Мастер Алгоритмов. ver. 0.3 - Виктор Петровский

— Погоди… Любую информацию можно достать таким образом?

— Если бы. В основном общедоступную, ту, что на поверхности. Законы физики, магии, данные о весе прочих характеристиках материалов…

Я кивнул. Еще одно направление работы. Виртуальная лаборатория в собственной голове. Звучало как фантастика, но в этом странном мире фантастика была просто еще не освоенной технологией.

* * *

Утро началось с привычной уже процедуры.

Я открыл глаза, чувствуя, как ноют мышцы после вчерашнего избиения у князя, не смотря на первичное лечение от кота. Баюн, точно зная момент пробуждения, запрыгнул на кровать.

Началась «кототерапия». Кот топтался по мне, урча как трактор, травил свои лечебные байки, и я чувствовал, как его магия впитывается в тело, растворяя молочную кислоту, затягивая микротравмы, убирая синяки. Это было лучше любого массажа и обезболивающего. Через десять минут я был готов сворачивать горы.

Зарядка прошла легко. Отжимания, приседания, растяжка. Тело слушалось идеально. После — медитация.

Затем — главное.

Я встал посреди комнаты, закрыл глаза и сосредоточился. Предстояло обновить «прошивку».

Боевые алгоритмы — «Страж», «Копье», «Рассечение» — не висели на мне постоянно в активном режиме. Они были как установленные программы, спящие в оперативной памяти моей ауры. Но раз в несколько дней их нужно было «переустанавливать», обновлять плетения, чтобы они срабатывали мгновенно, по ключевому жесту или слову-триггеру.

Я начал с «Стража». Привычная последовательность ментальных команд, вязь энергии, ложащаяся на плечи невидимой сетью. Проверка триггера: резкое движение в мою сторону — активация. Работает.

Затем атакующие. «Отложка» на три «Копья», «Захват», даже «Экспансия». Я прогнал энергию через себя, произнося сопровождаемую жестами формулу, закрепляя «сокращения». Благодаря ним я мог колдовать свои алгоритмы куда быстрее, благодаря ним любое выбранное мной слово и движение могло стать магическим, алгоритм бы считал его и отдал привязанные к нему чары.

И, наконец, новинка. «Тишина».

Я аккуратно вплел новый алгоритм в свою защиту. Он был несколько сложнее «Стража», но не сильно — та же постоянная «прослушка» окружения, только дальше и на ограниченный спектр угроз.

Закончив, я глубоко выдохнул. Ощущение было такое, будто надел бронежилет и разгрузку. Тяжеловато, но надежно.

Душ, быстрый завтрак. Костюм, пальто. Трость в руку. Пистолет в кобуру.

Я посмотрел в зеркало. Вроде бы обычный чиновник средней руки. Но начинка у этого чиновника теперь была с сюрпризом.

— По коням, Баюн, — скомандовал я. — Нас ждут великие дела и душные кабинеты.

Мы вышли из квартиры. Путь лежал в городское управление внутренних дел. Майор Корнилов ждал моих показаний, а опаздывать к следователю — плохая примета.

Глава 12

До городского управления внутренних дел мы добрались без приключений. Служебный самоход мягко притерся к бордюру у обшарпанного трехэтажного здания с решетками на окнах первого этажа, я выбрался из машины и, опираясь на трость, поднялся на крыльцо.

В здании меня встретил запах хлорки — уборщица мыла полы в коридоре. Искусно маневрируя, чтоб избежать резонного вопроса «куда по мытому⁈», я направился к нужному мне кабинету.

Я шел по коридору, глядя на потертый линолеум и тусклые лампы, и чувствовал себя так, словно отбывал повинность. Не особо верилось, что из этого визита выйдет хоть что-то путное, и вины полицейских в том не было ни грамма. Я видел их лица — серые, уставшие, нагрузка колоссальная из-за нехватки рук. Видел старую мебель, точно знал, что снаряжение и оборудование у них допотопные. У них не было ни финансирования, ни достаточного штата. Те, кто здесь остался и продолжал тянуть лямку, не беря взяток и пытаясь реально ловить преступников, вызывали у меня искреннее уважение. Это были фанатики в хорошем смысле слова. Но против наемников с армейским снаряжением и магической поддержкой одного фанатизма мало.

Кабинет майора Корнилова оказался тесным, стол — заваленным папками с какими-то документами, но при том «завал» создавал такое ощущение, что каждый его элемент на своем месте, и нигде больше ему быть не положено. Сам следователь выглядел так, будто жил в этом кресле последнюю неделю: щетина, красные глаза, рубашка явно не свежая. Получается, у него и до меня хлопот хватало, хотя казалось бы, что полиция в Каменограде работает примерно никак.

— Присаживайтесь, Дмитрий Сергеевич, — он указал на стул, с которого предварительно переложил стопку бумаг на подоконник. — Чай, кофе? Извините, только растворимый.

— Спасибо, не нужно. Давайте к делу.

Следующий час мы потратили на заполнение бумаг.

Я последовательно, под протокол, излагал факты, которые уже обсудил с Милорадовичем. Рассказал про черный седан без номеров. Про то, что лиц не видел — темно, балаклавы, тонировка. Описал оружие — автоматическое, магострельное, предположительно армейского образца.

Корнилов писал быстро, кивая в такт моим словам.

— Враги? — задал он стандартный вопрос, не отрываясь от листа. — Конфликты, угрозы? Род вашей деятельности, сами понимаете, располагает.

Я пожал плечами.

— Враги есть, куда без них. Есть старший сын Гаврилова, который наверняка на меня зуб точит, есть люди, связанные с чиновником Зацепиным, которого благодаря мне закрыли. Но… — я сделал паузу, подбирая слова. — Майор, будем реалистами. Это шпана и казнокрады. Нанять группу профи с таким оснащением — это дорого и сложно. Вряд ли у них есть такие ресурсы и связи.

Корнилов отложил ручку и посмотрел на меня внимательно.

— Ресурсы имеют свойство появляться, когда очень хочется отомстить, а определять подозреваемых — все-таки наша работа. Но вашу мысль я понял.

Он помолчал, барабаня пальцами по столу. Потом нажал кнопку на селекторе.

— Пригласите Бориса Игнатьевича.

Дверь открылась, и в кабинет вошел щуплый мужчина в гражданском, с чемоданчиком в руках. Вид у него был интеллигентный и немного отрешенный. Штатный менталист.

Я внутренне напрягся.

— Дмитрий Сергеевич, — сказал Корнилов. — Нам необходимо провести процедуру считывания поверхностной памяти. Конкретно — эпизод нападения. Человеческий глаз может пропустить детали, а мозг фиксирует всё. Возможно, мы увидим что-то, что вы не осознали.

Это было плохо.

У меня в голове сейчас был такой коктейль, что любой менталист с ума сойдет. Там и мои алгоритмы «Тишины» и «Весов», которые я не собирался светить, и наши разговоры с Милорадовичем о «ловле на живца», и тот случай с гранатой в унитазе. И, самое главное, мои планы найти ублюдков самому и устроить им суд Линча.

Если менталист копнет чуть глубже или зацепит «соседние» воспоминания, у