Обратный отсчет - Токацин

…Филк, замыкающий цепочку «учеников», нёс связку ободранных тушек, нанизанных на чей-то кольчатый ус. Вепуат, выйдя наконец из прострации, озадаченно хмыкнул.

— Это тебе для занятий?

Филк досадливо сощурился.

— Для Сэта. Они же нас учат. Джагулы сказали — это хорошая еда.

Сарматы переглянулись.

— Хорошо, — протянул Вепуат. — Но ты сначала спроси у Сэта. Вдруг Джагулы едят всякую дрянь. Им-то не с чего быть разборчивыми.

…Ишха, странно дёрнув пальцами, наклонил голову и протянул когти к связке.

— Хорошее угощение от охотников Эйта’ана. Хозяйка вихрей обласкала вас. Надеюсь, это не вызовет недовольства у покровителя ремёсел…

Гедимин открыл было рот, но получил от Вепуата локтём под рёбра и снова закрыл. Пихнув разведчика в подвернувшийся бок — так, вполсилы — он двинулся к ряду веретён. Филки в этот раз толкали их проворнее, и «рога», раскачиваясь, быстрее подставлялись под натянутую нить; она скручивалась плотнее и равномернее, но сармат всё равно старался не приглядываться. «Ручное производство, — чего ты вообще хочешь⁈ Для спецодежды сойдёт. Главное, чтобы изолировало.»

Со склада выбрался Тештек. Он забрал связку «рыбы», удивлённо шевельнул ухом, скрылся за дверью и вернулся уже без связки. Пару секунд он рассматривал веретёна, задумчиво шевеля пальцами. Потом повернулся к Вепуату.

— Уже много. Можно работать. На девятерный хватит. Десять шагов, чтоб они посмотрели.

Вепуат мигнул.

— Что?

— Девятерный шнур, — пояснил Тештек. — Можно плести. Нить годится. Можно лучше. Но — годится.

Гедимин одобрительно ухмыльнулся. Филки, оставив работу, по одному разворачивались к нему.

— Он о чём?

— Ишха? — Вепуат вопросительно посмотрел на второго наставника. Тот шевельнул вибриссами и отступил в сторону.

— Где устанут плечи — отдохнут пальцы. Перерыв в работе будет им полезен.

Тештек смерил его недобрым взглядом, но промолчал — только развернулся к поддону с двумя горками костяных и каменных деталей.

— Ваша работа? — он подобрал распорку, выточенную вчера кем-то из филков.

— Их, — Гедимин кивнул на «учеников».

— Хорошая, — пробормотал Тештек, собирая детали в подол накидки. Гедимин едва заметно ухмыльнулся. «Ещё бы.» Тех, кто возился с металлом, деревом и костью, освобождали от прядения — если продукт возни того стоил.

…Третий шнурок — тоненький, из трёх нитей — плели сами филки. Тештек следил за ними, время от времени проверяя натяжение. Потом передвинул костяные крючки, сближая все три заготовки, и провёл по ним растопыренной ладонью. Гедимин уже запомнил — это был сигнал к началу работы. Филки, переглянувшись, подобрали отложенные распорки и балансиры.

— Девятерный шнур, — повторил Вепуат, глядя, как тонкие тросы готовят к переплетению. — Такие уже идут в дело? Можно на нём поднять камень?

— Поднимешь, — ответил Тештек. — Но балку порежешь. Асаан прочный. Кость и камень — не очень.

Он поправил последний балансир и накрыл ладонью рычаг.

— Двигайте. Медленно!

— Осторожнее, не скалу ломаете, — проворчал Вепуат филкам, ухватившимся за рычаги. Те, кому места у «агрегата» не хватило, смотрели на работающих и переглядывались.

— Вепуат, — заговорил наконец филк. — Спроси у них…

Он кивнул на Сэта.

— Они, и правда, всё это делают вручную? Ладно нитки — но тут-то просится привод! Машин у них нет, но ветер-то дует. У них что, в городе нет механизмов? Даже для такой дурацкой работы?

Вепуат недовольно хмыкнул.

— Ты с ней сначала справься. Потом рассуждай, что дурацкое, что нет. Я же рассказывал про город Сэта. Где там ветер⁈ И про колёса рассказывал. И сами вы видели. Ты как без вращения ветряк поставишь?

Филки переглянулись.

— А поршневые машины? Как у Гедимина? Кейек-то есть. Можно, там, паровой котёл… — неуверенно сказал один из них. Гедимин поморщился.

— Машины Гедимина чуть не объявили святотатством, — Вепуат невесело ухмыльнулся. — Какой уж тут котёл… Зэйдек! Тут, правда, плохо с механизацией. И очень боятся новшеств.

Зэйдек еле слышно фыркнул.

— Ладно. А животные? Приделать привод, пусть толкает. Ничего вертеть не нужно. Тут же много тварей. Даже у карликов они есть. Это же не сложнее, чем лить металл. А у них, ты сам говорил, огромные домны…

Гедимин хотел было объяснить устройство сэтской печи, но Вепуат, недовольно щурясь, повернулся к Сэта. Те давно уже озадаченно переглядывались — даже на время забыли о недоплетённом шнуре.

— Звери? — растерянно переспросил Ишха. — Рычаги, которые толкают звери? У Сэта нет зверей. Они не выносят жара городов.

Тештек издал трескучий вздох.

— Звери… — он перехватил рычаг, едва не выдранный филком из гнезда, и, ухватив того за руку, ещё раз показал, как нужно раскачивать. — Чуть не сломал. А ведь говорил! И много раз уже. Всё равно одно и то же. А звери — они умнее⁈

…Тештек смотал шнур в «восьмёрку» и отложил.

— Пусть прядут. Завтра — ещё раз.

— Пока не вышло? — спросил Вепуат. Тештек, дёрнув ухом, двинулся к двери. Ишха проводил его протяжным шипением.

— Ну, не с первого раза, — сказал Вепуат, глядя, как филки недовольно щурятся на ком волокна. — А ведь неплохо у них выходит. Вчера — по десять метров нити на каждого, сегодня — все пятнадцать…

За стеной кто-то сердито рявкнул. В ответ лязгнула броня. Кто-то взвыл.

…Когда Гедимин добрался до источника шума, Вепуат уже стоял там, рядом с недовольным Айзеком, у мешка с затянутой горловиной. В десятке шагов, за углом ангара, покачивался на привязи «трилобит». Чуть поодаль стоял, прижав уши и оскалившись, недовольный чёрный Джагул. Ещё двое, уже из племени Хеллуг, цеплялись за выступы на лбу сааг-туула — зверь оперся на скалу передними лапами и уложил голову на обрыв.

— Мы это убрали, — прорычал чёрный Джагул. — Значит, наше.

Под обрывом взвыли.

— Это зверь Пламени. Всё, что от него, — тоже Пламени. И наше. А ты иди вон! — отозвался Хеллуг. Гедимин мигнул.

— Что они тут делят? — он перевёл взгляд на «трилобита» и «лоток» под его хвостом. «Всё, что от него…» — он посмотрел на мешок и мигнул ещё раз. Айзек раздражённо хмыкнул.

— Джагулы! В двух шагах отсюда — гигантская приманка. А вы взялись делить помёт⁈

И Хеллуг, и Джелег недобро оскалились.

— Та приманка — там. А эта — здесь, — отозвался фиолетовый. — Сегодня. Завтра. Пока зверь жив.