Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

Отправляясь в храм для свершения обряда, Ариэна пригласила в сопровождающие жену и одну из дочерей Махона. Лой изо всех сил старался вести себя благостно, Ариэна изо всех сил старалась не рассмеяться в самый торжественный момент, а когда всё закончилось, оба были рады, что с честью выдержали ниспосланное им богиней испытание.

С того дня, когда Ариэна вышла из святилища Аранхи в ритуаль­ном красном одеянии, парни, до этого посматривавшие на неё украд­кой, стали выказывать свой интерес куда более откровенно. Ариэну приглашали то на вечерние игрища у костра, то в Дом Собраний, где молодёжь развлекалась, когда стояла плохая погода, но танцы и шумное веселье нагоняли на неё тоску. Всем развлечениям на свете она предпочитала полёты и гораздо лучше чувствовала себя наедине с грунтованным полотном, чем в компании ровесников.

– Так тоже нельзя, – мягко упрекала её дочь Махона Тоя. – Ты хорошенькая и многим нравишься, а будешь так себя вести, парни начнут смотреть на тебя косо. Недотроги порой раздражают ещё больше, чем распущенные девицы. Юность для того нам и дана, что­бы мы готовили себя к семейной жизни, а значит надо не дичиться мужчин, а привыкать к ним.

– Учись приручать этих зверей, – пошутила она напоследок. – По­том легче будет ладить с мужем.

– Для этого ещё надо приданое собрать, – заметила Ариэна.

– Насчёт этого но беспокойся, – улыбнулась Тоя. – Столичная школа тебе обеспечена. Даже если не станешь аранхиной, заказов у тебя будет предостаточно. Ну а пока ... Кто тебе мешает просто завести друга?

Разумеется, Ариэне никто не мешал. Ей просто не хотелось. Ко­гда Умас предложил ей сердечную дружбу, как издавна назывались в Див-Аранхе близкие отношения между юношей и девушкой, она отказа­лась, изо всех сил стараясь его не обидеть. К счастью, Умас был не обидчив. И не имел привычки зацикливаться на плохом. Так что отказ Ариэны не выбил его из колеи. Очень скоро он завёл очеред­ную подружку, а с Ариэной общался по-прежнему дружелюбно.

Вспоминая юного воина из своих видений, Ариэна иногда думала о том, что у него, скорее всего, далеко не такой лёгкий характер, как у сына Дельвара. Наверняка, он недоверчив и замкнут, а его печаль – тень давней трагедии, которую он никак не может забыть. Или какой-то тайны, тяготеющей над ним уже много лет. Ариэна знала, что она должна найти его. Или хотя бы попытаться это сделать. Теперь, когда она могла путешествовать без сопровождающих и отлу­чаться из родного ура на любой срок, никому не докладываясь, она решила, что пора бы ей посетить Ур-Маттap.

Говорили, что верхом на магале до столицы дней семь езды, в повозке ещё больше. Ариэна не нуждалась ни в скакунах, ни в из­возчиках, но она знала – на полёт до Ур-Маттара тоже уйдёт не один день. Тем более что ей придётся время от времени отдыхать, да и не везде можно путешествовать по воздуху. Она представила, что будет, если кто-нибудь увидит летящего человека. Летать 6езопасно только в лесу, а чем ближе к столице, тем больше посёлков и тем они крупнее, да и вообще в окрестностях Ур-Маттара очень людно. Так говорили все, кто там побывал.

Ариэна взяла с собой небольшой мешок с провизией, лук со стре­лами и кинжал. Из дома она вышла ещё до рассвета. Не хотелось ни с кем встречаться и отвечать на вопросы. Она бы, конечно, что-ни­будь соврала, но ей и так слишком многое приходилось скрывать. Иногда это даже утомляло.

Действительно, чем ближе к югу, тем оживлённей становились сетевые и просёлочные дороги, и даже тропы между садами и пастбища­ми. Всё чаще и чаще встречались небольшие патрульные отряды, со­стоящие как из воинов, так и из вольных дружинников. Говорили, что железные демоны предпочитают охотиться в лесах на юго-западе – в окрестностях столицы. Многим это казалось странным, особенно оби­тателям северо-западной провинции, во всяком случае, жители Зелё­ного Ура уже давно привыкли считать, что больше всего нечисти во­дится именно в их краях – в окрестностях Зимогорья и в сумрачных дебрях, пологими ступенями спускающихся к побережью моря.

Здесь, на юге, море тоже было рядом, но леса росли в основном на возвышенности. Здесь было заметно жарче, зато водилось гораздо меньше ядовитых гадов. Лиственные деревья заметно преобладали над хвойными. Миновав Ур-Бекет, находившийся в трёх мерах от столицы, Ариэна уже не встретила ни одной ратаны – розовой сосны, чей нежный аромат был не только очень приятным, но и целеб­ным. Ариэну поразило обилие аммел – огромных ступенчатых пальм. На западе они встречались редко и не достигали такой высоты, как здесь, в более сухом и жарком климате.

Взрослая пальма имела три кроны. Её мощный покрытый волосяной корой ствол внизу был, как правило, не меньше пяти димеров в диаметре. Кверху он сужался, но становился ещё прочнее за счёт слоя из жгутовидной древесины, который находился между сердцеви­ной и водянистым слоем, примыкающим к коре. Если это, конечно, можно было назвать корой. Это был скорее густой покров из светлых жёстких, похожих на проволоку стеблей, которые росли на рыхлом, впитывающем влагу древесном слое. Ближе к вершине он становился тоньше, а твёрдый жгутовидный слой утолщался. Благодаря этому дерево уверенно и гордо держало все свои три кроны. Самой пышной из них всегда была верхняя. Каждая представляла собой пучок про­долговатых листьев, у взрослого дерева достигающих трёх с половиной – четырёх димеров. Медного оттенка и почти такие же прочные, как медь, они окружали ствол пальмы, словно лепестки огромного цветка, а к стволу они прикреплялись при помощи толстых стеблей длиной примерно в два локтя. К этим же стеблям крепились и плоды – гроздья жемчужно-белых ягод. Ягоды аммелы, размером с детский кулачок, были водянистые и не очень вкусные, зато прекрасно уто­ляли одновременно и голод, и жажду. Весной дерево украшали рос­кошные гирлянды из золотистых цветов с белыми серединками, кото­рые потом и превращались в плоды. Сейчас, в середине лета, плоды уже созрели. Во всяком случае, на двух верхних кронах. Нижние по­чему-то поспевали позже.

Ариэна заметила, что в южных урах охота – занятие не столь популярное, как в её родной северо-западной провинции. Пролетая и проходя по здешним лесам, она не встретила ни одного охотника. А между тем, звери здесь были куда пугливей, чем в окрестностях 3имогорья, где охота считалась одним из основных промыслов.

Ближайшим