Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 4 - Мильчха

– Ноутбук?

– Это брата.

– Зачем взяла?

– Просто боялась, что пропадет и будет жалко.

Ынха плюхнулась на диван и достала из сумки фоторамку, поставив ее на стол.

– Вот это тоже.

– Что это?

Вон взял рамку и, глядя на фото, невольно улыбнулся. В рамке была распечатанная фотография, которую они сделали вместе в прошлый раз на парковке.

– Кофе? Чай?

– Зеленый чай.

Вон убрал контейнер с едой в холодильник и поставил чайник с водой, а Ынха, положив ноутбук на колени, смотрела на белый экран с мерцающим черным курсором. Вон, облокотившись локтем на спинку дивана, наблюдал за ней, глядя в ноутбук.

– Что собираешься писать? Задание?

– Дневник.

– Дневник?

– Что-то вроде.

– Пишешь воспоминания Лерианы?

Ынха скривилась:

– Откуда ты знаешь?

Вон мягко провел большим пальцем по ее веку и тихо рассмеялся:

– Я все знаю.

«Не обманешь». Ынха усмехнулась и крепче прижала ноутбук к себе.

– Я больше не хочу забывать.

Людей, которых встретила, события, радости и печали, переживания – со временем все потускнеет и растворится. Но она не хотела позволять воспоминаниям исчезать напрасно.

– Сейчас можно сохранить облик на фото.

Вон еще раз улыбнулся, глядя на рамку.

– А ты хочешь сохранить в письменном виде?

– Буду выкладывать в блог. Может, если судьбы пересекутся, кто-то еще себя узнает.

Вон сдержанно фыркнул и кивнул.

– И с чего начнешь?

– Хм-м…

Ынха задумалась, не зная, что именно написать. Она закрыла глаза и скрестила руки на груди. Вон, ожидая ответа, вдруг начал печатать слово «Ноа». Услышав стук клавиш, Ынха открыла глаза и отодвинула ноутбук в сторону.

– Вода закипает.

Вон пожал плечами и ушел за чаем. Ынха безжалостно удалила имя Ноа и пробормотала «хм-м». Смотря на то, как она погрузилась в размышления над пустым документом, Вон громко сказал:

– Просто пиши про того, кто первым приходит в голову.

– Тот, кто первым приходит в голову… – задумалась Ынха, положив руку на бедро и опершись на нее подбородком. – Если я напишу про Ноа, он снова скажет, что я сама все придумала и все знаю. Это раздражает.

Постоянные шутки Вона пробудили в ней бунтарский дух, и она выбрала того, кто явно не нравился Вону. На чистом листе Ынха написала: «Хика Теминт», а затем добавила прилагательное «прекрасный». В этот момент Вон подошел и бесстрастно нажал «стереть».

– Что ты делаешь?

– Исправляю.

Вон стер слово «прекрасный» и протянул ей чашку с чаем. Ынха взяла зеленый чай и сделала глоток.

– «Прекрасный» – это как-то не в тему. Он же мужчина.

Ынха снова начала печатать: «Хика Теминт, красивый», но Вон снова стер написанное.

– Опять?

Ынха схватила его руку, чтобы помешать, но он поднял ее и положил себе на плечо.

– Исправляй.

Вынужденная смириться, Ынха нахмурилась.

– Как исправлять? Он же красивый!

– Некрасивый.

– Не выдумывай.

– Да когда я?..

– Прямо сейчас.

– Ладно.

Вон улыбнулся, положив подбородок ей на плечо, а она тем временем пыталась его оттолкнуть.

– Ах, так я ни одного слова не напишу.

– Просто пиши.

– Я хочу, но кто-то все время мешает.

– Кто?

– Есть такой – Ли Вон.

– Не думаю.

– Думаешь.

– Не думаю.

– Хватит.

Ынха закрыла Вону рот руками.

– Тогда начнем с пролога. В блоге есть место для пролога.

Вон поднял руки и отпустил Ынху. Она выбрала несколько фраз. Когда Ынха писала, Вон стирал и переписывал, потом она снова стирала и писала – так они спорили долго, пока наконец не пришли к одному варианту.

[Всем, с кем мы вместе вспоминаем прошлое.]

– Всем? – спросил Вон.

– Хм-м…

После коротких раздумий Ынха легко постучала по клавишам.

Она подняла ноутбук:

– Теперь нравится?

Вон рассмеялся:

– Теперь нравится еще больше.

Он взял ноутбук и поцеловал ее сначала в щеку, а потом в губы. Ынха рассмеялась и оттолкнула его, а Вон нажал кнопку «сохранить». Курсор мигал в конце второй строчки:

[И Ноа – любви всей моей жизни.]

Часть вторая

Ария

Эта мелкая демоница снова явилась всего через два дня… Ничего хорошего это не сулит».

Сеймур Чеймерс захлопнул книгу и перевел взгляд на девочку с каштановыми волосами перед собой.

Она сидела на подлокотнике его кресла, подперев подбородок кулаками и поставив локти на край стола. Вроде бы он слышал, что Ария уехала на горячие источники с новой подругой… Или это было всего лишь плодом его тщетных надежд?

Пока Сеймур предавался тяжелым мыслям, Ария Виннайт, не меняя положения, искоса взглянула на него. Круглые глаза, аккуратные черты лица. Те, кто не знал ее близко, могли бы назвать девушку миловидной – но для него она была воплощением ужаса.

С тех пор как их пути пересеклись, прошло уже двенадцать лет. Он знал наверняка: милым в ней было только лицо. Хотя, будь его воля, он предпочел бы так и не узнать об этом.

Сеймур нервно сглотнул, заметив, что с того момента, как Ария вошла в комнату, она не произнесла ни слова. Это было странно и по-настоящему пугало.

– Что на этот раз? – тихо спросил Сеймур. – Ария…

Ее круглые глаза игриво прищурились, а уголки маленьких губ приподнялись в легкой усмешке. С каждым днем она все больше напоминала Лериану. Сеймур невольно задумался, и именно в этот момент Ария произнесла:

– Спуститесь с небес, принц.

Сеймур вздрогнул и неловко повел плечами:

– Что?

– Говорят, вчера мама заходила во дворец, – сказала Ария.

– Ну… да, но…

– А я слышала, – перебила она, – что вы вручили ей букет. Тайком.

«Черт побери». Сеймур тяжело вздохнул. Так вот в чем дело. Он расслабился, услышав, что Ария уехала на горячие источники, и позволил себе чуть приоткрыть сердце перед госпожой Виннайт. Но стоило дать слабину, и эта демоница сразу же вцепилась в ситуацию мертвой хваткой.

С тех пор как он узнал, что Лериана спасла ему жизнь, в нем зародилось любопытство, которое постепенно переросло в трепетное чувство. Конечно, за госпожой Виннайт уже ухаживал сам Ноа – печально известный злодей века. Но у Сеймура еще теплился слабый, почти нелепый проблеск надежды: он, по крайней мере, проживет дольше Ноа. У молодости были свои преимущества.

Это была его маленькая тайна, его первая невысказанная любовь. Но Ария быстро его раскусила. С раннего детства она была безумно привязана к матери – и потому всякий раз язвительно насмехалась над Сеймуром, едва замечала в нем признаки влюбленности.

– А почему ты не поехала на горячие источники? –