Адский гений, или "Амбрелла" по-русски - Анастасия Феникс

Медленно встав, Вадим забрал листок и вышел в коридор. Казалось, только сейчас он стал замечать такие незначительные детали, как немногочисленные брызги и полоски крови на полу и стенах, фрагменты тел, что прятались за элементами царившего тут хаоса, кровавые следы, что вели в совершенно разные места и неизвестно, кому принадлежали…

Это место провонялось тем, что тут произошло.

Сев возле стенки, он стал заучивать цифры, которые дались ему на удивление легко. Однако он все равно сидел и учил, зубрил, пока не прозвучало электронное:

"До самоуничтожения лаборатории осталось менее двадцати минут".

- Как ты его называла? - спросил Михайлов у пустоты, смотря на динамик под потолком, - Мия? Да?

Усмехнувшись вновь и тряхнув головой, Вадим медленно пошел к тому самому мосту, понимая, что он остался один из всей этой группы. Один вошёл - один вышел. Все по форме…

Комната с железным мостом была открыта, они так и не удосужились закрыть дверь. Жаба все ещё находилась на той стороне, но уже так не дергалась от боли и не визжала. Только смотрела на Михайлова, что вошёл в распахнутые створки.

- Ну что, жабокряк? - фыркнул он, вскинув руки и, прицелившись, нажал на курок, но животное тут же отскочило в сторону, уворачиваясь от пули, - Сыграем?

Вторая попала в плотную броню, защищающую лоб.

Сердце тоже оказалось недоступно.

Четвертая пуля прошла совершенно мимо и врезалась в стену.

А пятая… Пятая достигла своей цели. С тихим свистом и громким хлопком она впилась в нежную кожу глаза, заставив монстра завизжать и вновь рвать собственную морду лапами от боли, что выглядело крайне жутко.

Нажав на нужную кнопку, Михайлов поднял мост и быстро перебежал на тот берег, пока животное буквально убивало само себя, терзая и вырывая куски собственного мяса и брони.

Подбежав к двери, он ввел первый код и тут же ее закрыл за собой, правда, далеко не полностью - ещё оставалась широкая щель, в которую вполне мог пролезть этот монстр.

Когда жаба обернулась, ориентируясь уже на нюх, Михайлов уже бежал вперёд, перепрыгивая через строительный мусор и прочие отходы, пытаясь двигаться как можно быстрее. Именно здесь была важна скорость.

Вторая дверь оказалась просто вывернута нафиг, поэтому вводить код не пришлось.

Подбежав к третьей, казалось, самой массивной, он попытался ввести третий код, но дверь не разблокировалась и не открылась. Монстр, между тем, уже несся сюда, круша все на своем пути.

"Ну давай же!" - рявкнул мысленно Михайлов, вводя второй и, - о боже! - он подошёл, позволяя дверям раскрыться и выпустить его на какую-то лестницу, что вела наверх, к люку.

Закрыв дверь аккурат перед носом монстра, Михайлов полез наверх, искренне молясь, чтобы там был выход.

Конечно, ввести код, находясь под крышкой люка было далеко не просто, но это было всяко лучше, чем все остальное, что он пережил за эти два дня!

Введя последнюю цифру, Вадим услышал тихий, но чёткий щелчок, после которого крышка люка открылась сама.

"До самоуничтожения лаборатории осталось менее пяти минут", - послышался монотонный голос ИИ, который заставил Михайлова встрепенуться и все-таки вылезти.

Он был в каком-то лесу, достаточно редком, нужно сказать, но все же лесу. За высокими, но редкими деревьями из-за линии горизонта медленно поднималось солнце, что своими золотистыми лучами начинало освещать все вокруг, добавляя этому месту шарма.

Медленно поднявшись на землю, закрыв крышку и припорошив листьями люк, он побежал обратно, к особняку, чтобы посмотреть, что будет дальше.

А особняк находился примерно в километре от этого места.

Михайлов успел как раз к началу. Став где-то в двухстах метрах от особняка, он стал наблюдать.

Перед этим все замерло, на мгновение будто все застыло: птицы, что до этого пели, резко замолчали, а лёгкий ветерок стих, образуя полный штиль.

И тут, - бах! - и дом просто разлелся на куски, погребая под собой все то, что так чательно пытались скрыть. Был слышен визг и лай собак, что то переходил на ультра звук, то стихал.

Вскоре все закончилось, и элитный микрорайон вновь уснул, будто ничего и не было.

Где-то через полчаса-час приехала пожарная и Следственный комитет выяснять, что же случилось.

К тому времени его там уже не было. И даже больше - там уже ничего не было.

Эпилог

Спустя пару лет…

Раздражённо кинув новенький телефон на стол, Джон Кроу поджал и без того тонкие губы в нитку, от чего его лицо стало ещё отвратительнее, чем было до этого. Тонкие брови с лёгкой, едва заметной проседью были нахмурены, будто он был чем-то предельно недоволен, а волосы, частично каштановые, частично серебристые, растрепаны. Пиджак, раньше сидевший всегда идеально, опрятно, был помят.

Эта ситуация не отпускала его до сих пор. Он все никак не мог понять, как так сложилась жизнь, что он за пару ночей лишился абсолютно всего: гения, разработок этого гения, животных, из которых можно было хоть как-то попытаться что-то вытащить, особняка в конце концов, который разнесло полностью! В щепки! Землю вообше пришлось законсервировать, чтобы никто ничего не накопал и теперь он был обязан регулярно платить за неё, далеко не маленькие, налоги. И продать не мог…

Да он даже приехать в Россию не мог, опасаясь неизвестно чего!

Сев в кресло, он скрестил руки на груди, уставившись на панораму города, что открывалась из окна бизнес-центра. Лондон был прекрасен, особенно в ночное время: яркие огни фонарей и фар автомобилей подсвечивали дороги, дома и здания, погружая город в какое-то сказочное состояние, а протекающая Темза, которую, впрочем, было не очень хорошо видно отсюда, отражала месяц, что завис в таком редком безоблачном небе.

Впрочем, даже при отсутствии облаков звёзд видно не было…

Мягко согнув указательный палец на выдохе, Михайлов нажал на курок, заранее сморщившись, предчувствуя отдачу, что возникает при выстреле. Неприятные ощущения действительно настигли его уже спустя половину секунды - приклад с силой ударился о плечо мужчины. Впрочем, Вадим не обратил на это внимание, ведь оптика показала стопроцентное попадание в голову.

Бездыханное тело Кроу тут же обмякло и медленно съехало вниз, на пол, измазывая кровью бежевую кожу стула и паркет пола.

- Вот и все, - усмехнулся Вадим, разбирая винтовку. Было бесконечно жаль эту красавицу СВД, но,