Кодекс Магических Зверей 2 - Павел Шимуро

пробирался через толпу, краем глаза отмечая товары. Торговцы выкрикивали цены, зазывалы хватали прохожих за рукава, где-то ссорились две покупательницы, выясняя, кто раньше занял место. Привычная, живая, немного хаотичная атмосфера.

Немного побродив, заметил знакомую фигуру. Старик, у которого я покупал сено в первый раз, сидел на перевёрнутом ящике, прислонившись спиной к стене. Рядом с ним стояла телега, в которой лежало два тюка сена. Дед дремал, свесив голову на грудь, но когда моя тень упала на него, мгновенно открыл глаза.

— А, Эйден! — узнал он меня, и его морщинистое лицо расплылось в беззубой улыбке. — Добрый день! — он перевёл взгляд на Люмина и Кроха, замерших рядом со мной, и глаза его одобрительно блеснули. — Ишь ты, завёл себе животин! И какие ладные! Зайцелоп-то какой шустрый, а этот… — он прищурился, разглядывая Кроха. — А это кто ж такой будет?

— Это Крох, — я погладил зверя по голове.

— Никогда такого не видел, — старик крякнул, поднимаясь с ящика. — За сеном пришёл или так, поболтать?

— За сеном, но на этот раз нужно побольше. Загон в порядок привёл, теперь застелить надо.

Дед довольно закивал:

— Это правильно! За зверем уход нужен, а чистота — залог здоровья, я так скажу. Сколько тебе?

— За тюк сколько? — спросил у него, кивая на телегу.

— Пять медных марок, — ответил старик. — Доставка до лавки ещё две.

— Беру, — я отсчитал пять медяков и протянул ему.

Старик спрятал монеты в кошель на поясе, довольно крякнул и вдруг, прищурившись, спросил:

— А скажи-ка, где ты таких животин раздобыл? Загляденье просто!

Я пожал плечами.

— Зайцелопа на Первом слое Леса нашёл, раненого. Выходил, выкормил, теперь вот со мной, а Кроха… — кивнул на зверя, — на рынке купил.

Старик насторожился, сощурил глаза ещё сильнее:

— На каком таком рынке? Насколько я знаю, денег у тебя немного.

— Названия не знаю, дядя водил, — поморщился, вспоминая то место. — Но… Ноги моей больше там не будет.

Дед слушал, и с каждым словом его лицо становилось всё более понимающим. Когда я закончил, он тяжело вздохнул и развёл руками:

— Понял я, где ты был. И правильно! Нечего тебе там делать — туда ходят либо от отчаяния, в надежде купить хоть кого-то, либо те, кому нужны ингредиенты со зверей. Проще говоря — мясники, а все нормальные люди, кто зверей уважает, ходят в «Золотую клетку»! Но там цены… — он присвистнул и покрутил головой. — Далеко не привлекательные, но куда деваться? За качество платить надо.

Я удивлённо поднял бровь:

— «Золотая клетка»? Никогда не слышал о ней.

Старик усмехнулся.

— Я тебе больше скажу, в городе ещё есть множество лавок, где продают зверей, причем первоклассных! Вот только цены там еще выше, чем в «Золотой клетке», и позволить себе их могут лишь богатеи.

Мда уж, чего здесь только нет.

— Но зверушки у тебя, смотрю, непослушные, — продолжил старик, наблюдая, как Люмин пытался залезть в телегу с сеном.

— Есть такое дело, — согласился я. — Люмин, а ну отойди оттуда!

— С таким прохвостом нужно на тренировочную площадку походить.

Я моргнул.

— А это что?

Дед тяжело вздохнул.

— Эйден, Эйден… Тренировочные площадки — это места, где тренируют своих питомцев. Полосы препятствий, специальные полигоны, лучший корм, и… Я тебе так скажу — ты сходи, сам взгляни, словами это не описать.

Он подался вперёд:

— Самая доступная площадка называется «Арена Когтя», она в часе ходьбы отсюда, если идти в сторону центра.

Я запомнил детальный маршрут и кивнул.

— Спасибо, обязательно загляну.

— Загляни, загляни, — старик уже усаживался обратно на ящик. — А к вечеру жди сено — доставлю в лучшем виде.

Я попрощался с ним и двинулся дальше. Следующий час пролетел как один миг. Ходил между рядами, останавливаясь у прилавков с травами и кореньями, и с каждым разом убеждался, что моя репутация в районе действительно восстановилась. Торговцы травами и кореньями хоть и кривили лицо при моём появлении, но не отказывали в продаже.

В итоге набрал целую кучу всего. Несколько корней «Сонной одури», что являлись обезболивающим, которые нужно правильно заваривать. Диуретиков в виде сушёных листьев «Почечного чая» и измельчённых корней «Водяного гонца». Пучки ранозаживляющего «Стремительного цвета» и немного «Кровянки» в порошке, про которую торговка сказала, что это лучшее средство от гноящихся ран.

Несколько пучков «Железнолиста» для антисептиков, корень «Пустокрова», чтобы пополнить запасы детоксикантов, и даже нашёл небольшую баночку с «Пыльцой светлячков» — не тех, что в рецепте «Быстрых лапок», а обычных, луговых. Система подсказала, что из неё можно сделать слабые успокоительные.

Под конец, когда сумка уже оттягивала плечо, наткнулся на прилавок с едой. Взял круг сыра, завернутого в холстину, каравай свежего ржаного хлеба, горшок с мёдом, несколько кусков вяленого мясо, кусок свежего мяса, похожего на говядину, пучок сочной моркови и разнообразной зелени, и немного дешёвых обрезков мяса с костями, из которых можно будет сварить бульон.

Когда вышел с рынка, в кармане осталось двенадцать медяков, но сумка полна, а на душе тепло.

Солнце уже клонилось к закату, но часа два-три до темноты точно оставалось. Я остановился на углу, вспомнив слова старика про тренировочную площадку, и во мне проснулось любопытство. Что это за место такое, «Арена Когтя»? Как здесь тренируют зверей? Может, мне тоже стоит попробовать? Ведь, как-никак, я — Мастер Зверей, пусть и начинающий, но если есть возможность сделать зверей сильнее, почему бы не попробовать?

— Ну что, команда, — я посмотрел на Люмина и Кроха. — Давайте заглянем ещё в одно место.

Развернулся и зашагал в сторону центра.

Дорога, которую описал старик, оказалась неблизкой, но интересной. Сначала мы шли по знакомым улочкам Района Отверженных, где дома жались друг к другу, а мостовые были кривыми и местами выщербленными. Постепенно район начал меняться — дома стали выше, чище, улицы шире.

Мы миновали небольшую площадь с фонтаном, где резвились чумазые дети, и вышли на широкую улицу, вымощенную гладким булыжником. Здесь уже попадались прилично одетые горожане и изредка проезжали телеги, запряжённые сытыми лошадьми.

Люмин вертел головой, разглядывая новые места. Крох шёл напряжённо, уши постоянно шевелились, прислушиваясь к окружающим звукам.

Минут через двадцать мы дошли до развилки. Налево уходила дорога, над которой витал запах кожи и дубильных растворов, мы же повернули направо,