Обратный отсчет - Токацин

— Лучше выясни, какой кусок подходит для наковальни, — Гедимин представил, как затаскивает в ангар череп сааг-туула, потом — как не влезшую кость торжественно устанавливают посреди лагеря. — Для молота материал есть.

Он вспомнил о прочном зеленоватом камне, припрятанном на складе. «Надо ещё научить филков обрабатывать этот минерал. За пару месяцев, думаю, справятся.»

…Ветер успокоился — дышать, повернувшись к нему лицом, было ещё тяжело, но гравий по воздуху уже не летал. Вепуат, придерживая встающие дыбом перья, выглянул из-под купола и радостно хмыкнул.

— Смотри — цела!

Металлическая арка по-прежнему стояла на холме напротив костяной. На «воротах» Джагулов ещё бренчали подвески, раскачиваемые ветром. Сарматские «ворота» ободрало дочиста, связки металлических пластин разметало по холму — но опоры выдержали. «Даже не покосились,» — отметил про себя Гедимин, подбирая покорёженную низку. Листки ульсены, мягкого металла, свернуло в трубки и скомкало, но на опорах сармат не нашёл ни единой свежей царапины.

— Вот даже не знаю, — пробормотал Вепуат, подбирая обрывок связки. — Считать, что мы с Экеста помирились, или нет?

Гедимин не без усилий расправил скомканную полоску металла и покачал головой.

— Я бы проверил. Очень-очень аккуратно.

Он растянул пластинку между пальцами и досадливо сощурился — щитки на перчатке, ещё недавно гладкие, пошли волнами. Он шевельнул лопатками — что-то с треском ударилось друг о друга. Вепуат оглянулся на него и шумно вздохнул.

— Ну вот чем тебе шипы не нравятся? Можно на них что-нибудь подвесить.

— Центр тяжести сместится, — буркнул Гедимин, отламывая наспинный щиток. Шип из «мутировавшей» пластины брони вытянулся уже на три сантиметра.

…Из-за ворот душевой донёсся недовольный возглас Айзека. Гедимин, неторопливо просушивающий новую обшивку, удивлённо мигнул и двинулся к выходу — остатки воды могли и сами испариться. К воротам выстроилась двойная вереница Джагулов. Кто-то привёл племена Улгех и Джелег за водой одновременно, и теперь кочевники с пустыми бурдюками скалились друг на друга и прижимали уши. Айзек, запоздало вскинув руку, разделил их стеной защитного поля и оглянулся на Гедимина.

— Закончил?

— Мог бы и при мне запустить, — буркнул сармат. — Я все шланги не занял.

Айзек молча, жестом подманив первую пару Джагулов, вошёл внутрь. Зашумела вода. Кочевники, навострив уши, оглянулись на Гедимина. Он встал поодаль — пар, идущий от остывающей обшивки, мог кого-нибудь обжечь.

— Грохот над холмом, — осторожно сказал Джагул, глядя за плечо сармата — на выглядывающий приклад сфалта. — И вчера, и позавчера. Хорошо было слышно.

Гедимин пожал плечами.

— Тут много кто шумел. И вчера, и позавчера.

— Оружие, пугающее тени Ук-кута… — Джагул шевельнул ухом.

— И ледяные тени, — пробормотал другой, пристально глядя на сфалт. — Одно и то же. Сила Ку-унну и Гверрека в одной вещи?

— Сила Пламени, — донёсся из ангара недовольный голос Айзека. — Много спрашиваешь, Джелег. И зря треплешь имена богов.

— Его не слышат, — оскалился кто-то в «голове» очереди. Джагул, упомянувший богов, сердито ощерился и отвернулся. Гедимин отступил за ангар. Вроде бы причин для беспокойства не было, но что-то его тревожило. «Не нравится мне, когда они так выспрашивают,» — думал он, положив ладонь на приклад сфалта. «Один уже любопытствовал…»

36 день Воды, месяц Пустоты. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген

Туун-шу растопырил щитки и раздул бока так, что из-под слоистого панциря проступили пористые структуры, растянутые на выдвижном каркасе. Гедимин впервые увидел их не на экране сигма-сканера — как и нижние, тонкие, стеклянистые слои брони. «Трилобит» переваливался с боку на бок, то открывая, то захлопывая дыхальца. Ни один глаз он так и не открыл, но явно чувствовал, где стоит Вепуат с опрыскивателем, и подставлялся под водяные брызги. Вепуат поливал его уже четверть часа; Гедимин успел зайти в душевую и выйти, а туун-шу всё не мог напиться.

— Чует, что снаружи много воды, — разведчик мельком оглянулся на сармата и кивнул на защитный купол над лагерем. В свете фонарей непрерывный поток снежных хлопьев сливался в мерцающую завесу. У обрыва журчали ручьи — снег, не успев упасть, начинал таять. «Трилобит», едва Вепуат прекращал его поливать, рвался кверху, натягивая тросы, но первые же брызги заставляли его нырнуть к земле. Гедимин настороженно следил за ним, подавляя желание обрезать канаты и выпустить животное под снег.

— Что он чует во сне? — сармат, дотянувшись, надавил на пористую перепонку. Щиток резко опустился, прикрывая проём в броне, и едва не прищемил Гедимину палец. Вепуат укоризненно хмыкнул.

— Они спят частью мозга. И отдыхают, и следят, что вокруг. Опасность, вода, пища…

Отключив распылитель, он вытряхнул на ладонь пригоршню мясных обрезков. Пасть туун-шу распахнулась мгновенно — сармат даже не успел прикрыть карман. Обрезки всосало вместе с пакетом.

— Хватит с него, — сказал Вепуат, глядя, как животное выпускает лишний воздух и замирает на приспущенных тросах, сомкнув все щитки. Снег снаружи всё валил. Гедимин, сделав шаг в сторону, почувствовал, что опора стала зыбкой, взглянул на сигма-сканер, — снизу, под слоем гравия, по плато проложил русло ручей. «Ещё немного подтает — и потекут реки,» — Гедимин перешагнул невидимый поток и огляделся по сторонам. На крышах шёпотом переругивались филки — даже их «телескопы» были бесполезны против снеговой завесы. Гедимин мельком подумал, что можно было бы снять наблюдательные посты, раз от них сейчас нет толку. «Да пусть сидят. Филков надо чем-то занимать. Пока не полезли искать приключений. Что там было про разлом на холме?..»

— Кет, Хепри! — по трапу быстрым шагом спускался Кенен Гварза. — Где один, там и другой. Что у вас сегодня, кроме возни со зверьём? Занятия по ткачеству?

Сарматы переглянулись. Вепуат пожал плечами.

— Ещё костерезы. Литейщиков нет — глина кончилась. А ковать им надоело.

Гварза поморщился.

— Технология ковки освоена? Норматив сдан?

Сарматы снова переглянулись. Гедимин мигнул.

— Ну да, — неуверенно ответил Вепуат. — Цацек понаделали. На качество не жалуются. Да с ульсеной ничего сложного, если на ноги её не лить…

Гварза вскинул руку, прерывая его на полуслове.

— Идите в цех. Сколько вам на занятия? Час, два?

«Чего ему надо-то?» — Гедимин настороженно сощурился. «Куда-то отправит? Под таким снегом? Нет, мне-то без разницы…»

— Три часа. Меньше — нет смысла, —