Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

- Белый король или чёрный? – зачем-то уточнил Вовчик.

- Белый конечно, потому что я за добро и справедливость, в отличие от. Ты, Вован, назначаешься белым офицером, вот этим, - и я показал на фигуру справа от короля. Алёна у нас пусть будет белым конём, она иногда так же неожиданно ходит, как шахматный конь, нет возражений?

Возражений от Алёны не последовало.

- Теперь прочие действующие лица – Андрюха у нас назначается черной ладьёй, он такой же мощный и тупой и ходит только прямо. Ириша пусть побудет черной королевой, кто там ещё-то остался? А, Жорик, он хоть и не живёт у нас тут, но участие во всех делах самое прямое принимает – это пусть чёрный конь будет… педальный и в пальто. Основных я вроде назвал, остальные пусть побудут пешками обоих цветов.

- Стой, - вмешалась Инна, - а прочему одни белого цвета, а другие чёрного, какой принцип деления?

- Деление пока условное, потом может поменяться. Итак, вот такая у нас пока диспозиция на доске, - и я быстренько расставил фигуры примерно так, как оно получается где-то к десятому ходу сицилианской защиты.

- Но давайте всё-таки ближе к фактам, - сделал я серьёзную мину, - кто где был и кто что видел вчера вечером и ночью... можно не ограничиваться и вспоминать предыдущие дни, не было ли чего-то подозрительного, могущего иметь отношение к бедняге Славику. Начну с себя – закрыл клуб ровно в одиннадцать ноль-ноль, посидел на лавочке у нашего подъезда минут двадцать, потом пошёл спать, видел за это время только пяток работяг, возвратившихся со второй автозаводской смены.

- Стой, - скомандовала Гальперина, - не так быстро. Ты же в клубе тусовался больше часа, ну после нашего застолья с артистами. Вот и расскажи об этом.

- Пожалуйста, - пожал я плечами, - после застолья пришёл туда где-то в десять с копейками, нарушений и беспорядков особых не заметил…

- Значит, неособые нарушения были? – подколола меня Инна.

- Если назвать так распитие алкоголя втихаря, то да, были – парни из бараков этим занимались в дальнем углу. Я тихо их предупредил, чтобы было без глупостей, они поняли, инцидент на этом был исчерпан.

- Так, значит ещё и бараковские парни у нас нарисовались, - тихо предположила Гальперина.

- Ну нарисовались и чо? – отпёрся я, - ни в чём таком они замешаны не были, выпили, поплясали, да и домой подались.

- Ладно, а что со Славиком?

- Видел я, как он мелькал среди посетителей, было это сразу после моего прихода в десять – но как-то он очень быстро исчез, когда, я не отследил.

- Ещё у него был какой-то разговор с Жорой, как я слышала, - это Алёна подала голос.

- Да, возле восьмого подъезда –я это видел и по-моему Вовчик, верно?

Молчавший до этого, как пень, Вова, наконец, разродился осмысленной фразой:

- Видел, а то как же… сколько времени было, убей, не помню.

- О чём у них хоть речь-то шла?

- Я издалека их видел, слова трудно разобрать было, но, кажется, они оба упоминали слово «порошок».

- Надеюсь, что не зубной, - ответил я. – Ладно, оставим это пока… значит, Инна безвылазно весь вечер провела у себя в квартире, да?

- А то ты не знаешь, дорогой, хозяйством занималась.

- Что, даже и в магазин не вышла ни разу?

- А что мне там делать, хлеб-сахар-соль я накануне купила, остальное всё есть.

- Хорошо, Вова – твоя очередь.

Вовчик прокашлялся, потом ответил:

- Смотрел «Кулак ярости» в кинотеатре вместе с Ириной (кстати, классная киношка), потом проводил её до квартиры…

- В квартиру не заходил? – уточнил я.

- Да за кого ты меня принимаешь, ничего, кроме пионерского поцелуя в щёчку не было… к тому же у неё хозяйка злая, она бы всё равно не позволила бы.

- Дальше давай.

- А дальше я зашёл в клуб, ты меня наверно видел, но ненадолго – ничего интересного там не увидел и домой подался… вот тут и наблюдал ссору Славика и Жоры.

- Принято, теперь ты, Алёна.

- Ходили в кафе с Андрюхой.

- Вот с этого места поподробнее – что там у тебя со Славой и почему ты не с ним, а с Андреем в кафе попёрлась?

Алёна вспыхнула, но быстро справилась с собой и ответила:

- Да не нравился он мне никогда, твой Славик, даже после цветочков не нравился – дебил он, если честно говорить… и руки распускает постоянно… распускал то есть.

- У вас было какое-то объяснение или ты его так бортанула, по факту?

- Было объяснение, было… вчера утром где-то, я ему прямо не отказала, но дала понять, что он мне даром не нужен… и с доплатой тоже не нужен.

- Слушай, так может он в петлю-то полез от этого самого… от несчастной любви, а? Так проникся, что и жизнь не мила сразу стала?

- О покойниках, конечно, нехорошо говорить не принято, но раз уж зашёл такой разговор, то нет – такие жлобы, как он, скорее удавятся, чем будут страдать от каких-то там чувств, - сказала Алёна и густо покраснела.

- Мда… - ответил я, - а жаль, красивая была бы версия, которая всё сразу объяснила бы. Но нет, значит нет, будем искать дальше. Теперь давайте ключи обсудим…

- Что-что? – переспросила Гальперина, - ты извини, если я спрашиваю про то, что вы тут все хорошо знаете, я всё-таки не так глубоко в эту тему погрузилась.

- Ничего-ничего, Елена Владимировна, это не страшно, повторение мать учения (непонятно только, кто ж тогда отец у этого учения) – итак, ключи от клуба… Славик, ну или кто-то другой, кто привёл его туда поздно вечером, должен был открыть двери клуба, потому что ровно в одиннадцать я эти двери закрыл. На два оборота. А ключи вот они, всегда у меня в кармане лежат.

И я вытащил и показал присутствующим связку с характерным плоским ключом, там в клубе кто-то новомодный замочек врезал.

- Дубликаты имелись? – спросила опять та же Гальперина.

- Да, конечно, потому что если потеряешь единственный ключ, это такая мутная бодяга… поэтому второй