Видок 1-5 - Григорий Константинович Шаргородский

хоть и обжиты многие века назад, но полностью безопасными их не назовешь — то местный батюшка пропустит обряд очищения и с погоста вылезет поднятый сбрендившей деревенской ведьмой упырь, то у кого-то из местных оборотней крышу снесет. И окрестная нечисть, существование которой упорно отрицается официальной церковью, тоже порой любит пошалить. Чаще всего все эти безобразия происходят по ночам, так что, едва солнышко нырнет за горизонт, местные жители баррикадируются в своих домах и носа наружу не кажут. А путешествующие купцы расползаются по гостиным дворам и укрепленным бивуакам.

Ну а мне, выходцу их другого мира, на условности плевать. Тем более что на случай форс-мажора в багажнике имеется свой упырь.

Кстати об упыре. Уже на подъезде к Твери я выпустил его поохотиться, напомнив о правилах поведения. И все же пока Мыкола пропадал где-то в лесной чаще, сомнения все сильнее одолевали мою душу. Судя по всем признакам, формирование классического стригоя подходит к концу. Так что вскоре придется расстаться с ним, и не факт, что оттягивать это событие — в моих интересах. Ментальные установки профессора неплохо действовали на несформировавшегося упыря, а вот не слетят ли они с существа, имеющего явные задатки высшего вампира, — это насущный, да что уж там, жизненно важный вопрос.

Определиться с тактикой дальнейшего поведения мне не дало возвращение Мыколы. Он безропотно выполнил все указания, но мое воображение уже рисовало в его глазах проблески хищной насмешки.

К Твери мы подъехали в два часа ночи. Благодаря разорению домашней аптечки Даши мне удалось разжиться энергетическими тониками и спать совершенно не хотелось. Правда, за это придется заплатить длительным дневным сном, что вполне вписывалось в мой план дальнейших действий.

На объезд города я решил не тратить далеко не лишнее время и лихо пронесся по улицам сонной Твери, перепугав парочку городовых и всполошив добрую сотню собак.

Солнце начало подниматься за моей спиной, когда мы проехали Едрово, и практически сразу начались проблемы с продвижением вперед. Скорость пока снизилась незначительно, но дальше больше.

Валдай проезжали с черепашьей скоростью, да и за городом пришлось изрядно напрячься, чтобы не натворить делов. Гиперактивные с утра купцы заполонили всю дорогу, порой образуя пробки, оглашаемые жуткой руганью. Мое терпение лопнуло в городке под названием Крестцы. Там я остановился и переждал пик транспортного буйства, заодно позавтракав и выпив дополнительную порцию допинга. Леонард, эгоистично выспавшийся ночью, сожрал кусок сырого мяса и опять завалился спать на мягкое сиденье.

Сволочь такая!

Завтрак пошел на пользу не только моим нервам, но и осведомленности. Подсев к шумной компании купцов, явно пребывающих в третьей гильдии и привыкших путешествовать одной компанией, я с ходу разжился адресами десятка складских комплексов, аналогичных тому, что приютил нас в столице.

За Крестцами стало значительно легче. Транспортный поток окончательно устаканился, и мне, постоянно лавируя, удалось увеличить скорость. Но все равно с тоской вспоминался ночной полет с ветерком.

В итоге в городок Шолохово, где на берегу реки Малый Волховец находился один из рекомендованных складов, мы прибыли в половине десятого утра. Только здесь я понял, что выпитый на завтрак тоник был лишним: сна ни в одном глазу. Впрочем, нет худа без добра. Сняв небольшой склад и номер в гостинице, я облегчил паромобиль на вес одного упыря. Затем проследил, чтобы мой багаж был перемещен в номер вместе с Леонардом, который тут же устроился спать на пуфике.

— Не хочешь со мной посмотреть на достопримечательности Новгорода?

В ответ Леонард Силыч лишь презрительно фыркнул и выразительно посмотрел на стол.

— Ладно, закажу тебе что-нибудь пожрать. Но до моего возвращения из номера ни ногой.

В ответ кот лишь свернулся в клубок и опять уснул. С ним такое бывает — может и пару суток проспать после особо лихих загулов по соседским кошкам. Похоже, вынужденное общение с Дашей далось ему тяжело. Странно то, что того же Мыколу он воспринимал более лояльно.

Побеспокоившись о пропитании друга, я направился осматривать одну их главных жемчужин Империи.

Состояние трафика в Великом Новгороде было просто ужасающим, поэтому паромобиль пришлось оставить на специальном подворье для извозчиков. Это мне посоветовал один из лихачей, которого я остановил, дабы получить дельный совет. Он же был ангажирован мной в качестве гида.

Савватей — как отрекомендовался мой гид — чувствовал себя в мутном потоке новгородского трафика как рыба в воде. Поэтому он лихо домчал меня до центра города, параллельно проводя довольно занятную экскурсию.

— Вот здесь, ваше благородие, прямо у фонтана сошлись Никита Беловежский и Вацлав Ярый. Чудо, что на площади почти никого не было, иначе вместо фонтана тут стоял бы памятник невинно убиенным. Ярый тогда шваркнул чем-то совсем уж непотребным. Для фонтана даже котлована рыть не пришлось. А вон ту парочку домов отстраивали заново, — ткнув свернутым кнутом, указал мне Савватей на два относительно новых дома. — Да и не жалко, все равно рухлядь была.

— И что было этому Ярому за такое буйство?

— А ничего, — хмыкнул извозчик, — прирезали его дружинники Беловежского, пока от колдовства своего отходил. Надорвался, бедолага, да и за своими слугами не углядел. Полегли они все, вот его, как пьяницу подзаборного, и пырнули ножичком.

— И часто у вас так?

— Не очень. Золотой круг таких шалопаев быстро к ногтю прижимает. А ежели промедлят, так люд новгородский и сам может управиться. Руды уйдет много, но кровью нашего брата не испугаешь.

Коренной новгородец горделиво подбоченился, сидя на козлах знавшего лучшие времена экипажа. Да и одет он был бедновато. И все же Савватей прав. Не только в магах сила Великого Новгорода, но и в его людях. Даже упомянутый извозчиком Золотой круг — то есть совет сильнейших колдунов города — вынужден оглядываться на мнение Веча и Золотых поясов. Какими бы запредельными силами ни управляли чародеи, но и их можно было завалить трупами. Но это происходило не так уж часто. Больше линчевания маги боялись отравы в еде или шила в ухо от страстной любовницы. Такой способ убиения могущественных колдунов случался значительно чаше. Об этом я знал еще из наших давних бесед с профессором.

Не особо нарушая мою задумчивость, Савватей продолжал заливаться соловьем, славя Великий Новгород.

Да уж, велик и потрясающ город, когда-то приютивший беспризорных магов. Я никогда не был в Новгороде родного мира, но вряд ли у этих двух городов было хоть что-то общее. Ну кроме основных архитектурно-исторических памятников.

Если отбросить некоторые детали, то Великий Новгород этой реальности был больше похож на город двадцатого века из