Синдром героя - Василий Анатольевич Криптонов

— Возможно, тульпу обезвредили, но об этом не стали информировать общественность. Что, как мне кажется, было довольно мудро. Ни к чему людям знать о таких возможностях.

— Это лишь версия!

— В подтверждение которой говорит тот факт, что в одна тысяча восемьсот девяносто первом году внезапно и очень жёстко в Великобритании приняли закон, запрещающий, во-первых, изготовление амулетов иллюзионной магии, а во-вторых, их использование. И в-третьих: людям не магического происхождения вообще запретили пользоваться амулетами. Последний запрет был отменён лишь во второй половине двадцатого века.

Скепсис с лица Дианы Алексеевны не исчез, но с возражениями она не нашлась. Анна Савельевна взглянула на меня.

— Как вы догадались, Александр Николаевич?

— Во-первых, когда я взаимодействовал с гробом, он «мерцал». То исчезал, то появлялся.

— На стадионе? — вмешался Леонид. — Я ничего такого не заметил.

— И никто не заметил. Кроме меня. У меня, видите ли, некоторые трудности с восприятием иллюзионной магии. Ну и второй момент: как я уже говорил, коснувшись гроба, я не сумел ощутить его мелкочастичной структуры. Что, чесно сказать, полная бессмыслица с точки зрения здравого смысла. Ну и — да, потребовалось время, чтобы в голове соединилось одно с другим.

Про магию Ананке и ответы торреля я, разумеется, умолчал. Уж что-что, а эта часть моей жизни должна оставаться страшным секретом всегда.

— Допустим, всё так, как вы говорите, — кивнула Диана Алексеевна. — И что мы можем сделать? Анна Савельевна, вы понимаете, как уничтожить эту так называемую тульпу?

— Сказать по правде, наше министерство уже сделало лучшее, что только возможно, как бы грустно это ни звучало. Они закрыли академию. Чем меньше людей будут сталкиваться с гробом, тем меньше они будут в него верить. Постепенно, за год-два, он исчезнет…

— Заходят в бар иллюзионный маг, стихийный маг и стеклянный гроб.

Вздрогнула и широко раскрыла глаза Анна Савельевна. Мы, все остальные, повернулись. Гроб висел посреди подвала в горизонтальной плоскости и вещал:

— Заказывают выпить. Стихийный маг спрашивает: «Как избавиться от тульпы?» Иллюзионный маг отвечает: «Просто не думать о тульпе, она и рассосётся». А стеклянный гроб молча взял и вбил иллюзионного мага в горящую печь!

С этими словами гроб резко взял разгон, врезался в Анну Савельевну и вбил её в открытую печь. Сам влетел следом. За ним закрылась заслонка, из-за которой послышался крик Анны Савельевны и полудурочный хохот гроба.

* * *

Министерство выделило на решение проблемы аж трёх сверхподготовленных иллюзионистов, которые оккупировали спортивный зал, расставив посередине кружком какие-то странные штуковины в виде шаров на треногах, немного напоминающих первый искусственный спутник Земли. Поскольку сильных подготовленных иллюзионистов на службе Отечества в Белодолске имелось всего трое, они не отказались от помощи Анны Савельевны. Нет, она не сгорела. Чего ей было сгорать-то? Трое стихийных магов уж как-нибудь огонь уняли, да и вовсе охладили печь до комнатной температуры в мгновение ока.

Отделалась госпожа Кунгурцева лёгким испугом, лёгкими ушибами, несколькими пропалинами на одежде и уймой впечатлений.

Гроб, кстати говоря, компанию ей не составлял. Влетев в печь вместе с нею, он практически сразу исчез. Но бегать ему оставалось недолго, мы всё про него поняли, и наш доклад уже был совершенно предметным.

— Итак, у нас есть показания призрака, а также косвенные доказательства того, что господин Старцев взрастил тульпу в стенах академии, — сказал, ознакомившись со всеми данными, Фадей Фадеевич Жидкий. — С этим действительно можно идти в суд, и это пожизненное заключение в самом лучшем случае. А поскольку пожизненное заключение — процесс экономически не выгодный, полагаю, случай будет худшим.

— Одна ерунда: Старцев пропал, — вставил я свои пять копеек.

— Найдётся, никуда не денется. Личность приметная, опять же — с женщиной.

— Вы разве не объявили его в розыск ещё в сентябре?

— Александр Николаевич, отстаньте.

— Я-то отстану. Бог не отстанет. Совесть замучает.

— Мы работаем! Делаем всё, что в наших силах.

Угу. Делают они. Нет, может, конечно, и делают, я же не возражаю. Но толку вот пока что мало. И, судя по словам Акакия Прощелыгина, серьёзных сдвигов ждать смысла нет.

Сдавая Старцева, Акакий сдал его с потрохами. Этот человек всё делал с полной самоотдачей, выкладывался на все сто и даже, честно сказать, несмотря на все свои «достижения», вызывал некое уважение. Складывалось такое впечатление, что при должном усердии со стороны из Прощелыгина ещё можно выковать нечто если не приличное, то как минимум приемлемое.

Да, он из чёрт знает каких ингредиентов сделал уменьшающее зелье и сбежал из скорбного дома. Однако направился сразу вовсе не к сестре. Сестра жила очень далеко для очень маленького Прощелыгина. Он рванул к Старцевым, справедливо рассудив, что те себе пока ещё на уголовку не наскребли.

Старцевы оказались не столь умны, и когда к ним в дом просочился Прощелыгин, они уже отчаянно сушили сухари. Пребывали в панике и полнейшем истощении в ожидании неизбежного ареста. Впрочем, это со слов Прощелыгина, конечно же.

Он сумел установить контакт и договорился о сделке. Он раскрывает секрет зелья, укрывающего от магического ока, а Старцевы берут его с собой. Тут нужно оговориться, что на тот момент Акакий рассчитывал со дня на день вернуть себе прежний размер и пока ещё не знал, что застрял крепко.

Старцевы охотно согласились, тем более что до них уже дошли слухи о начале ремонта в кабинете Семёна Дмитриевича. Акакий их подробно проинструктировал, зелье было изготовлено, ему самому от щедрот дали целый напёрсток (вмещавший столько зелья, что при большом желании Акакий мог в нём утопиться), однако после этого Старцевы его спокойно кинули. В буквальном смысле — вышвырнули из окна повозки.

К счастью, Акакий приземлился мягко и сумел опознать местность. Две недели он добирался до дома сестры. Преодолевал немыслимые трудности в травяных джунглях, летал на шмеле, убил и частично съел мышь… Его психокинетический дар, пусть и уменьшившийся, изрядно ему помогал, иначе вряд ли бы он сумел выжить и тем паче добраться до цели своего путешествия.

Добравшись, он первым делом заставил сестру повторить укрывающее зелье, а потом начал изобретать зелье для возвращения нормального роста.

Укрывающее зелье, изготовленное косорукой сестрой, работало через пень колоду, сутки от силы, после чего требовалось снова его употреблять. По осени нужная травка отошла, и возобновлять ресурсы стало неоткуда. Для возвращения роста тоже требовались ингредиенты, которых не было. Акакий упрашивал сестру съездить в Белодолск в лавку, но та по каким-то своим причинам отнекивалась и симулировала полезную деятельность, ходя в лес и к реке якобы на поиски. Акакия брала с собой,