Идеальный мир для Химеролога 10 - Олег Сапфир

бильярдный стол. За ним, в инвалидном кресле, сидел Игнат Петрович — тот самый грозный «агент» — и не торопясь натирал мелом наклейку кия. Старик склонился над зелёным сукном, прицеливаясь, и даже не глянул в сторону бегущих по коридору врачей.

Эмиль Елисеевич перевёл взгляд с исчезнувших за поворотом хомячков на пенсионера за бильярдом.

— Даже вам, мелочь, это важнее, чем ему, — пробормотал он сквозь зубы. — Да?

Ответа он не ждал. Игнат Петрович ударил, шар с глухим стуком ушёл в лузу, и старик сказал что-то напарнику.

Директор отвернулся и зашагал к палате. Иллюзий уже не оставалось. С такой «защитой» рейдеры додавят его за неделю, не больше. Комиссия из департамента здравоохранения подгребёт факты отравлений и снимет его с должности за преступную халатность.

Пансионат уйдёт с молотка, стариков растолкают по областным интернатам, где о нормальном уходе можно забыть. Эмиль Елисеевич ускорил шаг и толкнул дверь палаты — больной ещё дышал, и это пока было хоть что-то.

* * *

Мы банально заблудились. Навигатор в смартфоне час назад выдал вместо карты серую кляксу и сдох, а ехать по компасу через сплошные магические аномалии — затея сомнительная. Семён Петрович уверенно крутил баранку и матерился сквозь зубы, ехал по армейской интуиции и вспышкам в ночном небе, пока машина пробивала путь через густой подлесок там, где никаких дорог не предполагалось.

Наш транспорт заслуживал отдельного упоминания. Агнесса не поскупилась и выделила экспериментальную машину — инженеры Новиковых склепали её для доставки тяжёлой пехоты в особо агрессивные зоны. Внешне агрегат напоминал сильно раскабаневший микроавтобус. В десантном отсеке спокойно разместились десять вооружённых ветеранов со своими химерами, мой кролик-убийца, я сам и внушительная гора ящиков с боеприпасами. Обшивка из композитного сплава держала удары когтей, а активная подвеска глотала такие ухабы, от которых у обычного джипа гарантированно оторвало бы мосты вместе с водителем.

Мы вылетели на широкую просеку. Усиленный бампер раскидал кусты можжевельника как сухую солому. Путь преграждала сплошная бурая стена плоти. Огромный кольчатый червь высунулся из-под земли.

— Тормози! — рявкнул Шквал и схватился за верхний поручень.

— Дави эту сосиску! — перебил его Кабан и упёрся ногами в рифлёный пол.

— Мужики, — подал голос Костыль с заднего сиденья. — Вы прикиньте, если такого красавца на крючок насадить? Это ж какого сома на Волге вытянуть можно? Метра четыре в холке будет, не меньше!

— Насаживаем! — отозвался Беркут и вдавил педаль газа в пол.

Тяжёлая машина рванула вперёд с пробуксовкой. Червь распахнул пасть, и броневик со всей дури влетел прямо в эту органическую мясорубку.

А потом нас просто… проглотили.

Я отстегнул ремни безопасности и прижал ладони к металлу крыши над собой. Через обшивку пошёл направленный эфирный импульс. Я менял внутреннюю структуру червя на ходу — ускорял некроз тканей в узловых точках и ломал регенерацию. Чужеродная плоть снаружи закипела и начала стремительно отмирать. Спустя минуту червя порвало изнутри на сотни кусков.

Пассажирская дверца с лязгом вылетела наружу. Я выбрался из помятого салона и осмотрелся. Гвардейцы стояли неподалёку, а в центре оцепления моя дорогая Агнесса.

— Мы слегка заблудились. В какой стороне город? — поинтересовался я.

Агнесса смотрела на меня, как на призрака. Даже рот закрыть забыла.

Походя рубанул какого-то особо отважного ящера и повторил свой вопрос, уже больше для прикола, ведь прекрасно видел позади неё Стену.

— Виктор? — пробормотала Агнесса.

— Ну да. Как у вас тут дела? Есть у кого-нибудь термос с кофейком? Жуть как хочется горячего.

Сбоку из подлеска выпрыгнула ещё одна тварь, явно намереваясь меня сожрать. Серая тень смазалась в воздухе. Кролик оттолкнулся от капота броневика и в полёте вогнал кусок заострённой арматуры точно в голову хищника. Приземлился у моих ботинок и вытер железку о пучок травы.

Агнесса дёрнулась, её гвардейцы передёрнули затворы.

— Расслабьтесь, — я махнул рукой. — Нам никто не помешает общаться. Мои люди здесь сейчас всё зачистят, не отвлекайтесь на мелочи.

Ветераны уже покинули салон, рассредоточились по периметру и вместе со своими питомцами начали методично зачищать остатки мелких мутантов.

Мы успели перекинуться с Агнессой всего парой фраз, когда земля под ногами задрожала. Перепаханный асфальт треснул. Из провала один за другим начали выстреливать толстые змеиные шеи с зубастыми головами на концах. Десять, пятьдесят, сотня… Шеи извивались и сплетались в один клубок. Зубастые челюсти клацали и разбрызгивали по округе едкую слюну.

— Гидра? — предположил я, но потом присмотрелся к эфирному фону, что пробивался из-под земли. — Хотя нет. Просто какая-то неведомая хренотень, которую слепили из отходов производства…

Головы рванули в атаку. Ветераны ударили веером и слаженно разрубили шеи новыми кристальными клинками. Агнесса заливала правый фланг плазменным огнём.

Одна из голов проскочила между выстрелами и метнулась ко мне. Челюсти сомкнулись на моём правом боку, зубы прорвали плотную ткань куртки. Агнесса вскрикнула и бросилась на помощь.

Я спокойно опустил взгляд на тварь, размахнулся и ударил открытой ладонью по плоской чешуйчатой макушке. Хватило короткого касания: я вогнал концентрированный заряд распада прямо в тварь. Чешуя стремительно посерела, и через секунду голова осыпалась сухой трухой мне под ноги.

— Грязи-то сколько, — поморщился я и отряхнул брюки.

Шагнул к основному провалу, откуда продолжали лезть новые шеи. Работать клинком здесь было неэффективно — пустая трата калорий. Собрал в ладонях поток для передачи атрибута бешенства и швырнул этот невидимый заряд прямо в пульсирующий центр твари.

Эффект проявился моментально. Головы посмотрели друг на друга, и в их крошечных мозгах сработала новая директива: соседняя шея — это враг. Сотня зубастых пастей сцепилась в один гигантский ревущий клубок. Они вгрызались сами в себя, рвали куски плоти и гнали яд в собственные артерии. Регенерация монстра попыталась восстановить повреждения, но я заблокировал её каналы паразитарным контуром. Система жизнеобеспечения твари пошла вразнос.

Основное туловище намертво застряло в провале. Обезумевшие от моего вмешательства длинные шеи теперь бросались на любую дикую химеру, что пыталась проскочить мимо них к нашим позициям. Они разрывали набегающих монстров на куски и ревностно защищали территорию от внешнего вмешательства, чтобы спокойно продолжать убивать друг друга.

Я повернулся к графине.

— Теперь можете спокойно отступать.

— В смысле отступать? — не поняла она. — А как же периметр? Нужно держать линию!

Но я указал на головы, которые молотили всё вокруг в радиусе тридцати метров и превращали любую набегающую химеру в фарш.

— Тут уже никто не