Харчевня «Три таракана». История основания вольного города - Юлия Арниева

— Буду.

Глава 11

Месяц пролетел незаметно. Улитки работали исправно, прогрызая тоннель за тоннелем, завал за завалом. Каждую неделю я спускалась в канализацию вместе с магистром Велианом, который зыркал на мои механизмы с неизменным отвращением, но придраться ни к чему не мог. Вода текла свободнее, засоры исчезали, жители нижних кварталов впервые за годы перестали жаловаться на вонь из сточных люков.

К концу месяца я собрала ещё пять улиток, покрупнее первых, с усиленными тёрками. Маленькая армия чистильщиков расползлась по всей системе, и я наблюдала за их работой через латунный экран, переключаясь между кристаллами-ретрансляторами.

А потом пришло письмо, официальное, на гербовой бумаге, с печатью Совета Магов. Сорен принёс его лично, и по выражению его лица я поняла: что-то изменилось.

— Они признали, — сказал он, протягивая конверт. — Канализация чиста. Задание выполнено.

Я сломала печать и пробежала глазами по строчкам. Сухой канцелярский язык, витиеватые формулировки, но суть была проста: Совет Магов официально подтверждает успешное выполнение поручения и предоставляет госпоже техномагу Мей доступ к помещениям Отдела Техномагического Равновесия при Академии Магии.

— Отдел Техномагического Равновесия, — повторила я вслух. Звучало солидно, даже слишком солидно для подачки от людей, которые хотели бы видеть меня мёртвой.

— Не обольщайся, — Сорен будто прочитал мои мысли. — Я видел это помещение. Это не отдел, а скорее чулан для забытых вещей.

— Но те трое техномагов…

— Их приведут завтра, как и обещали.

Трое техномагов, живых, настоящих, переживших истребление. От одной мысли об этом перехватывало дыхание.

— Спасибо, — сказала я тихо. — За всё.

Сорен качнул головой.

— Не благодари, просто будь осторожна. Совет дал тебе то, что обещал, но это не значит, что они перестали тебя бояться или ненавидеть.

Он ушёл, а я ещё долго стояла у окна, сжимая в руках письмо с гербовой печатью. Первая победа, маленькая, но победа.

На следующее утро за мной прислали карету с гербом Академии на дверцах. Кучер в ливрее смотрел поверх моей головы с тем особым выражением, которое слуги великих домов приберегают для людей, недостойных их внимания. Я забралась внутрь, стараясь не обращать внимания на его презрение.

Академия Магии встретила меня белым мрамором и холодом. Студенты в разноцветных мантиях сновали по двору, и каждый, кто замечал меня, либо отводил взгляд, либо зыркал с плохо скрытым любопытством.

Меня встретил молодой маг в сером, такой же безликий, как его одежда. Он не представился, просто кивнул и двинулся вперёд, ожидая, что я последую за ним. Я последовала.

Мы прошли через главный холл, мимо парадной лестницы, мимо дверей с золотыми табличками «Кафедра Огненной Магии», «Кафедра Водных Искусств», «Библиотека Древних Текстов». Потом свернули в боковой коридор, где золото сменилось бронзой, а мрамор простым камнем. Потом ещё один поворот, ещё один коридор, ещё более узкий и тёмный, а потом лестница вниз.

Я насчитала сорок семь ступеней, прежде чем мы оказались в подвале. Здесь пахло сыростью, пылью и чем-то затхлым, словно воздух не менялся годами. Факелы на стенах горели тускло, едва разгоняя темноту.

— Ваш отдел, госпожа техномаг, — произнёс мой провожатый, и в голосе его отчётливо слышалась насмешка. Он толкнул тяжёлую дверь и посторонился, пропуская меня внутрь.

Я шагнула через порог и остановилась. Комната была большой, это я могла признать. Но на этом её достоинства заканчивались. Потолок низкий, давящий, весь в пятнах влаги и плесени. Стены из грубого камня, кое-где покрытые облупившейся штукатуркой. В углу громоздились сломанные стулья и какие-то ящики, покрытые таким слоем пыли, что цвет дерева под ней было не разобрать.

Посреди комнаты стоял длинный стол, заваленный хламом: ржавые инструменты, обрывки бумаги, огарки свечей, что-то похожее на засохшие чернильницы. На стене висела доска, когда-то, видимо, служившая для записей, но сейчас покрытая разводами и трещинами.

И трое стариков. Они сидели в разных углах комнаты, словно нарочно стараясь держаться друг от друга подальше. Один у окна, забранного решёткой, сквозь которую едва сочился свет. Второй у стены, на колченогом табурете. Третий — просто на полу, привалившись спиной к ящикам.

— Ваши помощники, — сказал провожатый и, не дожидаясь ответа, ушёл. Дверь захлопнулась за ним с глухим стуком.

Я осталась одна. Ну, почти одна.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Я на них, они на меня. Потом тот, что сидел у окна, медленно поднялся.

Он был высоким, костлявым, с длинным лицом и глубоко посаженными глазами, в которых застыла усталая мудрость. Седые волосы, когда-то, видимо, аккуратно подстриженные, теперь торчали в разные стороны. Мантия на нём висела мешком, слишком большая для иссохшего тела.

— Значит, ты и есть та самая, — проговорил он, и голос его оказался неожиданно глубоким, звучным. — Техномаг, которая водит дружбу с инквизиторами.

— Мей, — сказала я. — Меня зовут Мей.

— Грим. — Он чуть наклонил голову. — Бывший профессор кафедры прикладной магомеханики. — Он криво усмехнулся. — Добро пожаловать в наш уютный уголок, госпожа надзирательница.

— Я не надзирательница.

— А кто же? — подал голос второй старик, тот, что на табурете. Он был пониже Грима, но шире в плечах, с квадратным злым лицом и колючим взглядом. — Совет прислал тебя присматривать за нами? Следить, чтобы мы не натворили чего?

— Хорт, — представил его Грим. — Не обращай внимания, он со всеми так. Даже с едой разговаривает, будто она ему что-то должна.

— Пошёл ты, — огрызнулся Хорт.

— Вот видишь.

Я перевела взгляд на третьего. Он так и сидел на полу, привалившись к ящикам, и смотрел куда-то в стену. Немолодой, как и остальные, но какой-то… другой. Более отстранённый, словно его тело находилось здесь, а разум где-то далеко.

— А это Молчун, — сказал Грим. — Он не разговаривает. Вообще. Но слышит и понимает всё. Просто предпочитает не тратить слова попусту.

Молчун даже не шевельнулся.

Я обвела взглядом комнату ещё раз. Грязь, хлам, запустение. И три старика, которые смотрели на меня кто с насмешкой, кто с враждебностью, кто вообще не смотрел.

Вот, значит, как. Вот что Совет понимает под «Отделом Техномагического Равновесия». Подвал, набитый хламом, и трое стариков, которых держали в тюрьме так долго, что они разучились доверять кому бы то ни было.

— Ладно, — сказала я,