Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

решительно заговорила, не выбирая выражений. Слово за слово, я описала деду и Валентину все, что видела и чувствовала на площади. Обзывать меня дурой или смеяться они не стали, а вместо этого принялись гадать – что произошло. Гадали минут десять. Потом Валентин хлопнул себя по лбу – и вытащил сотовый.

– И чего мы тут мучаемся? У меня же там знакомый был!

– Кто?

– Один симпатичный паренек, работает оператором на местном телеканале. Я его сегодня там видел… блин![6] Юлька! Так его же тоже наверняка накрыло!

Долго я не раздумывала.

– А он человек?

– Нет. Оборотень. Но кабан.

Я тряхнула головой.

– Ну так зови его сюда! Будем смотреть, что и как! Чистить, лечить, если понадобится. А оплатой станет видеозапись происходившего там! Ага?

Валентин тряхнул головой. Набрал номер – и заговорил в трубку.

– Да? Привет, Лешка, ты?

– …

– Да знаю я. Но ты же работал.

– …

– Я не кабан, а лис. Дикий свин у нас – ты. Ладно, это хаханьки. Лешка, у тебя серьезная проблема. Ты себя как чувствуешь?

– …

– Значит так. Я был на площади вместе с Леоверенской. Знаешь такую фамилию?

– …

– Благодаря мне, нашу фамилию знает вся нечисть района, – прошипела я деду.

– Если б они тебя еще и уважали при этом, – фыркнул тот.

– Для этого я недостаточно страшная. А вообще – чем можно напугать дикого кабана?

– Бери пленку и приезжай на Советскую, 72. Знаешь фирму «Леотранс»?

– …

– Вот и давай. Когда будешь?

– …

– Ждем.

Оборотень щелкнул кнопкой и кивнул мне.

– Через десять минут.

– А почему так ма…?[7]

– Лешка сказал, что у него сильно кружится голова и желудок словно когтями царапает. И ему это сильно не нравится.

– Это – у оборотня? Вас же фиг угробишь! На вас даже порча не действует… если ее наводят на тело!

Валентин укоризненно поглядел на меня.

– Мы тоже уязвимы.

– Ага. Если вас раза три асфальтоукладчиком переехать. А потом еще и зарыть поглубже.

– Это – художественное преувеличение.

– Это ты будешь другим рассказывать…

– Например, мне, – ехидно улыбнулся дед. – А то я сегодня тако-ой доверчивый…

В препирательствах и подколках десять минут пролетели незаметно. И когда на столе звякнул телефон, мы даже немного удивились. Уже? А куда время делось?

* * *

– Константин Савельевич, к вам тут… Алексей Данилович Ижевский.

– Точно не Ржевский?

– Точно, – отрапортовала Софья Петровна, верная дедовская секретарша вот уже лет двадцать. – Пускать?

– Пропустите.

Распоряжение было не случайным. При росте в метр восемьдесят Софья Петровна имела вес под сто двадцать килограммов, командный голос и замашки торговки рыбой с одесского Привоза. С дедом они дружили лет тридцать. Именно дружили. А когда завод, на котором Софья Петровна работала инженером-технологом, развалился, дед предложил ей пойти секретарем. Переучиться – и пойти.

Лучшего предложения в сорок лет ей никто бы не сделал. Поэтому она быстренько сбегала на курсы – и перешла в дедовскую приемную.

За пятнадцать лет дама стала профессионалом.

Мимо нее не мог пройти ни один незваный гость. И даже званые были вынуждены ждать, пока о них доложат. Дед рассказывал, что однажды она двадцать минут продержала в приемной трех «быков» из «охранного агентства», а по-простому – рэкетиров из конкурирующей фирмы. Ну а такая мелочь, как «официальные взяточники» (пожарники, СЭС и прочая шушера), распространители чего бы то ни было и просто сумасшедшие, желающие обязательно осчастливить вас светом своего знания, мимо нее не проходили. Сидела она так, что ей достаточно было оттолкнуться ногой – и ее кресло загородило бы дверь в кабинет директора. И без разрешения мимо не пролетала даже муха. А при попытке дать ей взятку наглец вполне мог оказаться в травмпункте.

Я знала, что в столе она держала аптечку, шокер и даже – на всякий случай – флакончик сильнодействующего слабительного. Для особо нехороших посетителей.

Зато работа организовывалась идеально. Во всем, кроме одного. Кофе Софья Петровна варить решительно не желала. Дед и не просил. А если кто-то из посетителей предлагал взять секретаршу помоложе, дед отвечал, что лучше он купит автомат с кофе. Потому что без ядохимиката он переживет. А вот Софья Петровна – незаменима.

Пока я отвлекалась, дверь распахнулась – и в кабинет вошел… м-да… Этому – и кулаков не надо. Ляжет и весом раздавит. Я впервые задумалась, что ипостась животного должна как-то влиять на внешность человека. Надо бы поговорить с Питером и проверить.

Вошедший был ростом под два метра. Фигура… ну что тут скажешь? Я бы сказала так – качок, обожравшийся стероидов. Мышцы бугрились под тонким свитером, перекатывались, как шары для боулинга, при каждом движении, и намекали, что товарищ любого оппонента разотрет в порошок. Без дискуссий. Такой вполне мог поднять одной рукой камеру, штатив и корреспондента. И при этом – совершенно неожиданный тип лица. На мощной короткой шее сидела голова, с которой античный скульптор не побрезговал бы лепить Аполлона, а наши мультипликаторы – рисовать былинного богатыря. Почти идеально правильные классические черты лица. Может, чуть коротковат прямой нос и чуть высоковат лоб. И при этом роскошная шапка золотистых волос и большие карие глаза. Женщины должны падать и в штабеля укладываться.

– Знакомьтесь, – бодро заговорил Валентин. – Константин Савельевич Леоверенский. Это – Юлия Евгеньевна. Та самая.

– Ага, которая это самое и то самое, – буркнула я.

– Примерно так, – не смутился Валентин. – А это – Алексей Данилович Ижевский. Прошу любить и жаловать гусара.

Ага, щас. Только что-нибудь потяжелее возьму, чтобы любовь дошла…

– Добрый день, – дед протянул богатырю руку. Несколько секунд они оглядывали друг друга, потом, видимо, пришли к какому-то мнению – и разошлись в разные стороны. Настал мой черед.

– Добрый день, – моя рука утонула в лапе гиганта – и в тот же миг меня чуть ли не выгнуло дугой. – О черт!

Я стремительно провалилась на другой уровень зрения. И перед моими глазами предстала аура оборотня, словно опутанная черной сетью. До сих пор я видела подобное только у Питера. Сетка словно закрывала его энергетическое тело с ног до головы, под ней меркли яркие розовые, сиреневые и зеленые цвета ауры – и даже скрывался серебряный рисунок, отвечающий за превращения. Она мерцала, вздрагивала, было полное ощущение, словно ауру оборотня обмотали со всех сторон, как колбасу… хотя и не везде, а вот это – что?!

А это интересно. Надо бы поглядеть подробнее. Ой, ё! Мало того, пока мы держались за руки, эта дрянь попыталась переползти и ко мне.

Пришлось поспешно вырвать руку