Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Идём? — спросила травница.

Верион лишь кивнул головой, и они перенеслись к кромке леса. На входе их уже поджидал леший.

— Добро пожаловать, видящая, — произнёс лешак. — И тебе здравствовать, маг.

Любава вынула гостинец, приготовленный для лешего и полудницы, и передала старику.

— Отведайте гостинца и не забудь поделиться с полудницей.

Тут сбоку послышался голос.

— Кто тут меня поминает? Видящая, доброго здоровья тебе.

— Доброго здоровья, полудница.

Закончив с приветствиями и поблагодарив за гостинцы, леший открыл короткую дорогу в тайный город. Опять Любава и Верион оказались возле хранилища. На этот раз ждать не пришлось: хранитель появился сам, все такой же большой, похожий на Деда Мороза.

— Светлого дня, видящая! С чем пожаловала? — спросил старик.

— Книгу хочу вернуть и попросить тебя отдать мне на постоянное пользование книги моего рода.

Дед задумался.

— Не хотел говорить тебе, Любава, но я не могу решать вопрос за старейшину рода.

— Так никого, кроме меня, в живых не осталось, — удивилась Любава.

— Ошибаешься, девочка. В лесу за городом в небольшом охотничьем домике живёт одна из твоих родственниц. Если леший разрешит, то можешь пройти к ней.

— Кто ж тебя просил, старый, раскрывать секрет? Может, Славения сама не захочет с ней встретиться?

— Вот и узнай. Может, наоборот «спасибо» скажет, что помогла встретиться с дальней родственницей.

Леший, ничего не сказав, исчез. Новость для Любавы о живой травнице из рода Инсигнис была шокирующей, поэтому она собиралась всё рассказать старейшине, чтобы её не обвиняли в том, что она присвоила их родовое имя.

Через несколько минут леший вернулся и открыл тропинку к дому старой травницы. Любава постаралась по выражению лица прочитать, как прошла встреча с её родственницей, но он нагнул голову и спрятал глаза. Это было довольно странно!

Любава с Верионом прошла по узкой тропинке и увидела в стороне небольшой охотничий домик. На скамейке перед избушкой сидела старая женщина, опиравшаяся на узловатую палку. Старушка как старушка: маленькая, сухонькая, в белом платочке. Увидев травницу, она расплылась в довольной улыбке и обняла девушку.

— Любавушка, ты вернулась? Теперь и помирать не страшно, — произнесла она.

— Извините, но я вас не знаю, — удивлённая происходящими событиями, ответила она.

— Погоди-ка, — она резко ударила в лоб травнице правой рукой.

— Ой! — успела вскрикнуть Любава, и тут перед её глазами стали проноситься картинки из очень далёких времен, о которых до нынешнего времени она не подозревала.

— Кто я? — спросила Любава, хватаясь руками за голову. Она уже не знала, кто она, где она и что вообще происходит.

— Погоди, сейчас легче станет.

Верион стоял, поддерживая девушку, чтобы она невзначай не упала от головокружения.

— Сестра ты моя родная, которую убили травницы из рода Нокс! Даже тебя малолетнюю не пожалели, и родилась твоя душа уже в другом мире, и, если бы не богиня Вишанья, не вернулась бы ты сюда вновь.

— Как это понимать — «из другого мира»? Любава, ты не хочешь ничего рассказать?

— Я всё тебе расскажу, но не сейчас.

— Хорошо, — согласился Верион, понимая, что здесь не место для серьёзных разговоров.

— Славения, но как же так? Мне сказали, что из нашего рода никого не осталось.

— Если ты помнишь, наша матушка была из видящих, так же, как и ты. Она, понимая, что за нас взялись серьёзно, спрятала меня в этой глуши и велела тебя дожидаться. Слова её были таковы. Ты, Любава, последняя осталась из рода, поэтому передавай девочкам знания. У хранителя возьмёшь все родовые книги, скажи, что остальные, которые там хранятся, я тебе разрешаю брать. Он сделает так, как ты скажешь. Девочек обучать будешь сама, и пусть у них сохранится родовое имя Инсигнис, чтобы оно продолжало звучать на всех материках этого мира. Ты слышал меня, сын богини?

— Что? Сын богини? Да, видимо, точно разговора нам с тобой не избежать. — Она хмуро посмотрела на Вериона, отчего тот поежился. Старушка лишь захихикала.

— Хорошая из вас пара будет, если выживите, — проговорила старушка. — Ну всё, время встречи окончено. Захаживайте ко мне почаще, особенно ты, Любава.

— Подожди? «Если выживите»? Почему ты так сказала?

— Придёт время — узнаешь. Только будь ко всему готова, сестричка, всё будет в твоих руках.

Неожиданно они оказались возле хранилища. Дед стоял и держал в руках три тома — три родовые книги. Забрав рукописи и обещав прийти за другими, они попросили лешего вывести их к кромке леса. Обратно они шли молча, каждый вспоминал рассказ старухи и думал над её пророчеством.

Телепортировавшись в дом Любавы, они присели в гостиной и молча уставились друг на друга.

— Наверное, начну я, — сказал Верион.

Он немного помедлил, затем глубоко вздохнул.

— Мой отец — великий маг современности, он до сих пор жив и проживает в нашем старинном замке. Однажды он встретил в лесу очень красивую беловолосую девушку. Она сразу запала в его сердце. Он не знал, кто она, какого сословия, но точно знал, что влюбился без памяти и никогда её никуда не отпустит. Через некоторое время мама забеременела мной, и только тогда она призналась отцу, кем является на самом деле. Отец до сих пор ждет её — так и не женился, а мама, оставив меня с ним, вернулась к себе. Нельзя небесным жителям долго находится среди людей.

Она часто посещает отца. Боюсь, как бы не подарили мне братика или сестричку. О том, что я сын богини, известно только императору. Ему мама сообщила сама. — Он улыбнулся. — Когда она предстала перед ним во всей своей красе, император свалился перед ней на колени и стал предлагать выйти за него замуж. Но мама однолюбка: любит только моего отца, как она сама сказала. Я занял место папы и работаю главным магом императора. Силы, конечно, у меня намного больше, чем у многих, но стараюсь не раскрывать её полностью. Извини, что не рассказал раньше.

Он остановился и внимательно посмотрел на Любаву. Было понятно: пришла её очередь каяться.

— Меня твоя мама забрала из другого мира под названием «Земля». Увидела на рынке — вернее сказать, на ярмарке — и перекинула меня этот мир. Затем несколько месяцев занималась со мной, заставляла всё учить: грамоту, язык, название трав, обустройство мира, много чему. О спасении Марьяны ты уже знаешь.

— Сколько тебе было, когда мама забрала тебя?

— Восемьдесят два года. Я уже была совсем старухой.

От этих слов Верион расхохотался.

— Любава, ты знаешь, сколько мне лет?

— Лет тридцать… тридцать пять, — ответила