Казачонок 1861. Том 6 - Петр Алмазный

Я достал пару кусочков свежего мяса, и как по заказу рядом со мной мягко сел Хан.

Васятка аж отпрянул.

— Ух ты… Опять он.

— Не дергайся, — сказал я. — Знакомьтесь, братцы, это Хан. Вон Даня с Семкой уже успели с ним подружиться.

Хан важно переступил лапами, глянул на всех по очереди и только потом взял мясо, принявшись трапезничать с достоинством.

— Это он тебя всегда так находит? — тихо спросил Сема.

— Ага.

— А далеко летает? — не унимался Даня.

— Далеко, — улыбнулся я, глядя, как Хан рвет клювом мясо. — И видит поболе, чем иные двуногие.

— А понимает, что ты ему говоришь? — спросил Васятка.

— А кто его знает? — хмыкнул я. — Когда не хочет, делает вид, что не понимает. А когда потребно, кажется, чувствует лучше иных людей.

Хан, будто услышав, перестал жевать и покосился на меня.

— Гляди, обиделся. Чует, что о нем говорят, — улыбнулся Даня.

— Не обиделся, — сказал я. — Просто думает, не клюнуть ли тебя в нос.

— Ну-ну, — Даня тут же поднял ладони. — Хан, я ничего плохого не говорил.

Тепло от костра, шум воды, мальчишечьи смешки — все это на миг вернуло меня в беззаботное детство из прошлой жизни. Натянутая струна внутри будто чуть ослабла. Последний раз так отпускало, помню, когда мы впервые нашу баню как следует испробовали.

Пару часов мы тренировались. Загонял я парней так, что рубахи хоть выжимай. Потом наш главный рыбак объявил, что пора проверять верши.

Гришата первым сунул руку в воду и медленно подтянул ловушку к себе.

— Есть! — расплылся он в улыбке.

Внутри плескались три рыбешки. Два голавля, чуть больше ладони, а третья, покрупнее, верткая, вся как живая пружина, — усач.

— Ну вот, — сказал я. — А ты, Даня, все осетра ждал.

— Угу, — буркнул тот, улыбаясь.

Васятка сиял так, будто эту рыбу сам голыми руками поймал.

— Я же говорил! Рыба тут имеется!

— Говорил он, — хмыкнул Семка. — Давай уже, добытчик, в котел ее.

Со второй и третьей вершами тоже повезло. В них плескалось несколько хороших ельцов и мелочь в придачу. На добрую уху теперь хватало с избытком.

Пока Даня с Семкой под моим приглядом чистили добычу, Гришата снова сходил к воде проверить как стоят верши.

Я уже предвкушал скорую уху, когда от Хана пришел тревожный сигнал. Тут же замер и, не раздумывая, нырнул в режим полета.

Сверху открылся край балки, по которой бежал ручей. Вдоль русла, продираясь через кусты, шли люди.

Их было трое.

У первого за спиной висело ружье. У второго на боку я разглядел шашку. Он же тянул за веревку третьего, который едва держался на ногах.

Глава 10

Леня Греков

Руки человека, которого тащили на привязи, были перехвачены за спиной. Он то и дело спотыкался, веревка натягивалась, и каждый раз один из конвоиров зло на него рявкал.

Я дернулся и вышел из полета, тряхнул головой, прогоняя подступившее головокружение.

— Гриша? — сразу шепнул Семка, придерживая меня за плечо.

— Тихо, Сема. Тихо, — отрезал я, убирая его руку.

Сомнений не было: неподалеку творилось что-то нехорошее. На представителей власти эти двое точно не походили. Да и зачем бы им тащить пленного по такой неудобной балке, вместо того чтобы идти нормальной дорогой?

Я быстро оглядел своих. Дети, конечно. Подготовка у всех пока так себе. У Васятки с Гришатой и оружия еще толком нет. Да и толку бы от него сейчас вышло немного. А вот братья Дежневы из своих Шарпсов уже могли многих удивить.

— Все сюда, — скомандовал я.

Парни моментально собрались вокруг.

— Слушать внимательно, братцы. Похоже, у нас первая настоящая замятня. Делать будете только то, что скажу.

Я быстро показал им руками, где кому вставать.

— Васятка, Гришата, костер быстро землей закидайте. Потом хватайте наши вещи и хоронитесь вон за теми камнями. Оружия у вас нет, так что в драку сегодня не лезете. И голов не высовывайте, если свинец изо лба потом выковыривать не хотите.

— Поняли, — ответил за обоих Гришата, и они тут же принялись забрасывать угли сырой землей и песком.

— Даня, Семка, видите те валуны? Отсюда сажень сто, может, чуть меньше. Ваша задача — залечь и держать на прицеле тропу вдоль ручья. Там идут двое плохих людей и еще один пленник. Убивать без нужды не надо. Ежели стрелять придется, то бейте по ногам, по плечу. Или рядом, чтобы напужать. Семен, кольт при тебе?

— При мне.

— Держи наготове. Но без моей команды огонь не открывать. Стрелять станете только, если я руку подниму или если увидите, что сам уже не вывожу.

— Васятка, — повернулся я к нему, — из-за камней назад тоже поглядывай. Если кто с той стороны объявится — свистни как умеешь.

— Добре, — ответил он.

Я еще раз оглядел свою ватагу башибузуков и только кивнул. Все-все поняли. И через мгновение они уже разбежались по местам.

Сам пригнулся и пошел вниз по склону. Под ногами сыпался мелкий гравий, но шум ручья скрадывал шаги.

Хан кружил над приближающейся троицей. Я лишь на миг потянулся к нему, проверяя расстояние.

Скоро уже разглядел их отчетливо. Тот, что тащил пленника, был сухой, жилистый, все время вертел головой по сторонам. Второй, кроме ружья за спиной, имел еще и кобуру на поясе. Кинжалы, понятное дело, были у обоих.

Пленник едва переставлял ноги. Шел с непокрытой головой, волосы слиплись то ли от крови, то ли от грязи. На лице темнели здоровенные синяки. Возраст так и не определить.

Я глянул назад. Из-за валуна, где засели братья Дежневы, виднелись два ствола Шарпсов.

Когда до троицы осталось шагов пятнадцать, я понял, что тянуть дальше смысла нет. Вышел из-за камня и негромко, но жестко сказал:

— Стоять. Оружие на землю. Без глупостей.

Все трое дернулись. Даже пленник шарахнулся и тут же осел на землю, потому как ноги у него подломились.

А вот двое варнаков сообразили быстро. Тот, что держал веревку, рванул пленника на себя, будто собирался прикрыться им как щитом. Второй, с ружьем за спиной, не стал тянуться к длинному стволу, а рука его мгновенно нырнула к