Возвращение Красной Звезды - Алексей Викторович Вязовский

Пара сотен баксов… Я тут же представил в уме суммы, которые мы зарабатывали. Премии, которые платил нам Гор. Деньги, которые приносила нашей стране группа «Red Stars». И на этом фоне всего какая-то пара сотен баксов.

— Вот все, что у меня сейчас с собой есть — я вывернул свое портмоне и, не считая, протянул купюры пастору — но у меня появилась одна хорошая идея…

Отец Майкл растерянно взял у меня деньги и удивленно поднял седые брови, ожидая продолжения. Но мне сначала нужно было переговорить с Гором и с сотрудниками нашего благотворительного фонда, чтобы не оказаться болтуном.

— Я свяжусь с вами, отец Майкл. Обязательно свяжусь! У меня есть возможность серьезно помочь вам.

Пастор смотрел на меня, словно пытаясь прочитать. Наверное, на своем веку он видел сотни и тысячи пустых обещаний. Но, кажется, в моих глазах отец Майкл увидел что-то другое.

— Хорошо, Виктор. Если это… если это возможно… для нас любая помощь будет благословением.

Мы тепло попрощались с волонтерами. Пастор дал мне номер своего телефона, записав тот на клочке бумаги. Я бережно убрал его в портмоне, пообещав обязательно позвонить. Мои спутники вздохнули с явным облегчением, поняв, что я собираюсь вернуться в отель.

Кстати, провожатого нам на всякий случай отец Майкл выделил, чтобы мы без проблем выбрались из их квартала на безопасную оживленную улицу, где можно было поймать такси, чтобы добраться до отеля.

На обратном пути я всю дорогу был тих и молчалив. Думал о людях в очереди. Об отце Майкле. О "парадной' Америке и ее темной, неприятной стороне. О странном равнодушии американцев к своим солдатам, вернувшимся из Вьетнама. И вспоминал фильм Копполы «Апокалипсис сегодня», показанный этим летом на Московском кинофестивале…

Глава 13

Вернувшись в отель, я сразу же нашел Майкла Гора. Он сидел в лобби, разговаривая с кем-то по телефону, но увидев меня, по-быстрому свернул разговор и поднялся с кресла.

— Ну, что, Виктор? Как прогулялся? Где был?

— Прогулялся отлично, с большой пользой. Майкл, мне нужно с тобой срочно поговорить. Если ты еще не обедал, может, составишь мне компанию в ресторане?

— Пойдем, я как раз тоже хотел перекусить — кивает Гор.

Мы прошли с Майклом в ресторан, располагавшийся на первом этаже отеля, выбрали дальний столик у окна, чтобы нам никто не мешал и не отвлекал. Народа в зале было уже немного — обеденное время прошло, и дневной наплыв посетителей схлынул.

— Слушай, — я начал, не теряя времени — помнишь нашу «The Show Must Go On»?

— Помню, конечно, настоящий новый хит! Первые строчки в ротациях радиостанций.

— Так вот… ты же знаешь, по какому поводу она написана, и кому посвящена?

— Конечно! Как можно такое забыть⁈

— Я хочу, чтобы половина наших доходов от этой песни теперь перечислялась общине пресвитерианской церкви, здесь, в Нью-Йорке, а точнее ее пастору — отцу Майклу. Эта община кормит бездомных на свои средства, и у них сейчас огромные трудности со сбором денег. Надо им помочь.

— Виктор, что за блажь⁈ — Майкл пораженно смотрел на меня, его глаза расширились — Половину⁈ От всех доходов⁈ Ты хоть понимаешь, какие это огромные деньги? Возможно, это будут миллионы, Виктор! Миллионы долларов!

— Понимаю. Но и ты пойми: мне неловко зарабатывать на песне, посвященной погибшей Вере. И никакой клип на этот хит мы снимать точно не будем. Пусть уж лучше песня послужит благотворительности — это будет данью памяти нашей звездочке.

— Ты… ты уверен? Ты хочешь просто так отдать малознакомому пастору половину возможно, самого дорогого актива, который у тебя когда-либо будет⁈

— Не преувеличивай, Майкл. У нас будут и более прибыльные хиты, обещаю тебе. Тот же «Last Christmas» станет не менее популярным, особенно после съёмки клипа. Думаю, это вообще новый рождественский гимн на ближайшие десятилетия, и прибыль нам «Last Christmas» принесет не сопоставимую с «The Show Must Go On». К тому же речь идет всего лишь о половине доходов от этой песни.

Майкл молчал, переваривая. Потом медленно выдохнул.

— Технически это возможно. Я поговорю с нашими юристами, и мы можем оформить все через благотворительный фонд. Но это будет… самый дорогой и скандальный PR в истории шоу-бизнеса! СМИ просто сойдут с ума. Виктор, ты только представь газетные заголовки: «Русская звезда отдает миллионы, чтобы накормить бездомных Америки!»

— Ну мы же помогаем голодным детям Африки? Пожертвовали недавно деньги на строительство школьного спортзала в Новом Орлеане. Так почему бы еще не расширить рамки нашей благотворительности? И я делаю это вовсе не ради пиара. А потому… что это правильно. Я там был и своими глазами увидел, сколько обездоленных людей нуждаются в помощи. А волонтеры общины уже еле справляются, им срочно нужна финансовая поддержка.

Гор смотрел на меня так, словно впервые за все время нашего знакомства увидел во мне не молодого успешного артиста, не юного интригана, а что-то… другое.

— Хорошо, Виктор. Я займусь этим. Найду отца Майкла и узнаю, как нам лучше все оформить. Но ты меня сегодня… удивил. Твои щедрость и сострадание впечатляют.

Он протянул мне руку. Его рукопожатие было крепким и ободряющим.

— Спасибо, Майкл! — выдохнул я — Просто сделай все, чтобы они могли и дальше кормить голодных людей.

— Сделаю. Обещаю.

Я почувствовал огромное облегчение после его слов. Важное решение принято. Деньги, заработанные нами в Америке, помогут тем, кто остался за бортом американской мечты. В этом была какая-то горькая ирония. Но и своя правда. По крайней мере, конкретные нуждающиеся люди, которых я встретил сегодня, получат еду, лекарства и одежду. День выдался насыщенным. Удивительным на встречи. И, кажется, прожит не зря…

* * *

…Вернувшись в номер, достаю свою записную книжку и перелистываю ее, решая с кого бы мне начать. Время сделать несколько крайне важных звонков своим старым и новым знакомым, чтобы заранее грамотно включить в личное расписание встречи с этими людьми.

Посмотрев на часы, решаю первым позвонить Годуновым, а то вдруг у них именно сегодня вечерний спектакль. И как в воду глядел! Но на мое счастье они пока еще дома и только собираются в театр. Чувствуется, что Саша с Людой очень рады моему звонку, но им явно некогда разговаривать — артисты спешат на работу. Договариваемся встретиться завтра вечером: