Возвращение Красной Звезды - Алексей Викторович Вязовский

Именно поэтому мы так быстро и находим с ней общий язык, договорившись вместе сходить на пару предстоящих показов. Роль модного гуру Анне явно льстит. Заполучив ее домашний телефон, я конечно же вручаю ей приглашение в VIP ложу, получив его у Гора. Там соберется очень интересная тусовка — в основном, творческая, из мира шоу-бизнеса. Майкл над этим усердно работает и обещает собрать многих, кто участвовал весной в нашем проекте «We are the World». Ну, и из моих новых знакомых кое-кто тоже будет. VIP вечеринка должна получиться весьма звездной и фееричной…!

* * *

Утром я просыпаюсь часов в десять в своем шикарном номере отеля Plaza. Но сеть Фэрмонт еще не зашла в Нью-Йорк и не взяла пока в свое управление этот 5-звездный отель на 5-й Авеню. Это событие произойдет только в следующем веке. А перед этим Плазу успеет купить даже Дональд Трамп. Ну, да бог с ними, с этими спекулянтами — капиталистами. Наш автобус в принципе должен уже добраться до Нью-Йорка, так что за завтраком, скорее всего, мы с коллегами и увидимся.

Звоню Майклу: выясняется, что все наши уже немного передохнули, потом все вместе позавтракали, а дальше кто-то отправился репетировать, а кто-то, как мои звездочки, до обеда решил поспать, устав после ночного переезда и вчерашнего концерта. Ну, а в моих планах посещение магазина музыкальной аппаратуры, где наши ребята смогут прикупить себе что-то из инструментов и оборудования. А где это еще сделать, как не в Нью-Йорке?

— Виктор, тебе точно нужно с нами? — с сомнением спросил Гор, когда мы встретились в холле — Ты выглядишь уставшим, может, лучше поспишь, как Альдона с Ладой? Тебе же вроде как не особо интересны все эти инструменты и примочки к ним.

— Нет, пойду с вами. Мне хочется немного прогуляться по городу. У меня есть одна идея для новой песни, которую нужно обдумать.

Я не стал уточнять, что идея эта возникла давно. А сейчас мне просто захотелось побыть в атмосфере обычной американской улицы, вдали от пафосного отеля и важных персон.

…Огромный музыкальный магазин оказался настоящим раем для музыкантов. Запах дерева, лака, металла, винила… Сотни разных гитар, барабанные установки, стойки с усилителями и клавишами… Ребята сразу же разбежались по залу, их глаза загорелись от восторга.

— Вить, смотри, какая красота! — Завадский пожирал глазами стратокастер «Fender» цвета «санберст», а его пальцы нервно подрагивали, обнимая гитарный риф — Я о такой всегда мечтал!

— Бери, если нравится — улыбнулся я — Гор же выделил нам бюджет на покупки.

— Правда?!!

Глеб уже что-то обсуждал на пальцах с продавцом у стойки с басами, Кирилл задумчиво поглаживал клавиши дорогого синтезатора. Было здорово видеть их такими счастливыми, они сейчас как дети, попавшие в магазин игрушек. Я бродил между рядами, разглядывая диковинные гитары и барабаны. Для меня мир инструментов был немного непонятным, но атмосфера в торговом зале была заразительной. Майкл наблюдал за нами с довольным видом. Для него покупка новых инструментов и аппаратуры — это в первую очередь инвестиции в группу, поскольку она всегда поднимает настроение музыкантам и отлично влияет на их игру на сцене. Продюсер все это понимал, как никто другой.

— Виктор, мы, наверное, тут еще на пару часов застрянем — вздохнул Григорий Давыдович, подходя ко мне — у ребят просто глаза разбежались, и им трудно сразу определиться. А тебе ведь хотелось прогуляться?

— Да. Я, пожалуй, оставлю вас. Заберу с собой Вячеслава и Панчо, а то они тоже заскучали.

— Хорошо. А мы как закончим, заберем покупки и сразу поедем на стадион. Ты же поедешь туда позже?

— Думаю, да.

Я попрощался с музыкантами, пожелав им удачных покупок и отправился на выход.

— Виктор, куда направимся? — поинтересовался Панчо на улице.

— Да, просто пока погуляем… — я огляделся. Мы находились в одном из старых кварталов Нью-Йорка. Красивые старинные здания из потемневшего от времени красного кирпича, чистые улицы, дорогие магазины, спешащие люди в деловых костюмах.

А мне вдруг стало невыносимо скучно. Я видел эту открыточную Америку много раз — в кино, на фотографиях, в своих прошлых поездках. Она уже перестала вызывать у меня острый интерес.

— Знаешь… — сказал я, внезапно принимая решение — Надоела эта… блестящая витрина. Дорогие магазины, чистенькие улицы. Хочу увидеть другую Америку. Настоящую.

Панчо и Вячеслав с беспокойством переглянулись. Такой маршрут не входил в наш первоначальный план.

— Виктор, это может быть небезопасно — осторожно возразил Вячеслав. Панчо согласно кивнул.

— Не волнуйтесь! — улыбнулся я им — Мы же в центре Нью-Йорка. Просто следуйте за мной.

Я тут же свернул с оживленной улицы и пошел наугад по той, что выглядела менее ухоженной. Сначала еще попадались приличные дома, но скоро они сменились более ветхими постройками. Улицы стали уже, асфальт — хуже. Мусора больше. Изменились лица прохожих — стало меньше улыбок, больше усталости и безразличия. Мои охранники шли за мной, стараясь держаться по бокам, но их настороженные взгляды постоянно сканировали окружающих. Оба молчали, но напряженные позы говорили красноречивее слов.

Мы углублялись все дальше. Стены домов стали тусклыми и грязными, пожарные ржавые лестницы нависали над головой, разбитые окна зияли пустыми глазницами. Запахи тоже изменились — запахло едкими выхлопными газами и гниющими отходами… Это был запах бедности, который не спутаешь ни с чем другим. Дети играли на грязных тротуарах, плохо одетые старики сидели на потертых ступеньках домов, равнодушно глядя в пустоту. Вот она — настоящая изнанка Нью-Йорка…

Я чувствовал здесь себя абсолютно чужим, но одновременно и более живым, чем среди отполированного блеска центра. Это была совсем другая реальность, которую богатые американцы предпочитали не замечать. И которую я, погруженный в свою звездную нынешнюю жизнь, тоже рисковал упустить.

И тут мы увидели ее. Очередь. Длинную, состоящую из понурых, бедно одетых людей, тянущуюся вдоль обшарпанной стены невзрачного здания. Мужчины и женщины с морщинистыми, обветренными лицами. Многие из них явно выглядели старше своих лет. Некоторые были на костылях, кто-то в потертых военных куртках, даже несмотря на теплую погоду. Бездомные. Обездоленные. Потерявшие всякую надежду вернуться к нормальной, обеспеченной жизни.

Очередь двигалась медленно. Пахло дешевой едой — простой, без изысков, но зато горячей. Я остановился на другой стороне улицы, наблюдая за раздачей бесплатной еды. волонтерами. Мои спутники напряглись, внимательно следя за