Тренер Гильдии Фамильяров 3 - Сергей Харченко

ушах стой. Но никогда, ни при каких обстоятельствах, не закидывай эту дрянь в свой организм. Ведь однажды ты можешь сам того не понимая предать и себя, и свою команду, и самых близких тебе людей.

В микроавтобусе ещё пару минут точно переваривали мои слова. Но меня интересовал лишь один человек. И я был уверен, что Белов призадумался. Теперь он сто раз подумает, прежде чем принять очередную таблетку.

Микроавтобус тяжело вкатился на территорию базы, остановился на бетонной площадке заднего двора.

Обычно распоряжениями бросался помощник. Но он сейчас был погружён в свои тяжкие думы. Его слегка знобило, и пот выступал на лице и шее, который он периодически смахивал серым платком. Яркие подтверждения отвыкания от транквилизатора. Поэтому я взял роль помощника на себя.

— Выгружаемся. Инвентарь на склад, питомцев по вольерам, — скомандовал я, открывая дверь и выпуская на поводке довольного Живчика, который сразу же потянул меня к газону в стороне. — Дэнни, Костя, берёте палатки. Лера, помоги Анне с остальными сумками.

Команда, уставшая после путешествия, безропотно приступила к разгрузке. Белов молча, с понурым видом, подхватил походный мангал и побрёл в сторону технического крыла.

Выгуляв Живчика, я подхватил переноску с Искоркой и зашёл внутрь здания. Что-то было не так. Нас не встретил Христофор Родионович, его телевизор не шумел очередным матчем Арены. Да и бабы Зины нигде не было видно. На базе царило неестественное затишье.

Вышел в центральный холл. Пост охраны пустовал. Мониторы видеонаблюдения светились синим, но массивное кресло охранника оказалось пустым. На столе сиротливо лежал недоразгаданный сканворд и брошенная поперёк него дубинка.

Центральный вход закрыт на засов.

— Родионыч? — позвал я, но ответом мне было лишь эхо.

За моей спиной раздался звук шагов. Кира, сжимая в руках планшет, остановилась рядом. Владелица гильдии окинула взглядом пустой пост охраны, и её лицо мгновенно побледнело.

— Горай… где все? — тревожно прошептала она, инстинктивно придвигаясь ко мне и оглядываясь. — Почему Родионыч не на посту?

— Пока не знаю, — я нахмурился, чувствуя, как от адреналина поневоле начинает чаще биться сердце.

— А если опять отец Ветрова? — нервно произнесла Кира. — Что, если его люди проникли на базу, пока нас не было? Отключили охрану, заблокировали входы… Господи, Артур, а если они что-то сделали со стариком и остальными⁈

— Отставить панику, Кира Евгеньевна. Держись за моей спиной, — сухо приказал я, переходя в боевой режим. Искорка шипением из переноски подтвердила, что тоже готова дать отпор. Живчик что-то почуял, потащил меня обратно, в коридор, откуда я пришёл.

Ветров-старший был жесток, но он был бизнесменом, а не главой террористического картеля. Похищение или убийство обслуживающего персонала на территории чужой гильдии слишком уж ему несвойственно. Пичугин вновь проявился? Точнее его меценат? Я так не думаю.

В итоге Живчик довёл меня до отдельного здания, за площадкой внутреннего двора. Столовая.

Резко распахнув двустворчатую дверь, я приготовился к любому варианту развития событий. Мышцы были напряжены, взгляд мгновенно просканировал помещение.

Но вместо вооруженных наемников Синдиката или следов погрома, я увидел нечто другое.

У линии раздачи, находились Христофор Родионович и баба Зина. Охранник и уборщица были живы, здоровы и явно кого-то напряжённо ждали, глядя вглубь кухонного блока.

— А я тебе говорю, Зинаида, он ей помогает, — горячо, полушёпотом убеждал коллегу старик. — Своими глазами видел, как он мешок с картошкой тащил!

