Имперский вор. Том 7 - Дмитрий Ра

А потом кольца Милы разжимаются. И я наконец получаю возможность не только нормально вдохнуть, но и увидеть окружающее в свете фосфоресцирующих грибов.

Первым дело кидаю взгляд на себя. Никаких золотых нитей! По симбионтам Милы тоже не текут эти мерзкие золотые потоки.

Потом вглядываюсь в валяющегося у «трона» Червя. Подхожу. И понимаю, что случилось. Шанк пробил когтями его грудь и телепортировал отсюда «Доппельгангера». Но тьма на этом не остановилась и дожрала и без того полуразрушенный источник Червя. Видимо, тогда в меня и отлетело удовольствием. Жив ли он — так сразу и не понять. К тому же под его головой уже набежала приличная лужица крови.

Наклоняюсь и выдёргиваю из его груди пальцы руки бога.

— Никита? — слышу девичий голос.

А когда оглядываюсь — передо мной уже стоит не многоножка, а Мила. То есть не совсем Мила: симбионты сползают с её тела в тень, постепенно освобождая девушку. И когда это происходит, я понимаю, что она совершенно обнажена.

— Ты помнишь, что с тобой случилось? Или надо рассказать, что он сделал? — киваю на Червя.

— Я… помню.

Ну и отлично. Не придётся тратить время на утешения и объяснения. Однако…

Начинаю расстёгивать куртку «горки», чтобы накинуть её девушке на плечи. Конечно, зрелище красивое и соблазнительное, но не тогда, когда под ногами валяется тело и сотня полудохлых симбионтов шелестит конечностями в темноте зала.

Поймав мой взгляд, Мила кокетливо улыбается и делает короткий пасс рукой. На ней появляется чёрный обтягивающий комбинезон. Вот только это не кожа. Эфир.

— Умница, — улыбаюсь. И правда молодец, сама справилась.

— Что ты хочешь сделать с ним? — Мила указывает на Червя.

— Без понятия, — пожимаю плечами. — Хочешь, тебе подарю?

— А хочу! Тем более он всё равно не жилец.

Делаю приглашающий жест к телу Червя, чувствуя себя немного каннибалом, позвавшим на пир другого каннибала.

Мила подходит к Червю и присаживается перед ним на корточки. Потом касается его ладонью. Проходит пара минут — и он, не поднимаясь, на пузе начинает ползти в сторону других симбионтов.

Ну, туда ему и дорога. Плакать по нему никто не станет.

— Ты извини… — говорю. — Но мне некогда. Я приду ещё. Тем более скоро надо будет передать тебе… еду.

Двести кило сырого мяса, ага.

Меня нехило так бодают под колени. Оглядываюсь и вижу гарцующего Крайта в его настоящем химеринговом виде. Переминающаяся с ноги на ногу как конь-иноходец полурептилия — то ещё зрелище.

Заодно мне транслируют картинку: Шанк летит и впивается когтями в грудину Червя, но импульса недостаточно, чтобы её пробить. И тогда Крайт выскакивает из-за камня, за которым прятался, подпрыгивает и всем своим весом вдавливает руку бога в грудь мужика.

Вот тогда-то Червь грохнулся на пол и раскроил себе башку.

Ну и гоблины с ним. А нам пора выдвигаться.

— Молодчина! — треплю кошака по чешуйчатому загривку.

Открываю разлом. Пещера совсем близко от башни, на которой «Братство» держало открытый на базу разлом. Значит, я портанусь на территорию этой базы. А там как раз стоит Палеев внедорожник. Удачно вышло.

Вываливаемся и правда на территории базы. Почти у самых ворот. Мерцающая арка разлома тут же гаснет. Становится темно, но ненадолго: внезапно окружающее пространство разрывает яркий свет фар, вонь выхлопа и звук работающего движка.

Прям в глаза же… Прикрываю их ладонью, всматриваясь в того, кто стоит, опершись задом на капот тачки.

— Охренеть ты меткий, Камень! — доносится до меня голос Палея. — Как ты вообще тут оказался?

Фу, блин. Свои.

— Это скорее к тебе вопрос. — Подхожу ближе. — Привет, Лекс.

Львов тоже стоит тут. Судя по всему, в отключке у Червя я всё же пробыл не так мало времени. Раз парни успели разобраться с наёмниками и вернуться к машине Палея.

— Свали с дистанции, Камень! — внезапно орёт Палей.

Уклоняюсь, потому что у него в руке появляется полуметровая ледяная сосулька. Которая в ту же секунду срывается куда-то мне за плечи.

Оборачиваюсь и вижу Крайта, который затаился на границе света фар и темноты и почему-то не бежит к нам.

Хрясь! Сосулька ударяет его в бок.

Химеринг обиженно взрыкивает. Его отбрасывает в сторону. Он пытается подняться. В посланной мне картинке — боль и непонимание.

— Какого гоблина ты творишь?! — Я разворачиваюсь к Палею и расставляю руки, закрывая Крайта спиной.

Но Палей уже сформировал вторую сосульку.

— Это же Крайт! — Вызываю удавку и, захлестнув её на сосульке, выдёргиваю из рук Палея.

— В смысле — Крайт? — Глаза Палея, кажется, сейчас вылезут из орбит.

И только сейчас до меня доходит: Крайт не вернулся в свой котовский облик. Колдовство лешего окончательно закончилось. Вот почему он не подошёл к нам: в этой ипостаси любой свет для него опасен. А я так привык к его виду, что не сразу сообразил.

— Выключи свет! — ору Лексу.

Надо отдать ему должное: он молча ныряет в салон, и через секунду вокруг становится темно.

Я подхожу к Крайту и опускаюсь перед ним на корточки. Запускаю руки в чешую, перемежающуюся с жёсткой шерстью. Нет… не такой сильный у Палея дар, чтобы пробить шкуру химеринга. Однако… у нас образовалась серьёзная проблема.

И решать её нужно немедленно.

Глава 12

— Чё ты там делаешь, Каменский?

Я слышу шаги. Потом в лицо ударяет свет от включенного смартфона. Крайт шипит, вздыбив шерсть.

— Дай сюда. — Лекс выхватывает у него мобилу и отключает. — Не видишь — свет Крайту опасен.

— Так он что — реально химеринг, что ли? Это же химеринг, я не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — отвечает Лекс.

— Парни, свалите в туман, — кидаю через плечо. — Будете мешать. Обещаю: всё расскажу. Но потом.

И сосредоточиваюсь на Крайте. Леший больше не поможет, он ясно сказал. В разломе коту делать нечего. Его стая давно погибла. Даже осколок его мира уже не существует — его кристалл силы я впитал в себя. Но я помню, что химерингу становилось лучше, когда он пил тьму.

Когда это случилось в первый раз, я ещё не разбирался толком в её природе. И не мог контролировать. Сейчас… тоже есть проблемы.

Скорее всего, я смогу поделиться с Крайтом куском тьмы. Буквально подарить ему малую часть.

Но…

…я