Сиротинушка - Квинтус Номен

какие театры он посещал и что видел. И о том, какие интересные люди учатся и преподают в университете, постоянно напоминая товарищу о том, что и ему все же стоит университетское образование получить чтобы лучше работать и счастливее жить. Но когда автомобиль въехал в город, он буквально на полуслове замолчал, а когда машина остановилась у подъезда клуба, растерянно поинтересовался:

— Это тут что случилось-то?

— Это у нас случился тульский техник Терехов, то есть он у нас теперь уже Богородицкий. А это он клуб выстроил, где все наши ученые мужи по вечерам собираются и обсуждают промеж себя, что еще интересного господин Розанов выдумать сумеет. А вон там — это новое здание городской управы, за ним — участок полицейский, а тот дом, что мы по другой улице проехали — это больница городская.

— Что? Ну… это-то понятно, а вон там?

— А это как раз квартал, где большинство наших рабочих живет. Сам понимаешь, город был невелик, рабочим жить было просто негде — а без рабочих-то как заводы работать будут?

— И ты… ты хочешь так же и в Липецке сделать?

— Нет, здесь-то народу всего чуть больше десяти тысяч нынче живет, а в Липецке и до того, как мы завод пустили, почти двадцать жило. А чтобы нынешний завод на полную мощность пустить и прочие заводы чтобы работали, народу в городе должно быть уже под полста тысяч…

— И ты думаешь, что мы для всей этой прорвы народу сможем что-то такое же выстроить?

— Я ничего не думаю. Но просто знаю: если мы этого не сделаем, то все прочие наши планы можно будет выкинуть.

— Но ведь это… это же какая прорва деньжищ-то потребуется? Где нам взять-то столько?

— Андрюш, у нас там двенадцать тысяч десятин удобной земли, а я до зимы еще тысяч десять подкуплю: договоры уже подписаны, только заплатить нам осталось. То есть пахоты у нас… у тебя там будет двадцать тысяч десятин, а если с десятину выйдет собрать менее тридцати рубликов, то нас нужно будет за бездарность в управлении землями просто выгнать.

— Ага, но один мужик хорошо если шесть десятин в год обработать сможет, а уж если внаем идти им, то и меньше…

— Друг ты мой сердечный, ты часом не забыл, чем мы тут занимаемся? Мы двигаем прогресс — и именно прогресс этот, наш прогресс, а не мужик ленивый, и позволит нам указанные деньги получить. В дополнение ко всему прочему. А как — это мы сейчас в поместье наше заедем и ты все сам увидишь. Поверь: будет ну очень интересно…

Глава 10

Федор Саввич Терехов лет двадцать как закончил среднее техническое училище Виндавской железной дороги по строительству, после чего работу нашел у господина Бочарникова Александра Гавриловича, занимавшего в Туле тогда должность помощника городского архитектора, но не в управе, а в небольшой компании, которая исполняла небольшие частные заказы. И Александр Гаврилович техника своего, видя его прилежание и наличие неплохих знаний, даже привлекал к расчетам по таким частным заказам, а как-то вообще ему всю работу по новому дому купца одного передал. И хотя тот дом был невелик, одноэтажный — однако и с него некоторый опыт техник все же получил. А потому, когда Александр Гаврилович скончался, а с сыном его Федор Саввич не поладил, он свое дело организовал. Больших прибылей дело не давало, но на прокорм хватало. Но вот на семью уже средств было маловато, и ее (в смысле семью) тридцатипятилетний техник так и не завел. Тогда не завел, а нынче он уже и супругу нашел (причем венчался в им же самим выстроенной церкви) в Богородицке, куда перебрался, судя по всему, уже окончательно.

А началось такое счастье, когда к нему обратился гимназист Андрей Николаевич Розанов (долгих лет ему жизни!) с заказом на постройку нового дома. Вот только какой дом строить, ему указывал приятель господина Розанова, Александр Волков, и указывал странно: ездил с ним по всему городу и, указывая рукой, говорил: а вот окна нужно вроде таких сделать, а двери вон как на том доме. И ворота похожие вот на те, только я отдельно нарисую, куда их воткнуть… И оказалось, что господин Розанов даже не один дом заказал, а два, третьим этажом друг с другом соединенные, где ворота между ними как раз под соединением выстроенные вели во двор обеих домов. А во дворе еще и мастерскую было заказано выстроить, сарай каретный на два экипажа — богатый заказ оказался.

То есть дом богатый был выстроен, и поначалу один из двух всего, но уже с деньгами стало получше. Однако главным было иное: в доме том этот гимназист Волков перекрытия все распорядился делать из цемента — и Федор Саввич (сам Александр Алексеевич ему даже живьем показывал, как такие отливать) это искусство освоил. А следом тот же господин Волков заказал ему иные дома выстроить, уже в Богородицке — и вот тут заказ оказался просто огромным! Три больших, четырехэтажных дома для господ, отдельно школу и гимназию (поначалу одну только), больницу лучше и больше чем в Туле. Тем летом новую городскую управу в Богородицке выстроили — но главное, Федору Саввичу было поручено и для рабочих домов понастроить, причем много. Так что теперь у него только техников в конторе трудилось шестеро, а жил он в одном из господских домов, в огромной квартире. В которой и вода из кранов текла, и ватерклозет имелся, и ванна стояла чугунная. И не было в ней печей, так что о дровах тоже не было нужды беспокоиться: во всех домах ставились теперь батареи чугунные, по которым вода горячая от отдельной котельной качалась. И все это удобство не в одних господских домах обустроено было, в рабочих домах все то же (ну, кроме ванн чугунных) имелось!

А за то, что он сумел два десятка рабочих домов зимой выстроить, ему в премию вообще выдали автомобиль! Теперь он стал очень важным господином… но вот то, что с него теперь Александр Алексеевич потребовал, выстроить будет крайне непросто. Да, непросто — но он точно это проделает!

По дороге в поместье Саша прокатил Андрея по городу и в нескольких словах рассказал, что тут и как выстроено. Андрей при этом лишь крутил головой, слушал — но ничего не говорил. Однако когда машина проехала уже полдороги к