Инструкция по применению - Илья Соломенный

Глава 12

Ваятели

«На собрании гильдии поднимался вопрос о проверках Ордена на периферии Семиречья. Большинство высказалось против. Только один ваятель промолчал. На вопрос, почему он не присоединился к протесту, он ответил: „Тот, кому нечего скрывать, не боится проверок“. Через месяц его мастерскую опечатали за хранение запрещённой литературы. Он был казнён через неделю после ареста».

— Из хроник гильдии ваятелей Аднрониума, год 812 от Катаклизма.

Тем временем дорога пошла под уклон. Слева раскинулись поля, которые упирались в высоченный тёмный лес — а вот и место, где можно будет укрыться!

На секунду мне пришла идея свалить прямо сейчас, но я тут же отмёл её. Нет, это не вариант. По дороге то и дело проезжали люди, на лошадях катались воины, и моё самоуправство сразу же заметят.

Не говоря уже о том, что Мортаз может натравить на меня «стального собрата», и пока мы дерёмся, он наверняка успеет придумать какую-то магическую пакость.

Да и вообще, после его подозрений я больше чем уверен, что у хвостатого есть в рукаве какой-то неприятный козырь.

Справа показалась река — широкая, мутная, с медленным течением. Её берег оказался испещрён невысокими холмами, поросшими чахлым кустарником. Метров через двести мы свернули к этим самым холмам и оказались перед деревянным забором и распахнутыми настежь воротами.

За ними виднелись какие-то строения, несколько телег и десяток фигур в разной одежде. У входа скучал усатый мужик с огроменной аркебузой (ага, огнестрел, значит, тут тоже есть… Хотя я же слышал про голема огнемётчика, чему удивляться?).

— Мастер Мортаз, — кивнул усач, быстро проглядывая протянутую Мортазом бумагу, и пропустил нас внутрь.

Холмистый берег за забором оказался испещрён десятком здоровенных дыр. Типа колодцев, но широченных, четыре-пять метров в диаметре. Над каждым из таких колодцев были установлены системы подъёмников — балки, платформы, приводы, направляющие, канаты…

Неужели тут под рекой были… Шахты⁈ Хм, странно…

Вокруг суетились люди и големы. Мои собратья таскали корзины с глиной, грузили их на телеги, а люди просто стояли, курили и разговаривали. Всюду была охрана — пара десятков людей с мечами, топорами и арбалетами…

Нечего и думать удрать прямо отсюда.

Мы направились к одной из ям, и неподалёку от неё я заметил двух человек, одетых получше остальных — камзолы, сапоги, браслеты на руках. Один — молодой парень лет двадцати, с рыжими волосами и веснушками на лице. Второй — постарше, с сединой в бороде и глубокими морщинами вокруг глаз. Они стояли в стороне от телег, курили какие-то тонкие трубки и разговаривали вполголоса.

Мортаз поздоровался с ними коротким кивком.

— Гарс, Лоран. Давно не виделись.

— Давно, — ответил пожилой, — Слышали о твоей победе на арене. Поздравляем.

— Спасибо.

— Того голема продал, или снова выставишь?

— Пока думаю.

— Говорят, ставки на него высокие.

Мортаз усмехнулся.

— Ставки — дело наживное. Сами не думаете выставлять бойцов?

Хвостатый перекинулся с ними ещё парой фраз о погоде, о ценах на глину, о новых заказах. Ничего важного — обычный разговор людей, которые вращаются в одних кругах и вынуждены поддерживать видимость вежливости.

Однако я слушал, и мотал на ус.

Добыча глины только в специальных местах, по особому разрешению — раз. Я и раньше это слышал, но оказывается, глина для големов должна быть чем-то «пропитана»… Запомним.

Участившиеся проверки Ордена и закручивание ими гаек — два.

Это вообще стоило зарубить себе на носу. Или вылепить, как теперь мне правильно говорить?..

Ладно, отвлекаюсь…

Вообще, судя по ходу беседы я понял, что у Мортаза со своими коллегами весьма натянутые отношения…

Закончив светскую болтовню, хвостатый велел нам со «стальным» големом оставаться на месте, и опустился на подъёмнике в яму.

Двое ваятелей, с которыми поздоровался лизард, проводили его скептическими взглядами.

— Какой довольный, а? — хмыкнул пожилой.

— Ещё бы, после такого-то выступления на арене! Я слышал, Гронт в бешенстве, — ответил молодой, выпуская дым из трубки, — Ты видел бой?

— Нет, были дела поважнее тупого мордобоя даже без крови. Не то что в старые добрые времена…

— А я видел. Голем Мортаза разобрали «Жнеца» на части!

— Удивительно. Мортаз никогда не умел делать бойцов. Его удел — грузчики да землекопы. А тут такое…

— Может, ему кто-то помог?

— Кто? — махнул рукой пожилой, — Он в Хайнцбурге без году неделя, и ни с кем не общается толком. Сам знаешь, белая ворона, разве что на собрания гильдии иногда заходит.

Молодой вытряхнул пепел, и перевёл взгляд на меня:

— Мда, изделия у него, конечно, уродливые.

Хах, видел он бой… Свистун! Даже не узнал победителя «Жнеца»…

Они пообсуждали мой внешний вид ещё немного (сами-то, кстати, оба не красавцы!), а затем к ним подошёл третий — коротышка гном в кожаной одежде.

Сейчас лето, и судя по всем — очень жаркое! Как только он таскает эту куртку и штаны?

— О, Гор-Ванес! — за руку поздоровался с новоприбывшим пожилой, — А ты тут какими судьбами? Я думал, ты раньше конца лета не вернёшься.

— Пришлось. Из столицы выслали, сволочи! — недовольно буркнул гном, тоже раскуривая трубку, — Со срочным донесением.

— Каким? — ваятели навострили уши. Я — тоже.

— Я сегодня утром уже отрапортовал в гильдии. Новости так себе, господа ваятели — Орден ужесточает контроль за духовной эссенцией. По всему королевству отправляют проверки, и даже в наше захолустье.

— Зачем?

— Будут исследовать все места, где добывают эссенцию.

— Чего это? — нахмурился пожилой, — И так за яйца держат, уже нельзя собирать мелких животных слитно, чтобы работать! Теперь что, налог новый введут⁈ Запретят ещё что-то⁈

— Чего не знаю, того не знаю, — пожал плечами гном, — Я ж просто как посыльный выступил. Но покуда советую все квоты выбрать. Через месяц другой сложно с этим станет, надо бы изделий успеть наделать и продать.

— Совсем столичные с ума сошли… — сплюнул молодой, — С жиру уже бесятся! Раньше работали как хотели — и ничего!

— Ничего да чего, — шикнул на него гном, — Слух нехороший прошёл… Отчего они узлы и затягивают…

— Какой?

— Говорят, Орден накрыл в столице подпольную лабораторию. Там големов делали из…

Он понизил голос так, что я едва разобрал слова.

— … человеческой эссенции.

Молодой закашлялся, а пожилой присвистнул.

— И что с ними сделали?

— А