— Брешешь! — баба Зина недоверчиво фыркнула, скрестив руки на груди. — Ты ж сказочник известный, Христофор. Я тебя как облупленного знаю.

— Да зачем мне брехать-то?

— Кто мне про барабашку в вентиляции наплёл, а? В прошлом месяце. А это вентилятор так работал!

— Да это не то, Зинаида! Крест на пузе! — Родионыч в доказательство ударил себя кулаком в грудь. — Сама Раиска нашептала. Говорит, вчера прикормила пирожками с капустой, за ушком почесала, и теперь за ней как привязанный ходит!

Кира зашла следом, зацокала каблучками, отчего охранник и уборщица дёрнулись, разом обернулись.

— Ох, так вы ужо приехали, — радостно проскрипел Родионыч.

В этот момент из-за высоких металлических стеллажей с посудой появилась Раиса Павловна. Повариха в белоснежном фартуке сияла румянцем. Она шла спиной вперёд и смотрела куда-то вверх.

— Вот так, аккуратненько… — ласково ворковала она, с интонациями любящей жены. — Вот ты мой хороший… Давай, ещё шажочек. Ещё немного. Только осторожно, не обожгись!

Я замер. Дыхание перехватило.

В проходе кухни, мерно ступая по кафелю, появился… тапироид-йессо. Он шёл на задних лапах, а в передних нёс пятидесятилитровую алюминиевую кастрюлю с надписью «Первое».

— Бурбур, — воскликнул ухаль, уставившись в нашу сторону и разжал пальцы.

Глава 10

Пятидесятилитровая алюминиевая кастрюля, наполненная супом, выпала из передних лап тапироида.

Раиса Павловна охнула, хватаясь за покрасневшие щёки.

Времени на раздумья не оставалось. Обычный человек в такой ситуации инстинктивно отшатнулся бы, спасая ноги от ожогов. Как повариха и сделала.

Но мой мозг, натренированный аренами, отреагировал в ту же секунду.

Я отправил ментальный приказ через Сопряжение замершему у моих ног вихревому терьеру.

Живчик, чьё Ядро перешло на следующую ступень, был не так чтобы силён. Как и прежде, ему нужно было адаптироваться, распределить энергию по силовым узлам. Но на это у него сил хватило.

Щенок коротко тявкнул, концентрируя энергию. Воздух между тапироидом и кафельным полом уплотнился, закручиваясь тугой восходящей спиралью.

Слабенький, но точно выверенный аэродинамический барьер перехватил тяжеленную посудину, всего в полуметре от плитки. Из кастрюли даже капли первого блюда не выплеснулось. После секундной заминки кастрюля мягко, словно на парашюте, левитировала на пол, издавая под конец лишь тихий металлический стук.

На кухне воцарилась пауза. Раиса Павловна так и стояла с приоткрытым ртом. Родионыч вытянул шею, забывая, что такое моргать.

Баба Зина истово перекрестилась рукоятью швабры.

— Свят, свят, свят… — забормотала уборщица, не сводя глаз с дымящейся кастрюли. — Говорила же, надо батюшку звать, углы святой водой кропить!

— Никаких барабашек, Зинаида Петровна, — спокойно произнёс я, ослабляя натяжение поводка джек-терьера. — Живчик постарался.

— Ой, а как это? Он же на месте стоял, — уставилась на моего питомца уборщица.

— А зачем ему двигаться? Он создал вихревой барьер, по моей команде, — объяснил я, и баба Зина удивлённо кивнула, принимая мои слова за правду. — Молодец, дружок. Хорошо постарался.

Терьер гордо вильнул хвостом, радуясь заслуженной похвале, с любопытством сунул нос к спасённой кастрюле. Ведь пахло из неё очень аппетитно.

Тапироид-йессо между тем виновато опустил свой короткий хобот. Здоровяк, в котором крылся мощный потенциал для всей нашей гильдии, сейчас выглядел как нашкодивший котёнок.

— Бур-бур… — печально выдал ухаль, неловко переминаясь с ноги на ногу.

Искорка, наблюдавшая за