылесосные трубки метнулись вперёд. Алиса успела первой. Она шагнула, почти скользнула по полу и взмахнула клинком. Красная полоса прошла по воздуху, трубка дёрнулась назад, отрезанный кусок упал на плитку и зашипел, будто его бросили на раскалённую сковороду.

Семён даже не вскрикнул. Из его спины тут же полезла новая гофра.

— Ненавижу регенерацию, — процедила Алиса.

— Это не регенерация, — поправил Киприянов, — Замещение материала.

— Всё равно ненавижу!

Вторая трубка ударила по потолку, третья вцепилась в стеллаж, четвёртая хлестнула по полу. Плитка лопнула. Коробки с миксерами посыпались вниз. Я стоял в ступоре, как студент, которому только что предложили сдать сессию по предметам, которых в расписании не было.

— Ковалёв! — крикнул Киприянов.

— Да-да!

Я сжал кулаки. Не потому, что знал, что делать. Просто это единственное, что делают герои в супергеройском кино. Правда вот, у меня с кино было мало чего общего, зато паника была качественная.

— Блендо, — мысленно сказал я, — Включаемся.

— Контролируемый переход. Не полный.

— А если полный?

— Высок риск потери устойчивости.

— Сейчас человек-пылесос хочет меня забрать в «великий замысел». Устойчивость уже свалила на перекур!

Я полностью отпустил самоконтроль. Что-то щёлкнуло внутри груди. Далее я почувствовал, как тело стало тяжелее. Сначала руки, пальцы задрожали, кожа на правом предплечье разошлась металлическими пластинами. Кости будто кто-то выкрутил и переломил пополам. Правая рука вытянулась, ладонь провалилась внутрь, шестерни щёлкнули. Венчик выдвинулся