Сын помещика – 9 - Никита Васильевич Семин

трудилась. Уже знакомый мне Алексей и какой-то чернявый с помятым лицом мужик. Мастер говорил, что у него пара помощников всего — неужели кого-то еще нанял? Или с бричкой, которая в гараже стоит, кроме помощника Фрола возится и ее кучер?

Я подошел и поздоровался с мастером, после чего спросил, как работы идут.

— А давайте, ваше благородие, подойдем, и сами все поглядите, — предложил старик, махнув рукой в сторону моей кареты.

Отказываться я не стал. Наоборот, так и хотел сделать, если бы Фрол сам не предложил.

Когда мы подошли к навесу, мужики отвлеклись от работы. Михайло тут же шапку скинул и поздоровался. Второй мужик шапку не ломил, но здоровался со всем вежеством. Оказалось, что это не помощник Фрола, а кузнец-слесарь. И они с моим плотником рессоры на карету ставили. Представился он Романом.

— Тезка, значит, — усмехнулся я. — Ну, рассказывай тогда, как дело идет?

Карету мою вообще на бок положили, чтобы удобнее было работать. Подъемных кранов у Фрола не имелось, как и ям и домкратов, вот и выкручивались, как могли. К слову — оглобли уже были сняты, а вот дышло вместо них еще не установили.

— Ваше благородие, — обратился ко мне Фрол, когда я свой интерес у слесаря удовлетворил и тот с Михайло снова приступил к работе. — Вам сани нужны?

— Сани? — удивился я.

— Ну да, — закивал старик. — Зима же скоро. Вот я и спрашиваю — у вас на карету сани имеются? А то я мог бы подсобить и продать.

Да уж, в будущем меняют летнюю резину на зимнюю, а тут — колеса на санные лыжи. О чем мне Фрол и толковал. Так-то дело хорошее, потому я согласно кивнул. Лучше их сейчас приобрести, чем потом судорожно искать, когда понадобятся. Чуть подумав, я снова оторвал Романа от работы.

— Скажи, а у тебя пружины имеются?

Тот почесал в затылке и закачал головой.

— Нет, господин. Но знаю, где достать можно. А вам для чего?

— Да на колеса хочу, — стал я объяснять. Вспомнил вычитанный «экзотический» вариант аналога пневматического колеса и решил его попробовать реализовать для себя. — Смотри — надо на каждое колесо примерно через десять сантиметров приковать или приварить пружины в два витка. Потом поверх обод металлический поставить и все это под кожу скрыть, чтобы грязь в пружины не попала, да железо поменьше ржавело. Тогда на ямах и кочках те пружины будут сглаживать отдачу и карету не так сильно трясти будет. Справишься?

Ответил слесарь не сразу. Задумался глубоко. На колеса смотрел, даже обошел их, да пощупал.

— Попробовать можно, но выйдет ли ваша задумка? Никогда такого не делал и от других не слыхал, — в итоге выдал мужик. — Коли не получится то, что вы хотите, то вы уж на меня не гневайтесь.

— Ты с одним колесом попробуй, а там посмотрим. Работу за него я оплачу.

— Михайло сказывал, вам еще печки в карету нужны, — добавил Роман.

Я подтвердил, что да — есть у меня желание обогревом обзавестись. Уточнил, что те печки на керосине должны быть и греть понемногу, а не сразу все топливо сжигать. Тут слесарь меня обрадовал, что дело для него не новое и печки те поставит. А вот цену заломил знатную — аж тридцать рублей за одну печку! Я Михайло лишь сотню давал, так что придется мне еще раскошелиться, чтобы все свои хотелки реализовать.

— Барин, — позвал меня плотник, как я разговор со слесарем закончил. — До Прокопия сходить надобно. Чтобы вы сами выбрали, какую ткань в свою карету хотите.

Тут и Фрол подтвердил, что он материал для обивки у мебельщика берет. Обтягивает-то уже в своей мастерской, а вот сами ткани здесь не держит. И места нет и условий. Да и незачем ему это.

— Много еще делать? — спросил я Михайло, когда мы тряслись в пролетке по пути к Прокопию.

— Сами видали — токмо энти рессоры поставили. За кузов я и не брался пока. Там просмолить надо все щели. Подумать, где энти отверстия для продува, что вы сказывали, смастерить, — загибал он пальцы. — Еще вот щас ткань возьмем для перетяжки дивана, да на внутренние стены. Печь опять же поставить надобно, да дышло сладить. Я ж токмо пару дней здесь тружуся. И не весь день с вашей каретой.

— Так сколько по времени?

— Не меньше седмицы, — вздохнул Михайло.

— Много у тебя рублей осталось из выданных?

Пожевав губами, явно прикидывая, сколько можно утаить — вон какой опасливый взгляд на меня кинул, плотник ответил:

— Я пока токмо Фролу да Роману плату отдал. Ну и на свои харчи чуток взял.

— Так сколько?

— Пятьдесят рублей и восемьдесят три копейки, — тяжко вздохнув, перебарывая свою жадность — помнил, что за воровство плетей получил, ответил Михайло.

— С Прокопием за материал я сам рассчитаюсь, — сказал я мужику. — Слесарю я за печки уже отдал.

Михайло кивнул — он сам видел, как я деньги Роману давал после нашего разговора.

— Итого тебе на краску потратиться надо, да вторую лошадь найти, раз уж дышло теперь стоять будет, — пришел я к выводу.

— Еще на полог откидной для возницы, ежели вы все еще хотите его ставить, — добавил плотник.

— Угу, — задумчиво кивнул я. — Тогда бери полог, да краску, а с лошадью не торопись. Я еще Митрофана думаю привезти — пускай он выберет хорошую, да сторгуется.

Так за разговором мы и до мебельщика доехали.

Прокопий обрадовал меня тем, что один диван и две кровати уже готовы. Оставалось их лишь забрать. Теперь он занимался еще одним диваном и тремя креслами, а его племянник вырезал ножки для стульев. Он же и столами будет заниматься под чутким приглядом дяди.

— Вот, господин, — махнул рукой на рулоны ткани, сказал Прокопий. — Выбирайте, что вашей душе угодно.

Про ткани и их различие Прокопий мне рассказывал еще когда подушки для моей яхты делал, потому дополнительного объяснения мне не понадобилось. Примерно час спустя мы покинули мебельщика. Пришлось повозку нанимать — иначе бы Михайло на своем горбу все не донес. Неудобно, да и материала получилось много. Замеры наш плотник успел уже сделать под взглядом и подсказками Фрола, потому с количеством необходимой