Линия иной судьбы 2 - Дмитрий Соловей

Внутрь здания только заглянули, покидав вещи снаружи у стены. Преподаватели обещали какое-то там размещение. Вероятно, нас разделят по половому признаку. Хотя сделать это будет непросто. Сооружение было длинным. Разделялось лишь условно опорными столбами и потолочными балками. Вдоль стен тянулись длинные деревянные нары, на которых лежали пустые матерчатые мешки — тюфяки. Нам ещё предстояло набить их соломой.

Преподаватели, ехавшие в кабинах грузовиков, стали прикидывать что-то по местам, а я прошёл на задний двор. Осмотрелся. Из всех удобств обнаружился только дощатый туалет типа «сортир» на три очка, куда уже устремились девочки.

Один из пацанов явно решил устроить забаву и примчался первым, захлопнув дверь того туалета, что располагался по центру. Девчонки остановились и терпеливо принялись ждать этого шутника. Кое-кто уже переминался с ноги на ногу, а пацан из туалета не выходил. Так-то да, он занял прекрасное стратегическое место.

Эти сортиры никогда не были крепкими сооружениями. Их возводили из всякого строительного мусора и старых досок. Доски, как правило, имели щели. Ну, вы понимаете, какого зрелища ждал тот пацан.

Пришлось мне вмешаться. Нет, не подумайте, что я с ноги влепил по двери и выволок его за шкирку. Зачем? Кулаками махать любой дурак горазд. Слово, оно, знаете ли, иногда бьёт похлеще. Мой друг Борька вам это подтвердит.

Остановившись перед дверью, я картинно постучал костяшками пальцев.

— Тук-тук. Стратег! Сколько ещё оборону держать будешь?

— Занято! — бодро отозвался голос изнутри.

— Понятно, — протянул я. — Значит, ты у нас главный туалетный начальник. Начальник сортира. Неплохо звучит. Только коротко тебя будем звать — Сортирный.

— Сам ты Сортирный! — возмутился пацан, выскакивая из туалета.

Девчонки тут же рванули к освободившимся кабинкам.

Я же внимательнее оглядел округу и озадаченно почесал затылок. А ведь это единственная альтернатива для желающих сходить по нужде.

Ни деревца, ни кустика, ни захудалой лесополосы — зацепиться глазом было абсолютно не за что. Похоже, что здесь убрали озимую пшеницу, и теперь до самого горизонта тянулись поля, покрытые колючей стернёй. Кое-где землю уже перепахали, и над ней дрожало марево августовского зноя.

Серьёзно? Нас тут примерно девяносто человек студентов, плюс, преподаватели. И три дырки в полу. Вокруг — кубанские поля, ровные как стол. Лишь где-то там, по дороге на юг видны хаты. Спрятаться, чтобы банально справить нужду, совершенно негде.

Ещё не веря до конца, что такое вообще возможно — я имею в виду один туалет на всех, — пошёл дальше, к строениям, располагавшимся вдоль дороги. Какие-то навесы и один большой, заполненный соломой до самого верха.

Та-а-ак… Уж не она ли предназначена для заполнения тюфяков? Сена что-то я здесь не наблюдаю. Нам предлагают солому для сна?

Грузовики уже уехали, увезя с собой нашего начальника лагеря, и возникшие у меня вопросы задать было некому.

Парни, как и я, разбрелись кто куда. Девчонки решили опробовать другие так называемые «удобства». И, судя по разочарованным моськам, умывальник их тоже не слишком обрадовал. Над разрезанной вдоль ржавой трубой, изображавшей корыто, висел десяток умывальников. Я подошёл, нажал на штырёк одного, второго, третьего — сухо.

Водопровод сюда, понятно, никто не тянул. Но в стоявшей на кирпичной башенке бочке должна была быть вода. Может, какой-нибудь вентиль не открутили?

Народ пока такие бытовые проблемы не волновали. Кто-то решил, что пришло время подкрепиться, его поддержали, и вскоре вокруг запахло свежими и малосольными огурцами, рыбой и чем-то ещё. Несколько пацанов развалились в тени здания и просто спали.

А мне всё нужно! Полез, конечно, разбираться с той бочкой. Благо вбитые в стену скобы позволили легко взобраться наверх и заглянуть внутрь.

Пусто.

Не удержавшись, я крикнул туда:

— Бу-у-у!

И прислушался к собственному голосу, отразившемуся от стенок ржавой ёмкости. Просто отлично! Мало того что если бы мы напились воды из этой бочки, то потом засрали бы все кусты. Так ведь и кустов этих нет!

Мрачный и злой, я ждал нашего начальника, не став задавать возникшие вопросы преподавателям. Две дамы, которые должны были ночевать с девочками, задремали, а ещё одному дядьке явно было не до наших проблем. Он сходил в сторону навеса с соломой и вернулся оттуда заметно повеселевшим, разя перегаром.

Часа через два у крыльца припарковался ободранный «Газик». Вместе с нашим начальником лагеря из машины вылез полный, краснолицый мужчина в потной рубахе навыпуск и выцветшей фуражке. Оказалось, это наш бригадир.

Быстро представившись, он сообщил, что завтрак нам будут привозить прямо в поле, а обед и ужин — сюда. Последний, часов в семь-восемь вечера. На этом бригадир уже собрался распрощаться, но я его не отпустил.

— Товарищ бригадир! — громко окликнул я его, шагнув наперерез.

— В чём дело, парень? — Илья Петрович недовольно зыркнул на меня поверх очков. — Как там тебя? Не мешай, нам ещё размещаться.

— Валентин Жериков, — представился я преподавателю. — Дело в том, что воды нет. Бочка пустая, умывальники сухие. А эта вода, если её вообще привезут, для питья не предназначена. Нас здесь девяносто человек. Один туалет, три очка. Вы считаете, этого достаточно?

— У нас тут не город! — тут же влез бригадир. — Привыкли там на унитазах сидеть!

— Илья Петрович, посмотрите вокруг, — не обратил я внимания на его реплику. — Девяносто человек, три кабинки. Утром все одновременно захотят умыться, сходить в туалет. Мы же друг другу на голову полезем.

— Раньше встанете и всё успеете, — снова встрял бригадир.

Меня это окончательно взбесило.

— Вода когда будет? — уже прямо спросил я.

Народ, услышав наш спор, начал подтягиваться ближе. Вокруг быстро образовалось кольцо из притихших первокурсников. Бригадир вытер замызганным платком пот со лба.

— Завтра к полудню будет у вас вода, — нехотя пообещал он.

— А пить мы что будем? — послышалось из толпы.

— Попить вам вечером привезут. Компот будет с ужином!

— Который будет в восемь вечера, — продолжил я и демонстративно посмотрел на солнце. — Обед нам сегодня не положен?

— У вас размещение. Сегодня только ужин, вода завтра, — скороговоркой повторил бригадир и дёрнулся в сторону автомобиля.

— Стоять! — рявкнул я.

Бригадир замер и нервно вытащил из кармана брюк сигареты.

— Жериков, полегче на поворотах! — вмешался Илья Петрович, косясь на бригадира. — Это колхоз, тут свои трудности…

— Илья Петрович, это не трудности, это саботаж решений райкома! — уже не стесняясь, кричал я, чтобы все слушали. — Райком мобилизовал несовершеннолетних студентов на помощь родному краю, а не на добровольное вредительство собственному здоровью! По нормам здесь должно быть не менее десяти туалетных мест. Более того. Если через два часа здесь не будет цистерны с чистой питьевой водой и ещё