Многоликий странник - Кирилл Шатилов

– Это вы вчера ночью бегали по снегу и обливались водой? – с безразличным видом поинтересовалась она, наблюдая за реакцией через отражение в зеркале на стене, перед которым остановилась, чтобы расчесаться, благо деревянный гребешок лежал здесь же, на низенькой полке.

– Ну уж нет, – всплеснула руками Тайра, перестав улыбаться, но лишь затем, чтобы закатить глаза и надуть щеки будто вот-вот лопнет.

– Это ты про гардиан что ли? – вскинула черные кудри Олета. – Нет, спаси и сохрани! Меня ночью и в шубе-то на мороз не выгонишь. А ты их вчера видела, Тайра?

– Нет, но это точно были гардианы. Больше некому. Самоубийцы.

– Кто такие гардианы? – Пенни отвернулась от зеркала и смерила новых подружек ничего не выражающим взглядом, который успела отработать ещё дома, готовясь к встрече с Брианом.

– Ты этого не знаешь? – искренне удивилась Олета. – Ах, ну да, ты ведь только вчера к нам приехала…

– … прискакала, – зачем-то поправила её Пенни.

– Они будут нашими охранницами. Поэтому им нужно учиться терпеть лишения и неудобства. Мой тебе совет на будущее: не обращай на них внимания. С ними так специально обходятся. Их отобрали из простых семей. Я слышала, там есть даже дочери фолдитов. Представляешь!

– Представляю, – хмыкнула Пенни. – А вы, значит, из эделей?

– А ты разве нет?

Вопрос застал её врасплох. От неловкости и необходимости врать выручило появление на пороге Дилис. Вчерашняя от сегодняшней отличалась только тем, что сегодняшняя была настроена не так миролюбиво.

– Я вас зачем посылала? – поинтересовалась она у глазастых подружек. – Болтать? Это последнее из искусств, которым вам предстоит овладеть. Но для этого вам сперва предстоит от него отучиться. Почему Пенни ещё не одета?

– Спросите у нее, – негромко ответила Олета.

– Что?

– Мы её разбудили…

– Я вас посылала её разбудить, одеть и отвести к Матери. Познакомиться ещё успеете.

– Она уже оделась, – решила защищаться до конца Олета и ткнула пальчиком в притихшую Пенни, которую, оказывается, должны не только мыть, но и почему-то одевать.

– Оделась? – переспросила Дилис. – Оделась, я спрашиваю?

– Да…

– Это не называется «оделась»! Где вещи, которые я вам дала?

– Вон.

Все проследили за изящным пируэтом все того же пальчика и увидели, что на полу аккуратной кучкой лежит одежда, точь-в-точь похожая на одежду подружек: шубка, поясок, сапожки и даже – о чудо! – вязаные штанишки. Специальных приглашений Пенни не потребовалось. Она торопливо стянула и стоптала с себя свои такие неуклюжие шкуры и с замирающим сердцем облачилась в замечательные обновки. Все пришлось в пору, кроме разве что сапожек, которые оказались чуть-чуть ей великоваты. Одна из наблюдавших за этим превращением одобрительно кивнула, две другие выразительно подняли левые бровки. Пенни ничего этого не замечала, увлеченная своим похорошевшим отражением в зеркале.

– Я готова, – радостно повернулась она на месте, гордая ещё и тем, что теперь-то уж точно никто не заподозрит в ней дочь фолдита. – Можем идти?

Дилис снова кивнула и сделала знак приунывшим подружкам, чтобы те шли впереди.

Улица встретила её ярким солнечным светом, слепящим снегом, вкусно хрустящим под сапожками, и манящими запахами с невидимой кухни. Оставшийся позади сарайчик, приютивший её на ночь, оказался почти прижатым к высоченной стене из бруса. Задрав голову, Пенни увидела прогуливающихся по деревянному настилу двух, вероятно, девушек, правда, в мужских меховых шапках и вооруженных луками. Ей вспомнились слова Олеты про гардиан. Так вот зачем они нужны! Только разве стоит ради этого специально простужаться?..

Снаружи, когда они вчера ночью подъезжали к воротам, Обитель представлялась Пенни большой, но отнюдь не такой огромной, какой она оказалась изнутри: избам, между которыми они сейчас плутали, не было числа, они поражали размерами и многообразием резьбы на наличниках окон, крыльцах и карнизах дверей; возвышающиеся за ними, где-то там, в центре, терема с острыми крышами приковывали взгляд богатством красок, покрывавших каждую дощечку и создававших ощущение пестрого хоровода; а обступавшие все эти жилые постройки невзрачные с виду, но высоченные и могучие башни, соединенные между собой внешними стенами Обители, одновременно довлели над всем пространством и защищали его.

Неужели я тоже тут буду жить, подумалось Пенни, и от этой мысли ей стало неловко и боязно. Она лишь однажды, ещё в детстве, ездила с бабушкой в Малый Вайла’тун, который тоже окружали стены, однако, хотя она была маленькой, тогдашние её впечатления не шли ни в какое сравнение с тем, что испытывала она теперь, оказавшаяся в буквальном смысле по другую сторону тайны. Тайна была вокруг и не спешила открываться. Кто знает, что требуется от заблудших сюда, чтобы проникнуть в нее? И сможет ли она соответствовать тому призванию, которое тетушка Корлис увидела в ней?

Они все шли и шли, а лабиринт закоулков все не кончался. Ночью эта дорога показалась Пенни гораздо короче и прямее. Если, конечно, это была та же самая дорога…

Правота её сомнений обнаружилась, когда они, словно обойдя всю Обитель несколькими кругами, вышли, наконец, на некое подобие площади. Площадь находилась явно в центре, потому что посреди нее высились четыре терема. Они стояли, обращенные крыльцами друг к другу, словно кумушки, собравшиеся переговорить о чем-то важным. К прохожим они были повернуты высоченными задними стенами, сложенными из крашеных бревен. Ближайший к Пенни терем имел стены черного цвета, соседний с ним – зеленого, позади него – белого, а самый дальний, едва просматривающийся между остальными – синего. Эти четыре цвета преобладали и в раскраске орнаментов. Так наличники на окнах черного терема были зелеными, столбы крыльца, белыми, а крутые скаты крыши – всех трех цветов с преобладанием синего. За счет такой смешанности ни один из теремов не производил ни гнетущего, ни, напротив, радостного впечатления.

– Вопросов покуда не задавай, – упредительно заметила Дилис. – Потом само собой все станет понятно.

И повела девочек в обход мимо черного терема, мимо белого и только за ним свернула во внутренний дворик, будто нельзя было сразу туда пройти. Ну, раз нельзя спрашивать, подумала Пенни, буду удивляться про себя. Она понимала, что её сюда привели не просто так, а на встречу, но только зачем идти с такими сложностями, если тетушка Корлис живет под боком?

Олета и Тайра между тем совсем присмирели и не поднимали глаз от снега. Их волнение быстро передалось и Пенни. Тем более что Дилис шла теперь сзади, словно готовая в любой момент отстать и сделать вид, что не имеет с девочками ничего общего.

Остановились перед высокими ступенями черного крыльца, ведущего в синий терем. Никто их здесь